Гнев - Alager

— Если эта штуковина может выходить за пределы лабиринта, то я обещаю, что даже не буду сопротивляться. Я… Просто… Рассмеюсь! — С отдышкой говорила Лень.

Как назло, песок под ногами начал казаться более вязким. Девушка смогла пробежать ещё сотню метров, перед тем как её мышцы пронзила острая боль и её парализовало. Уже чудом было то, что её хватило на столь долгий промежуток. Лень продолжала ползти, используя локти, но, когда стук ужасающим эхом начал отражаться по всему проходу, девушка рухнула лицом в песок.

— Думаешь, что я скажу, что мне даже лень поднять лица? — Девушка усмехнулась. — Нет, мне дико интересно посмотреть на того, кому удалось загнать меня в угол.

Поднявшись из последних сил, она увидела прямо перед собой череп. Гладкую, идеально-белую голову и чёрные бездонные глазницы. Тело, которое она издалека приняла за скорпиона, скорее напоминало многоножку. Объёмные нечеловеческих размеров ребра покрывали большую часть тела, мяса у этого существа совсем не было, только кости. Отодвинув череп, который держался на спинном мозге, плавно переходящий в лопатки, существо клацнуло зубами и дёрнуло рукой. Шестиметровая костяная рука приближалась к девушке, и она, не сдержав эмоции, закричала. Душераздирающий крик становился все громче и громче, пока не разбудил Лень, заставив её подскочить на кровати. Сердцебиение не унималось, и голова кружилась так, будто девушка только что сошла с американских горок.

Я моментально ворвался в комнату, держась одной рукой за повязку, готовясь в любой момент сорвать её. Но, когда я увидел трясущуюся Лену, то встал в ступор. Девушка взглянула на меня и попыталась улыбнуться.

— Всё… в порядке. Просто кошмар приснился.

— Впервые вижу, чтобы кому-то было настолько плохо после кошмара… — Я выдержал паузу, чтобы мы оба могли успокоиться. — Наверное, что-то действительно ужасное почудилось, но всё в порядке, сейчас тебе никто не угрожает. Да и если будет угрожать, то тебе не сложно расправиться с любым противником.

— Знаю. Да и вообще это ты виноват, я же просила тебя спать вместе. Мне даже думать страшно о том, как ты ловишь баланс на тех кухонных стульях.

— Ты уже целую неделю так шутишь, не устала?

С момента переезда Лени ко мне прошло уже чуть более недели. Я думал, что мы сразу определим нашу следующую цель. Но Лень постоянно отмахивалась, что все ещё не восстановила силы или ей сегодня лень. Может, девушке действительно нужен отдых, а может, она просто тянет время. Но тогда, чего она добивается?

— Если это шутка, то тогда почему над ней никто не смеётся? Ну да ладно тебе, почему ты против? Может, я некрасивая и поэтому ты всячески избегаешь? Ты же не в отношениях… А, наверное, тебе просто нравится меня злить.

Я уже давно перестал бояться Лени, возможно, это потому, что она не показывала своей устрашающей стороны, и я подсознательно не хотел видеть в ней своего врага. Осталось лишь уважение её силы — выйти одна против четверых, в попытке спасти чью-то жизнь, может далеко не каждый.

— Все хватит, я понял. Считай, что тебе сегодня повезло. Но если каждый следующий день ты будешь просыпаться от кошмаров, то я точно что-то заподозрю.

Одноместная дешёвая кровать на то и одноместная, что комфортно спать на ней можно лишь в одиночку. Потому мне было намного проще заснуть на кухне, нежели на кровати, но в тесноте. Прижавшись ко мне, Лена сказала:

— Спасибо, так я успокоюсь быстрее.

Её сердце продолжало стучать как бешеное и потому, я не смог сдержать любопытства, хотя и был уверен, что мне не ответят.

— Я даже представить не могу, что могло напугать сильнейшего человека, на планете Земля.

Но к моему удивлению, девушка оказалась сговорчивее.

— Ха, ты назвал меня человеком. — Лень улыбнулась. — Это случилось в моем прошлом. История сама по себе не страшная, даже наоборот весьма увлекательная и я рада, что всё так обернулось. Но начало… Начало — это сущий кошмар. Тебе же немногое известно о нас, Грехах?

— Нет, мы с Миражом практически ничего не узнали, кроме слабости к темноте и о том, что у вас есть способность превращаться в звероподобное существо. Либо наоборот вашу истинную форму вы можете скрыть, перевоплотившись в человека.

— Даже эта информация не совсем верна. Спроси как-нибудь у Зависти, зачем ему надо было изучать нас, если он такой же, как и мы. Мне тоже интересно, что это был за спектакль. Сейчас ты видишь меня настоящую, мы такие же люди, как и вы. Если тебе интересно, то могу рассказать, кто такие Грехи.

— Не думаю, что после рассказа, я смогу оправдать убитых вами людей и разрушения, причинённые городу, но мне действительно интересно. Может я даже смогу понять, что я такое.

— Скорее всего, ты не изменишь своего мнения, но я надеюсь, сможешь нас понять. Для начала моё полное имя Лень Грех. Лена — это псевдоним, людям это имя привычнее слышать. Также у вас есть фамилии, а у нас имя племени, то есть Грех. Вскоре после того, как выбралась наружу, я множество раз слышала про семь смертных грехов, но не могла понять, почему запомнили лишь нас? Да мы явно отличились, но неужели никто из сотни не заслужил остаться в истории? Племя Грех, это первые люди, появившиеся на планете. Наблюдая за человечеством сейчас, я осознаю, что мы были дефектны — у нас преобладала одна эмоция, и мы страдали от бесчувственности, бросаясь из крайности в крайность. Мы как неустойчивый и почти неудавшийся эксперимент, ха-ха. Несмотря на свою неполноценность, мы вели мирную жизнь и медленно, но стабильно развивались. Агония как обычно носился по деревне, я нежилась под лучами солнца, забравшись на ветви дуба, а Жадность тащила в свой дом буквально всё, что могла поднять. — Лень улыбнулась, вспоминая старые времена. — Мне было семнадцать, когда наступил день нашего изгнания. Гнев поддался провокации и пошёл в разнос, а мы всячески защищали своего учителя. В наказание за наш проступок, каждого заперли в отвратительном измерении, которое так или иначе, но заставляет изменить нашу природу. Я блуждала в устрашающем холоде от одного скучного лабиринта к другому, без возможности отдохнуть. Примерно через два-три года, я наткнулась на своего Надзирателя. Я испугалась, когда встретила его, но он не был враждебен ко мне, наоборот, он был весьма дружелюбен. Надзирателю очень понравилось моё нежелание сдаваться и, поскольку я совсем не позволяла себе лениться, он решил помочь мне выбраться. Свои способности я получила от