100 Великих мифов и легенд - Татьяна Муравьёва

Выход в Черное море преграждали плавучие скалы — Симплегады, находящиеся в постоянном движении. Они то с грохотом сшибались одна с другой, то расходились, на миг освобождая узкий проход. Еще ни одному кораблю не удавалось проскочить между ними.

Аргонавты, наученные Финеем, остановились перед Симплегадами и выпустили на волю белого голубя. Быстрее ветра пронесся голубь между скалами. Сомкнувшиеся Симплегады успели вырвать лишь несколько перьев из его хвоста — и снова разошлись. Пора! Аргонавты дружно взялись за весла, «Арго», подобно птице, полетел вперед. С грохотом сомкнулись Симплегады, но им удалось сломать лишь одну доску на его корме. А затем плавучие скалы разошлись — и остановились навсегда. (В другом варианте мифа преодолеть Симплегады аргонавтам помогла Афина: она одной рукой придержала скалы, а другой — подтолкнула корабль.) Наконец «Арго» достиг берегов Колхиды. Царь Ээт милостиво принял аргонавтов и пообещал отдать им золотое руно, если Язон выдержит испытание: запряжет в ярмо двух бронзовых огнедышащих быков, которых подарил Ээту бог-кузнец Гефест, вспашет на них священное поле возле рощи бога войны Ареса, засеет землю зубами дракона и соберет урожай, каков бы он ни был.

Задача была трудна, Гера и Афина решили помочь Язону. Они попросили Афродиту заронить в сердце дочери Ээта, прекрасной Медеи, любовь к Язону. Медея была жрицей (в некоторых вариантах мифа — дочерью) богини колдовства, мрачной Гекаты, и сама умела колдовать.

Полюбив Язона, она прибегла к чарам, изготовила для него волшебную мазь, дарующую неуязвимость, и научила его, как исполнить повеление Ээта.

Настал день испытания. Слуги Ээта выпустили разъяренных быков. Взревели быки и, изрыгая пламя, бросились на Язона. Но волшебная мазь защитила его от их бронзовых рогов. Язон пригнул головы быков к земле, надел им на шеи тяжелое ярмо, запряг в плуги вспахал Аресово поле. Потом взял корзину, полную зубов дракона, и побросал их в свежевспаханные борозды.

Едва успел Язон окончить посев, как показались дружные всходы: сначала из земли появились острые копья и блестящие шлемы, потом, словно колосья, поднялись во весь рост воины, выкованные из меди.

Воины обратили свое оружие против Язона, но он, как научила его Медея, поднял с земли большой камень и, размахнувшись, бросил в самую середину войска. Медные воины устремились к камню и, желая завладеть им, стали яростно сражаться друг с другом. Вскоре все они до единого полегли, подобно сжатым колосьям.

Ээт, никак не ожидавший, что Язон останется в живых, задумал сжечь «Арго» и убить аргонавтов.

Медея узнала о жестоком замысле отца, предупредила аргонавтов и помогла им похитить золотое руно. Поздней ночью она привела Язона в рощу Ареса, где на священном дубе висело золотое руно, а возле стоял на страже огнедышащий дракон. Медея чарами усыпила дракона, и Язон завладел чудесным руном.

Не дожидаясь рассвета, «Арго» отчалил от берегов Колхиды, увозя бесценное руно и прекрасную Медею.

Царь Ээт снарядил погоню. Он знал, что аргонавты могут вернуться в Грецию двумя путями: или через Гелласпонт, или в обход, по реке Истр (современный Дунай), мимо северных Гиперборейских стран. Поэтому он разделил свой флот на две части, одну возглавил сам, а другую вверил своему сыну Абсирту, младшему брату Медеи.

Отряд Абсирта почти настиг аргонавтов. Тогда Медея пошла на хитрость. Она послала к брату гонца с письмом, в котором писала, что аргонавты силой держали ее в плену, но на одной из стоянок ей удалось бежать, и она ждет брата на пустынном острове. Абсирт поверил и отправился на встречу с сестрой. Но вместо Медеи его поджидал вооруженный Язон. Абсирт был убит.

По другому варианту мифа, брат Медеи был еще ребенком, и она увезла его из Колхиды в качестве заложника. Когда корабли Ээта погнались за «Арго», Медея сама убила Абсирта, рассекла его тело на части и побросала в море. Ээту пришлось задержаться, чтобы собрать куски тела сына для достойного погребения, и аргонавты смогли уйти от погони.

Так или иначе, Ээт прекратил преследование, но Язон и Медея, совершив вероломное убийство, навлекли на себя гнев богинь мщения эриний. С этого времени удача отвернулась от аргонавтов.

Долгим и мучительным было их возвращение на родину. Препятствия возникали одно за другим. Возле берегов Гипербореи на аргонавтов напали обитавшие там псоглавые люди, затем путь им преградили два чудовища, Сцилла и Харибда, и лишь благодаря помощи морской нимфы Фетиды им удалось избежать верной гибели.

А когда путь, казалось, был уже завершен, и аргонавты видели кровли Иолка, на «Арго» со страшной силой налетел встречный ветер и отнес его далеко на юг, выбросив на бесплодный, необитаемый берег.

Аргонавты оказались в пустыне, которую им предстояло пересечь пешком. Много дней шли они под палящим солнцем, увязая в раскаленном песке, неся на плечах «Арго», и дошли до самого края земли, где могучий Атлант держал небесный свод на своих плечах.

Там они спустили корабль на воду и снова поплыли морем.

И вот, наконец, аргонавты достигли родного берега.

Печальные вести ждали Язона. Его старый отец скончался, будучи отравлен по приказу Пелия.

Исполненный горя и гнева Язон отправился к Пелию. Он сложил к его ногам золотое руно и потребовал возвращения престола, теперь уже не для отца, а для себя.

Но Пелий снова обманул Язона. Он отказался принять руно, сказав, что во сне ему явились боги и повелели поместить руно в храме Ареса. Таким образом, получается, что Язон добывал золотое руно не для Пелия, а для Ареса, поэтому Пелий, считая себя свободным отданного обещания, оставляет престол за собой.

Язон не нашел, что возразить, и покинул царский дворец. Руно отнесли в храм Ареса, а Язон вместе с Медеей поселился в старом отцовском доме. Вскоре у них родился сын, потом другой. Язон и Медея жили тихо и незаметно, воспитывая своих сыновей.

Но со временем соседям стало известно, что Медея искусная волшебница, что она умеет варить колдовские зелья, насылать и исцелять болезни, возвращать молодость старикам. Многие стали обращаться к ней за помощью, и молва о ней распространилась по всему городу.

Однажды к Медее пришли дочери Пелия и стали просить, чтобы она вернула молодость их отцу. Злобная радость вспыхнула в сердце Медеи. Она сказала царевнам, что нужно убить старого Пелия, разрубить его тело на куски и бросить их в кипящий отвар из волшебных трав — тогда к нему вернется молодость. Однако вместо волшебных трав Медея дала дочерям Пелия самые обыкновенные. Царевны исполнили все, как велела Медея, и коварный Пелий погиб от рук собственных дочерей.

Престол унаследовал сын Пелия Акает. Когда ему стало известно, что убийство отца произошло по вине Медеи, он изгнал ее вместе с мужем и детьми из Илока.

Изгнанники поселились в Коринфе, у друга Язона, царя Креона. Язон влюбился в дочь Креона, Креусу, и собрался на ней жениться.

Медея, обезумев от ревности, послала Креусе одежду, пропитанную ядом. Девушка надела ее и сгорела в невидимом огне. Но смерть соперницы не вернула Медее Язона. Он так горестно оплакивал погибшую невесту, что Медея терзалась ревностью сильнее прежнего. Чтобы отомстить неверному мужу, она совершила страшное злодеяние — своими руками убила их сыновей.

Затем Медея чарами вызвала колесницу, запряженную драконами, и навсегда покинула Грецию, вернувшись в родную Колхиду.

Прошло много лет. О походе аргонавтов стали слагать легенды, «Арго» стоял на берегу и его почитали как святыню.

Однажды Язон, уже глубокий старец, пришел взглянуть на свой корабль. И вдруг старый «Арго» рухнул, похоронив под своими обломками предводителя аргонавтов.

Сказание об аргонавтах возникло, предположительно, в VIII веке до н. э. В нем нашли отражение путешествия греков по Черному и Средиземному морям.

Большинство географических пунктов, упоминаемых в сказании, вполне реальны и описаны достаточно точно. Цель плавания аргонавтов, Колхида — территория современной Западной Грузии, где в VI веке до н. э. были образованы греческие колонии.

Греки называли Колхиду «златообильной». Древнегреческий географ Страбон, живший в I веке до н. э. — I веке новой эры, писал: «Богатство Колхиды золотом, серебром и железом было истинной причиной похода (аргонавтов)». Страбон же высказал предположение о реальном прообразе золотого руна, упомянув о золотоносных реках Колхиды и бытовавшем там способе добычи золота «при помощи косматых шкур». Этот способ сохранялся в горных районах Колхиды (в современной Сванетии) до самого недавнего времени. Этнографы в 40-х годах XX века описывали его так: «Натянутую на доску или же расправленную каким-либо другим способом овечью шкуру помещали в реке и укрепляли так, чтобы ее не унесло течением, и чтобы шкура была обращена шерстью кверху. Намокшая шерсть удерживала частицы золота. Спустя определенное время шкуру достают из воды и расстилают на земле для просушки. Затем высохшую шкуру выбивают, вытряхивая из нее золотые крупинки».