Три судьбы—2 - Алексей Лапин

из истории семейства Скворцовых. Лилия Пятница, семидесяти трёх лет от рода, не только существовала, но и ныне здравствует. Только не в лесном селе, а в обычной городской квартире. Я с ней пообщался. И рассказала мне эта одинокая пенсионерка удивительные вещи. С её слов, твоя бабушка Тоня, уже будучи замужем за Анатолием Скворцовым, закрутила бурный роман с Сергеем Волошиным. Но тот вскоре сел вместе с женихом этой Пятницы за вооружённое ограбление. А после их освобождения Антонина Ефимовна с семилетним Сергеем ездила к Волошину на встречу в Дагомыс. Лилия тогда высказала предположение, что Сергей — сын не партийного деятеля, а бывшего заключённого, и Антонина резко прервала с подругой отношения. Вот и прикинь, за кем твоя бабушка могла ухаживать в конце девяностых.

— Да это уже не мелодрама, это целая мыльная опера получается, — удручённо произнёс Александр.

Улучшив момент, когда Мудров был свободен, Леонтьев зашёл к нему в кабинет и интригующе заявил:

— Лёша, а Сергей-то, похоже, вовсе не родной сын своего официального отца.

— И чей же он сын?

— Скорее всего, Волошина.

— Почему-то я не сильно удивлён. Значит, Сергею достались от воровского авторитета не только дурные гены, но и криминальное наследство. Тогда понятно, кому Захаров деньги за усадьбу отдал. Знать бы ещё, куда он их отвёз.

Прокуроры против прокуроров

Омск, сентябрь 2008 г

— Разрешите, Алексей Павлович? Я по личному вопросу.

— Заходи, Артём Борисович.

Горячев решительным шагом прошёл по кабинету начальника и уселся в кресло справа от Мудрова:

— Тут такое дело… Вы этот Новый год отмечали в Краснодаре, а я тут на хозяйстве оставался, и ко мне жена прилетала.

— Что-то ты издалека зашёл, аж с Нового года начал, — улыбнулся Алексей. — И что теперь?

— Теперь вторая дочка родилась!

— Поздравляю. Хочешь взять отпуск?

— Хочу, но не получится. У меня в последних числах месяца выезд в Новосибирск. Туда прилетает зам начальника Росфиннадзора России. Решил собрать руководство прокуратуры, милиции и ФСБ Сибирского округа для обсуждения легализации преступно нажитых средств. Так что мне бы на несколько дней в Москву, жену из роддома забрать, на дочек посмотреть. А потом в Новосибирск. Там ещё с прокурором округа надеюсь пообщаться. Помните, мы с вами говорили, что по делу «общака» желательно заручиться поддержкой сверху?

— Хорошо. Действуй.

Горячеву Мудров всецело доверял и не раз убеждался в том, что не зря пригласил его на работу своим первым замом. Артём с первых дней работы в главке зарекомендовал себя человеком мужественным и надёжным. Первое, что он сделал, заступив на должность, это отправился сопровождать в Северную Осетию две группы собровцев. Самолёт должны были посадить на военном аэродроме в Моздоке, но он приземлился в Дагестане. Для того чтобы доставить группу до места назначения, Горячеву пришлось захватить аэродром. В итоге собровцы благополучно добрались до места командирования. А через несколько дней в Дагестане разгорелся вооружённый конфликт.

Конечно, Мудров не одобрял того, что Горячев вступил в конфликт и нахамил вышестоящему руководству, на что ему, начальнику главка, безусловно, нажаловались. Но в приближенных к боевым условиях, когда надо спасать вверенные тебе жизни, действия Артёма можно было понять и оправдать.

Сейчас начальник главка не сомневался в том, что у заместителя хватит моральных сил довести дело «общака» до логического конца и взять подозреваемых с поличным. Ситуация усугублялась тем, что преступники, почувствовав, как близко к ним подобрались, по сведениям ФСБ, собирались поступить с Горячевым также, как ранее с Руновым — возбудить уголовное дело и посадить. Важно было успеть нанести упреждающий удар.

* * *

Узнав поздно вечером о рождении дочери, Артём на следующее утро позвонил Гущину и услышал в трубке:

— Вес три килограмма, рост пятьдесят сантиметров?

Горячев не успел удивиться, как уже рассмеялся:

— О, женщины! Надеюсь, что моя Галка сообщила о малышке сначала мне, а потом уже Надежде.

Их жёны познакомились во время празднования Нового года, который они встречали двумя семьями, и с тех пор женщины подружились, несмотря на разделяющее их расстояние в почти три тысячи километров. Надежда переехала из Краснодара к мужу в Омск, а Галина жила в столице, но подруги постоянно переписывались и перезванивались.

Вернувшись из Москвы в два часа дня, в одиннадцать вечера Горячев уже сел в поезд «Омск — Новосибирск», оказавшись в одном купе с Сергеем Гущиным и сотрудником ОБЭП Андреем Винником. В этом же поезде ехали и прокурорские работники во главе с заместителем прокурора Омской области суровой на вид дамой Людмилой Петровной, курирующей милицию.

Ехать предстояло почти девять часов, за это время можно было успеть и пообщаться, и немного поспать до утра. Горячев накрыл коллегам стол, выставил бутылку охлаждённой водочки, буханку чёрного хлеба, сало с прослоечками и солёные грибы. Выпили, закусили, повторили, и Артём завёл любимую тему, рассказав коллегам очередную историю о своей командировке в горячую точку:

— Ни в СМИ, ни в официальной статистике, ни в милицейских сводках истинное положение дел на Северном Кавказе не отражается. Сложно представить целостную картину, пока человек сам туда не съездит и не убедится на месте, что там происходит. Зачастую случаются просто анекдотические ситуации. Есть там здоровое бордельеро. Как-то я был в командировке в Ингушетии, и вдруг звонят в нашу временную оперативную группу из МВД России и говорят: «Есть информация, что со стороны Чечни на территорию Ингушетии зашла банда».

Одновременно эта информация приходит в МВД Ингушетии, получают её и чекисты. В МВД на уровне первого министра возникает вопрос: что там происходит? Какая банда? Срочно собирается штаб в управлении ФСБ по Республике Ингушетия. Начинают информацию проверять — никто ничего сказать не может. Скандал разгорается страшный. В течение недели эту банду обнаружить не удаётся. Но не может же группа вооружённых людей зайти на территорию и бесследно пропасть, так чтобы никто ничего о ней не знал!

Но вот во время очередного оперативного совещания штаба заместитель начальника милиции по охране общественного порядка поворачивается к заместителю начальника ФСБ и говорит: «А помните, мы две недели назад вместе с вашими сотрудниками пошли в лесу тропинки посмотреть? Может быть, это нас местные жители как банду идентифицировали»?

Происходит немая сцена. Генерал милицейский и генерал чекистский смотрят друг на друга и начинают понимать, что это они же и проходили, а местные жители увидели каких-то вооружённых людей в лесу и сообщили об этом в УВД. Эту информацию сразу переслали в МВД России, где она дошла до первого зам министра, который сообщил о чрезвычайном происшествии в ФСБ. Чекисты собирают экстренный штаб и предпринимают попытки разыскать и локализовать банду. Чуть ли не вводится режим контртеррористической операции! А банда — это мы сами.

Винник и Гущин смеялись, но если Андрей воспринял эту историю просто комическим случаем, то Сергей уловил в ней намёк на ситуацию, которая