Хищница - Джеймс Кэрол

На фото был памятник Алисе в Стране чудес, который находится в Центральном парке Нью-Йорка. Амелия обнимала мужчину на несколько сантиметров выше себя. Он улыбался так, как будто только что выиграл в лотерею, и был повернут к Амелии. Видимо, он только что ее поцеловал. Она тоже улыбалась и вся светилась изнутри. Она казалась похожей на нормального человека.

При взгляде на фото было очевидно, что эти двое очень любят друг друга. Сразу рождались разные истории. Они могли познакомиться во время учебы в университете, или это была случайная встреча в баре, или даже на сайте знакомств. В любом случае они сразу поняли, что созданы друг для друга, у них было очень много общего. Их взгляды на многие вещи совпадали. Один из них начинал фразу, а другой заканчивал. У них даже одни и те же DVD стояли на стойке.

Их будущее было столь же прекрасно, как и прошлое: свадьба, дети, преклонные годы во Флориде из-за более благоприятного для артрита климата. Да и заходы солнца видеть гораздо приятнее, чем дождь. То есть это была пара, глядя на которую было ясно, что они проживут всю жизнь вместе.

Наверное, им пришлось копить деньги на эту поездку в Нью-Йорк, и они подробно расписали все расходы. Им хотелось посетить все места, куда обычно ходят туристы: Эмпайр-стейт-билдинг, статуя Свободы, шопинг, рестораны, бродвейский мюзикл. И, конечно же, прогулка в Центральном парке.

Легко было представить, что так все и будет. Только в реальности все случилось по другому сценарию. Не было ни мюзикла, ни ужинов, ни шопинга. И домашних вечеров с бутылкой вина и мечтами о Нью-Йорке тоже не было. И в будущем у них не будет ни детей, ни сумерек в Майами и Форт-Лодердейле.

– Что за черт?! – воскликнула Мендоза, выдернув Уинтера из гипноза, в который он погрузился, увидев фото.

Мендоза стояла рядом, качала головой и кусала губы. Она нахмурилась, и в уголках ее глаз появились морщинки.

– Уинтер, это что еще такое? Ничего не понимаю! Амелия Прайс встречалась с Райаном Маккарти?

47

– Кто такой этот Райан Маккарти? – заинтересовалась Гриффин.

– Из-за Райана Маккарти я и оказался в Нью-Йорке, – ответил Уинтер. – Он цеплял молодых геев, которые приезжали в город по делам. Они проводили вместе вечер, а потом он напрашивался к ним в отель. И вместо бокала вина он их насиловал и расчленял.

– В номере отеля он не мог позволить себе использовать для этой цели электроприборы, так? Даже те, которые на батарейках, – слишком шумно.

– Да, он все делал вручную, – подтвердил Уинтер.

– Мелкие ли были части тела?

– Мелкие.

– Это ж надо! Такая работа занимает немало времени. Как вы его поймали?

– Мы выяснили, что все жертвы знакомились с ним на нескольких сайтах знакомств. Мы создали фальшивый аккаунт, который отвечал всем требованиям Маккарти, и стали ждать, пока он клюнет.

– А когда он клюнул, вы, я так понимаю, надели самые обтягивающие из имеющихся джинсов и сжали его в объятиях.

Мендоза рассмеялась.

– Нет, это исключено. Уинтер рук не марает.

– Ну вообще-то с этим у меня никаких проблем нет, – недовольно парировал Уинтер.

– Ну да, рассказывай. Мы отправили к нему Грега Берингера. Это наш коллега, тоже занимается убийствами. Просто он больше всего соответствовал описанию потенциальной жертвы Маккарти: белый, нужного возраста, и внешность подходящая. И сработало! Уже к полуночи Маккарти был у нас.

Какое-то время они втроем стояли молча, каждый ушел в свои мысли. В голубом небе в сторону Канады летел самолет, оставляя за собой длинный белый след.

– Я думаю, самое время поговорить о белом слоне, который заслонил экран, – предложил Уинтер. – Какое отношение к этому всему имеет Амелия Прайс? Можно еще раз взглянуть на фотографию? – попросил он Гриффин.

– Конечно! Смотреть можно, но трогать нельзя.

Гриффин держала фотографию за самые края, чтобы не заслонять пальцами ни один ее элемент. А Уинтер и Мендоза подошли ближе, чтобы все хорошо рассмотреть. Уинтер по-прежнему видел здесь лишь парочку влюбленных, но сейчас, зная предысторию, он мог уверенно сказать, что их отношения – липа.

Чем больше он смотрел на фотографию, тем больше вопросов у него возникало. Все они в итоге сводились к одному: как пересеклись орбиты Райана Маккарти и Амелии? В силу каких обстоятельств они сошлись? Пока на ум приходили только судьба и совпадение, но в них он не верил никогда.

Вероятность того, что они вдруг оказались в одном и том же месте в одно время, была слишком низка. Безусловно, люди каждый день знакомятся, и некоторые из них даже проводят вместе всю жизнь. Но Амелия и Маккарти не были обычными, они – психопаты. А это значит, что шансы на их случайную встречу на улице ничтожны. И если к этому прибавить тот факт, что серийные убийцы не кричат о своих подвигах на каждом перекрестке, шансы становятся нулевыми. Как же им удалось познакомиться?

Уинтер достал мобильный и сфотографировал снимок. Он смотрел на него снова и снова, но вопросов по-прежнему было гораздо больше, чем ответов. От мыслей его оторвал хруст веток, который доносился со стороны тропинки, ведущей к дому.

Мендоза и Гриффин тоже слышали шум и смотрели в ту сторону. Шаги становились все ближе, доносились чьи-то голоса и отрывки фраз, которые сложно было понять. Вскоре на лужайке появился Берч, ведя за собой с десяток человек из шерифского управления округа Монро.

Человек, шедший рядом с Берчем, был, очевидно, шериф. Он выглядел ухоженнее и опрятнее остальных. Видно было, что он редко выходил за пределы офиса. И даже если и выходил, то уж точно не по лесам бродить. Интересно было смотреть за их жестами во время разговора. Берч явно лез из кожи вон, чтобы создать серьезное впечатление. А шериф, наоборот, не прилагал ни малейших усилий.

Гриффин подошла, чтобы поздороваться, а Уинтер встал рядом с Мендозой и начал шептать ей на ухо:

– Если тебе не хочется провести остаток дня в комнате для допросов, нам надо отсюда уходить. Сама знаешь, что будет дальше. Мы нашли Юджина, и сейчас все захотят услышать, как все было. А мы могли бы использовать время гораздо более эффективно.

– Например, поехать в Нью-Йорк и пообщаться с Райаном Маккарти, – прошептала в ответ Мендоза.

– Именно.

– Что будем делать?

– Я сделаю вид, что мне нужно в туалет. Через пару минут найди повод ретироваться. Они все какое-то время будут увлечены подземельем, а не нами. А когда они про нас вспомнят, нам лучше быть уже далеко отсюда. Встретимся у машины.

48

Когда несколько минут спустя появилась Мендоза, Уинтер ждал ее у водительской дверцы «БМВ». Увидев, где он стоит, она мигом стала чернее тучи. Когда она подошла к машине, Уинтер многозначительно вытянул руку.

– Даже не надейся, – отрезала она.

– Спор есть спор, Мендоза. Амелия была в доме во время убийства Ридов.

– Кроме твоих слов доказательств нет.

– Есть еще слово Амелии. Она сказала мне, что была там.

– А я разве присутствовала, когда она тебе исповедовалась? Нет. У тебя есть мотив врать? Да, есть. В прошлом было такое, что ты врал, чтобы получить свое? Да, конечно.

– Мы тратим время. Дорога займет как минимум пять часов или даже больше, если попадем в пробку.

– Это ты время тратишь, не я.

Уинтер не двигался с места. Мендоза вздохнула, вытащила ключи и, разблокировав двери, шлепнула ими по его ладони.

– И ни слова!

Уинтер сел в машину, отрегулировал кресло и зеркала, пристегнулся и устроился поудобнее. Мендоза села на пассажирское сиденье и застегнула ремень.

– Инцидент не исчерпан, Уинтер. Даже близко.

– Может, хватит?

– Пока хватит.

Уинтер нажал на газ и выехал на дорогу. Следующие несколько минут он ничего не говорил, потому что все его внимание было направлено на объезд рытвин и ям. Ехать медленно – самое сложное. Как же он не любил медленную езду! Как только они выехали на шоссе, он тут же дал по газам.

– Ты всю дорогу будешь сидеть и дуться?

– Я не дуюсь, я злюсь. Это разные вещи.

– Смотри, есть вопрос: откуда Амелия знает Райана? Только не отвечай сразу, подумай.

Мендоза думала с километр.

– Я не знаю, – сказала она, вздохнув. – Может, они вместе ходили на собрания анонимных психов.

– Если бы все было так просто. Чисто с математической точки зрения это невозможно. Население Америки – более трехсот миллионов человек. По самым строгим подсчетам, активных серийных убийц в стране – около ста. Значит, на три миллиона человек приходится один серийный убийца. Другими словами, их днем с огнем не сыскать.

– Я пошутила, Уинтер. Слышал что-нибудь про шутки?

Уинтер повернул голову, и она отмахнулась:

– Следи за дорогой. Я хочу вернуться домой в целости и сохранности. И вообще, что это ты вдруг такой счастливый? Все сильно осложнилось с появлением этой фотографии.

– Как же тут не быть счастливым? У нас наконец-то появилась настоящая зацепка. И, между прочим, я понял, что ты шутишь. Веришь ли, я и сам шутил.