Хищница - Джеймс Кэрол

– Вы хотя бы можете себе представить, сколько у меня вопросов сейчас в голове?

– Думаю, гораздо больше, чем у шефа Берча, но гораздо меньше, чем у меня.

– Берч уже здесь?

– Боюсь, что да.

Гриффин застонала.

– То есть вы не его фанат?

– По официальной версии Берч – выдающийся гражданин и яркий пример тех качеств, которыми должны обладать сотрудники правоохранительных органов. По неофициальной он идиот.

– Мы пришли к аналогичным выводам, – засмеялась Мендоза.

– Расследование шесть лет назад шло бы намного эффективнее, если бы он в то время был в отпуске. Ему все время казалось, что Джеремайя Лоу и шерифское управление ему за что-то усиленно мстят. С ним невозможно было работать.

– Очевидно, что никакой мести не было, – заметил Уинтер. – Мы пообщались с Лоу. Он произвел впечатление компетентного и профессионального человека. Он знает свое дело.

– Абсолютно верно. Берч просто маленький человечек, которому хочется быть больше, чем он есть на самом деле.

– Ну, не такой уж он и маленький, – заметил Уинтер. – Место преступления – вот там.

– Проводите нас.

Они пришли на поляну в тот момент, когда Берч поднимался наверх. Питерсон был уже наверху и протягивал шефу руку помощи. Берч отмахнулся и самостоятельно преодолел последние пару ступеней. Отдышавшись, он вытер лоб платком и кивнул судмедэксперту.

– Доктор Гриффин.

– Шеф Берч.

– Там что-то кошмарное. Настоящий ужас. – Он повернулся к Уинтеру. – Ну что, мистер Выдающийся Криминалист, может, расскажете, что все это значит?

Уинтер посмотрел ему в глаза:

– У меня не укладывается в голове, как вы умудрились не найти Юджина шесть лет назад. Как это вообще возможно? Он же у вас под носом был все эти годы.

Берч кряхтел и пыхтел, как будто ответ был готов вот-вот сорваться у него с языка. В конце концов он так ничего и не сказал, а повернулся и ушел с поляны, ведя за собой на невидимом поводке Питерсона.

Мендоза сдвинула очки на затылок и посмотрела на Уинтера:

– То есть ты решил не поддерживать мир в песочнице, да?

Уинтер смотрел на тропу, по которой они только что пришли, и в своих мыслях ехал назад, в Хартвуд. Он представил себе, как «БМВ» выезжает на разбитую грунтовку, обсаженную деревьями по обеим сторонам, а затем – на петляющую двухполосную дорогу, ведущую в город.

– Джеремайя Лоу довел бы дело до конца. Он бы все здесь перевернул. Так почему же Юджина не нашли во время первоначального расследования?

Никто ничего не ответил. Уинтер мысленно задал этот вопрос Лоу и провел с ним целый диалог. Следователь сказал, что в этот день был сильный снегопад, один из сильнейших в истории. Уинтер представил себе маршрут из Хартвуда до дома Прайсов. Дороги занесены снегом, подъезд к дому невозможен. Дорога к дому – под снегом, тропа к лужайке надежно прикрыта белым одеялом. И тогда они искали не Юджина, а Нельсона.

Он повернулся к Гриффин:

– Лоу сказал, что расследование осложнялось снегопадом. Вы помните, сколько дней лежал снег?

– Как минимум неделю, а может, и дольше.

– Подъезды к Хартвуду были заблокированы?

Гриффин кивнула.

– А сюда, я так понимаю, вообще добраться без спецтехники было невозможно. Я прав?

– Я вырвалась из города через четыре дня, оплакивая каждый из них, – засмеялась она. – И я бы точно не хотела повторения.

Эта информация подтверждала его гипотезу. Застряв в Хартвуде на четыре дня, Лоу и его люди еле-еле дождались возможности вернуться в Рочестер, оставив здесь Берча разбирать завалы. Стал бы Берч приезжать к дому Прайсов и прочесывать лес? Конечно, нет. Это слишком много работы для него. А значит, место поверхностно обыскали всего лишь раз в самом начале расследования. Основным местом преступления был дом Ридов, и там-то и было столпотворение.

– О чем вы думаете? – спросила его Гриффин.

– Интересно, сколько же времени Амелия ждала, когда сойдутся все звезды.

45

– Прятать кого-то очень тяжело, – продолжил Уинтер. – Неважно, труп это или живой человек. Труп надо куда-то оттаскивать посреди ночи, рыть яму, при этом так, чтобы тебя никто не увидел. А с живым человеком еще труднее. Нужно его кормить, поить, нужно его где-то держать, найти такое укрытие, чтобы никто его не нашел.

Он посмотрел на деревья, на то, как солнце играло лучами на листьях. Все молчали, стоя в кругу, и только легкий ветер и крики птиц нарушали тишину. Уинтер перевел взгляд на открытый люк.

– А что делать, если нужно спрятать живого человека, а у тебя полный дом полицейских, которые проводят обыск? Тогда задача еще больше усложняется, потому что они гарантированно перевернут дом вверх дном, потому что твой брат только что совершил одно из самых страшных убийств, которые случались в городе за всю его историю. Представьте себя на месте Амелии Прайс, что бы вы сделали?

– Постаралась бы все максимально запутать, – сказала Гриффин.

– Именно. Люди всегда говорят, что они рады стараться, но это полная ерунда. Правда в том, что большинство хотят легкой жизни, ищут путь наименьшего сопротивления.

Уинтер опять сконцентрировал внимание на входе в подземелье и перенесся мыслями на шесть лет назад. В его голове один сценарий сменял другой, а возможности, гипотезы и озарения следовали друг за другом бесконечной чередой.

– Амелия выбрала идеальный момент. Она знала, что будет снегопад, и пошла в дом Ридов вместе с Нельсоном. Там она смотрела на то, как он их убивает.

– Подождите-ка, – перебила его Гриффин. – Вы слишком спешите. Нет никаких доказательств того, что Амелия была в доме в момент убийства Ридов.

– Потому что доказательств ее присутствия никто и не искал. Все с радостью приняли утверждение, что убийца действовал в одиночку. Безусловно, доказательство такая вещь, что его можно интерпретировать по-разному. Один и тот же набор фактов может породить совершенно разные истории.

Гриффин смотрела на него, сверкая стразами на повязке.

– На данном этапе мне остается просто поверить вам на слово, что она там была.

– Но как ей удалось переместить отца в погреб? – спросил Барни, вмешиваясь в разговор. – Ведь полиция обыскала дом. Они бы увидели следы, ведущие через двор. Они бы пошли по этим следам и нашли бомбоубежище. Только вот почему-то не нашли.

– Может, она на тот момент прятала его в другом месте? – предположила Гриффин.

– А зачем? – спросил Уинтер. – У нее же было это поистине идеальное место, зачем ей искать что-то еще? Вряд ли она стала бы это делать. Она, как и большинство людей, предпочтет путь наименьшего сопротивления.

– Да и следы свои никак не спрячешь, – вставила Мендоза. – Она не смогла бы просто засыпать их снегом. Она бы оставила новый след, не менее заметный.

– Именно. Но как же ей это удалось? – спросил Уинтер, доставая сигарету и играя с ней, и продолжил: – Я думаю, Юджин был здесь с самого начала, надежно спрятанный под землей. Он был здесь в тот вечер, когда были убиты Риды. Он оставался здесь, и когда сюда добралась полиция, и еще долгое время после их отъезда.

– Не сходится, – покачала головой Мендоза. – Они бы заметили следы, ведущие в лес.

Она хотела сказать что-то еще, но в последний момент пришедшая ей в голову мысль заставила ее отказаться от прежней точки зрения.

– Черт. Амелия перевела его сюда еще до снегопада и не ходила к нему до тех пор, пока не была уверена в том, что полиция больше не вернется.

– Именно так, – кивнул Уинтер.

– И на какой срок она должна была его оставить?

– Снег растаял примерно за четыре дня, значит, как минимум на это время. Но она явно подстраховалась и еще несколько дней ждала, потому что полиция могла нагрянуть неожиданно. Думаю, речь идет о неделе или даже более долгом сроке.

– Но ведь он должен был что-то есть и пить? – спросила Гриффин.

– Наверняка Амелия оставила воду в бутылках. Что касается еды, в погребе целые полки консервов. Я уверен, что-то она придумала. И даже если нет, это небольшая проблема. Можно руководствоваться правилом трех. В экстремальных условиях нельзя прожить больше трех минут без воздуха, трех часов без укрытия, трех дней без воды и трех недель без пищи. Воздух и укрытие у Юджина были, вода тоже, а значит, он вполне мог протянуть три недели без еды.

– Думаете, она могла оставить его там на три недели? – переспросила Гриффин.

– Если была такая необходимость, то да. Так она и сделала.

– А что, если бы он умер?

– Мы знаем, что она умна и осторожна. У нее есть терпение и навык планирования. Она бы не оставила его, не будучи уверенной, что этого не произойдет.

– Но на сто процентов она быть уверенной не могла.

– Да, это риск, но ей нужно было остановить отца. На тот момент для нее это было важнее всего. Если бы он умер, я думаю, она дождалась бы, пока земля оттает, а потом похоронила бы его где-нибудь в лесу. И после этого собрала бы вещи и уехала из города. Со смертью отца ее здесь уже ничего бы не держало.