Щит на вратах - Андрей Посняков

— Так как насчет заказа? — едва выпили по первому кубку, вкрадчиво осведомился Ирландец. Они сидели в небольшой, уютной таверне неподалеку от площади Быка, где, кроме них, было всего с десяток посетителей, тоже весьма солидных, не шумных, по виду — купцов или поставщиков императорского двора.

— Это левантийцы, — кивнул в их сторону Филимон. — Они меня не знают, так что мы можем говорить совершенно свободно. Впрочем, не стоит сразу о делах. — Он улыбнулся.— Выпьем еще! И подождем — скоро нам принесут утку. О, как ее здесь готовят! Да и вообще, тут вполне прилично можно провести время.

Ирландец согласился, высчитывая мысленно, в какую сумму обойдется ему данное мероприятие. Выходило, что явно не в маленькую. Что ж, похоже, дело того стоило. Служа в дворцовом ведомстве, подкомит, с одной стороны, наверняка был посвящен во вее сплетни, вдумчивое изучение которых могло вывести на друида, а с другой же — деньги никогда не были лишними, особенно сейчас, после непредвиденной конфискации корабля и груза. На все требовались расходы, и вот теперь вроде бы нашлась тропинка к возможным доходам. Таким образом, дружбой с Филимоном можно было бы убить сразу двух зайцев, от чего Ирландец, конечно же, не собирался отказываться. Он пока, правда, не придумал, откуда, в случае необходимости, взять лес, но не сомневался, что придумает, если дело дойдет до реализации соглашения, — не сам, так с помощью Никифора и Хельги.

— Смотри, какие девушки! — Чиновник хлопнул приятеля по плечу. Тот обернулся. И правда, в дальнем, освещенном несколькими свечами углу залы, забранном портьерами из плотного темно-голубого бархата, появились две юные танцовщицы и музыканты — флейтист с арфистом. Танцовщицы, смуглые, с темными, вытянутыми к вискам глазами, волосы, наоборот, имели светлые, явно выкрашенные чем-то. Вся одежда их состояла лишь из широкой набедренной повязки — белой с черными полосами — и ажурной пекторали, едва прикрывающей грудь.

— Египтянки, — с видом знатока пояснил Филимон. — У вас, в Каппадокии, чай, не часто таких встретишь?

— Не часто, — кивнул Конхобар, мучительно соображая , как бы перевести разговор в деловое русло. Имевшегося при нем серебра вполне хватало на вино и утку, но совсем не хватило бы на дев. А подкомит поглядывал на них, как кот на сметану, только что не облизывался. Надо сказать, и танцы у египтянок были соответствующие — страстные, с изгибами, игривыми подмигиваниями и кувырками.

— Тощие они, словно кошки. — Ирландец отвернулся. — И потасканные какие-то. Видывал я дев и получше. Скажи-ка, Филимон, правду говорят, что во дворце каких только дев нет?

Чиновник усмехнулся.

— Не все, что говорят, правда. Ведь базилевс — христианский государь, а не поганый язычник, зачем же ему девы. К тому же имеется и жена, красавица Евдокия Ингерина, — между прочим, любовница предыдущего автократора Михаила и — тсс! — любовницы. Так что дев хватает.

— Вероятно, хватает и развлечений и вообще всякой чертовщины?

— Хватает. — Филимон огляделся по сторонам и понизил голос: — А насчет чертовщины — ты прав, мы давненько уже заметили… — Видно было, подкомита так и распирало похвастать.

— Ну, ну, ну? — выразил крайнюю заинтересованность Конхобар. — В чем чертовщина-то?

— А во многом! — Чиновник пьяно погрозил пальцем. — Вроде бы и неприметненько все, а умным людям заметно. Вот ты про девок спрашивал — одно время много их было, а потом вдруг — раз! — исчезли.

— То есть как это — «исчезли»?

— А так! Никто не знает как. Были — и нет. И базилевс про то никакого приказа не издавал, уж поверь, мы бы знали.

— Кто же распорядился?

— Эпарх, — шепотом произнес чиновник. — Не сам лично, через подставных лиц. В общем, в его доме исчезли девы… исчезли бесследно! И не появились ни на каких рынках. Спрашивается — куда же делись?

— И куда?

— Никто не знает. Но все это подозрительно, точно, чертовщиной пахнет. О Никандре, эпархе, давно уже разные слухи ходят. Будто видели его в обществе ведьмы Гездемоны, есть тут такая, частенько во дворец хаживает. Красива, чертовка, ничего не скажешь, но чувствуется сразу — опасна, как кобра!

— Да-а. — Ирландец покивал, запоминая полученную информацию. Значит, наметился первый подозреваемый — Никандр. Эпарх Никандр, градоначальник.

А египтянки все плясали, только теперь еще быстрее, кружились, в чем мать родила, сбросив с себя и набедренные повязки, и пекторали.

— А теперь — о деле, — оторвавшись от танцовщиц, наконец созрел Филимон. — Ты спрашивал об имперском заказе? Таковой имеется. Нужно привезти ливанские кедры.

— Длыть в Ливан? — озадачился Ирландец. — Потребуются корабли.

— Да Господи, не нужно никуда плыть — кедры совсем рядом — выгружены в приморской деревушке на побережье Эвксинского понта. Нужно их только привезти.

— А что, это так сложно? — Конхобар пожал плечами.

— Русы! Ты забываешь о варварах, каппадоккиец! — Подкомит пристукнул ладонью по столу. Одна из танцовщиц, превратно истолковав его жест, тут же уселась к чиновнику на колени. — Кыш! — ущипнув за ягодицу, прогнал тот египтянку. — Ты, наверное, забыл, что русы осадили столицу с суши, а в проливах стоит их флот, поверь мне, не маленький.

— Ага, — скептически ухмыльнулся Ирландец. — Так ты, любезнейший, предлагаешь мне, рискуя жизнью, договориться с русами, чтобы они привезли кедры?

— Ну, привезешь-то ты сам, — хохотнул чиновник. — Уж как — твоя забота, думай. А с русами договориться можно, не впервой, война войной, а дела делами. В этом я тебе помогу. Потом прибыль — по-честному, пополам. Ирландец скривил губы.

— Пополам — это значит по-честному? Я буду рисковать жизнью…

— А я — служебным положением, потерять которое почти наверняка значит потерять и жизнь. Нет, пополам — отличная сделка, вполне выгодная для тебя.

— Ну, даже не знаю…

— Решайся же, каппадоккиец! Наклонись, я шепну тебе сумму…

Филимон прошептал на ухо Конхобару несколько цифр.

— Неужели столько?! — непритворно изумился тот.

— А ты думал? Ну что, по рукам?

— По рукам, — улыбнулся Ирландец и, швырнув на стол оставшееся серебро, возопил:

— Хозяин, а ну еще вина!

— Здорово вы здесь развлекаетесь! — Тряхнув длинными локонами, юноша с усмешкой посмотрел на ложе. Поежившись под его взглядом, служанка быстро натянула на себя покрывало, Евдокия же сидела как ни в чем не бывало, лишь закинула ногу на ногу и потянулась.

— Вот это и есть мой беспутный сынок, Хаки, — кивнула она в сторону юноши. — Выпьешь с нами, Диомид?

— Охотно. — Диомид уселся на край ложа. — Отметь, мать, сегодня я не напрашиваюсь поиграть в ваши игры. — Юноша медленно выпил вино, бледное лицо его порозовело.

Хельги не знал, что и думать: то ли бежать поскорее отсюда, то ли убить нахального юнца. Евдокия обняла напрягшегося князя за плечи.

— Эй, расслабься, парень. У моего сына немало пороков, но доносительства средь них нет.

Диомид вдруг пристально посмотрел на гостя и улыбнулся:

— Кажется, мы с тобой уже встречались недавно в порту.

— В порту? — вскинула глаза Евдокия.

— Да, в гавани Феодосия. Похоже, у твоего друга там конфисковали корабль.

— Корабль? Что же ты молчал? — Встав, женщина накинула на плечи пелерину и заходила по комнате. — Кто именно конфисковывал?

— По-моему, это был старый извращенец Овидий Тселл, — пояснил Диомид. — Похоже, судно все же не удастся вернуть — Овидий берется только за беспроигрышные дела… Ну, хотя бы груз. На груз они явно не имеют права. Я даже могу выступить представителем истца, гм… за определенную сумму.

— Тебе не хватает богатств, Диомид? — схватив сына за руку, возмущенно воскликнула Евдокия.

— Это твое богатство, — усмехнулся тот. — Я же хочу зарабатывать сам. К тому же, как ты знаешь, юриста кормит имя.

— Зря я отдала его в университет, — со вздохом произнесла женщина.

— Ну, я, пожалуй, пойду? — Князь потянулся за одеждой.

— Э, нет! — засмеялся юноша. — Мы же с тобой еще не составили договор на защиту твоих интересов в суде. Не сомневайся, груз будет наш, а то и корабль, я очень хорошо знаю «Эклогу».

— Знать законы еще не значит в них разбираться, — возразила Евдокия.

Хельги быстро оделся и с улыбкой сказал, что вовсе не собирается отказываться от услуг «этого, несомненно, одаренного юноши».

— Я провожу тебя, — обрадованно воскликнул тот. — Вот увидишь, ты не пожалеешь, что связался со мной!

Князь галантно поклонился Евдокии и вслед за Диомидом покинул покои.

Они быстро прошли по коридору, свернули и оказались в небольшом кабинете, заставленном полками с книгами. Посередине стояли стол из резного дерева и несколько скамеечек и кресел.

— Малая библиотека. — Юноша уселся в кресло, кивком указал гостю место напротив. Достал мраморную чернильницу, стилос, квадратный кусок пергамента…