Капкан памяти - Шон Кенни

В воскресенье, не найдя для себя более подходящего занятия, она решила забрать свой мобильный телефон. К ее великому облегчению, кабинет Трейси оказался не заперт. Теперь большинство руководителей видели в своих служебных кабинетах лишь звукоизолирующие стены. Если закрыть кабинет на замок, туда уже не пошлешь подчиненного, чтобы отыскать нужный документ или записать идеи, выработанные в ходе совещания.

Телефон, полностью разрядившийся, лежал там же, где она его оставила. Шейла сунула его в сумочку и потом решила проверить, подключен ли компьютер Трейси к сети и, если подключен, попытаться прочесть ее электронную почту. Она обошла стол, стараясь не прикасаться к его поверхности после того, что здесь творилось в пятницу, села в кресло Трейси и дрожащей рукой взялась за мышку.

Несколько щелчков, и на экране появилось окно ввода пароля. Какой у Трейси может быть пароль? Как зовут ее детей? Шейла стала вводить разные комбинации, пока на экран не появилось предложение зарегистрироваться в качестве посетителя и напечатать недействующий пароль. Этого делать не стоило, иначе пришлось бы заполнять целую анкету: писать девичью фамилию матери, номер социального страхования и так далее. Но, может быть, система даст ей подсказку…

Шейла осознала, что сидит затаив дыхание с тех самых пор, как опустилась в кресло Трейси. Она выдохнула, расправила плечи, сделала глубокий вдох, щелкнула по строчке «зарегистрироваться как» и невольно вскрикнула, увидев среди отобразившихся вариантов, прямо под «Трейси-карсон», запись «лестер-дюшан».

У Шейлы бешено заколотилось сердце. Она отодвинулась от стола и попыталась подняться, но не смогла. Она боялась отвернуться, боялась отвести взгляд от фамилии погибшего. Что заставило его воспользоваться этим компьютером?

Потрясение, которое она испытала при виде имени Лестера, сменилось любопытством. Шейла выключила компьютер, встала и медленно направилась к выходу. В дверях она оглядела коридор, но никого не увидела. Она направилась к лифту, вспоминая разговоры, обрывки бесед: теперь они приобретали новое значение.

Всю ночь Шейла строила разные предположения и заснула с мыслью о Майке, жалея, что его нет рядом.

Все утро понедельника Майк и Гари колдовали над цифрами, но в любом случае получалось, что в следующем квартале «Това системз» не сможет удовлетворить заказы своих агентов по сбыту. Они знали, что показатели спроса завышены, но знали и то, что план по выручке все равно должен быть выполнен. Тодд запретил отодвигать сроки выпуска изделия, а поскольку он не церемонился с теми, кто ему перечил, его по-прежнему держали в неведении относительно наихудших сценариев развития событий.

– У нас и прежде случались проколы, – сказал Гари, – но не в таком масштабе. Положение авральное, все должно быть под жестким контролем. Надо, наверное, каждый день посылать кого-нибудь из наших в Уотсонвилл.

Майк встрепенулся.

– Вообще-то, я сам подумывал о том, чтобы навестить Дика.

– Действуй! – обрадовался Гари. – И от моего имени дай ему как следует по яйцам – для острастки.

Майк вернулся к себе в кабинет, позвонил Дику Подраски и сказал, что будет у него к двум часам.

В полдень шоссе № 85 было свободно, и у Майка даже нашлось время заехать в Джилрой, чтобы пообедать. После, проезжая через перевал Хеккер, он в очередной раз с восхищением наблюдал за жизнью самой старинной отрасли калифорнийской экономики. Вдоль овощных плантаций тянулись в ряд пикапы; среди зелени белели, поднимаясь и опускаясь, соломенные шляпы: это рабочие прореживали или пропалывали – в общем, возделывали – посевы на бескрайних полях.

На этот раз Майк более внимательно отнесся к охраннику у входа на старый завод в Уотсонвилле. Местный латиноамериканец был без оружия, но у него на поясе болталась рация. Два монитора в его будке показывали попеременно разные участки ограждения. Работало несколько камер. Одна снимала Майка, сидящего в «шеви блейзере». В центральном здании доступ из приемной в административные и производственные помещения осуществлялся с помощью магнитных карт – в «Това системз» были установлены более современные сканеры. Но пропускная система работала исправно, и Дику, чтобы открыть дверь, пришлось провести своей картой по считывающему устройству.

– Полагаю, ты приехал проверить, как у нас обстоят дела с памятью, – сказал он, ведя Майка к себе в кабинет.

– Я хочу уточнить все данные до мельчайших подробностей. Покажи мне ваши открытые заказы, подтверждения, запасы материалов. Я намерен встретиться с каждым, кто задействован в нашем проекте, выступить перед сотрудниками с зажигательной речью, объяснить, как дорога каждая минута.

Дик плюхнулся в кресло и в отчаянии развел руками.

– Денежные поступления такой же важный показатель моей деятельности, как и прибыль, – сказал он, – поэтому мы не хотим замораживать денежные средства в складских запасах. Это значит, что все поставки приурочены к определенному времени. Мне больше нравится, когда склад пустой.

– Знаю, – отозвался Майк. – Но если каждый выполнит то, что обещал, ровно через три недели вы утонете в компонентах для «Поморника», так?

– Ну да, естественно.

– Можно считать, что мы провели ревизию, и теперь посмотрим, будут ли выполнены запланированные поставки.

Дик вздохнул.

– Ситуация не новая. Просто на этот раз переполох с памятью. Да, кстати, пока ты здесь, подпиши разрешения на превышение цен. Мы закупили кучу микросхем, Майк, по самым разным ценам, и все что можем перебрасываем сюда с других наших заводов.

– Отлично. Так на сколько вы рассчитываете в итоге?

– Точные цифры тебе скажут сегодня. На первое время хватит с гаком, но недельки через три уже будет трудно выполнять ваш заказ.

Во второй половине дня Майку устроили экскурсию по заводу – она тянулась нестерпимо долго. И только посмотрев целый ряд объектов, он наконец-то приблизился к цели своего визита. Дик сослался на то, что его ждут в конференц-зале, и удалился, оставив Майка на попечение начальника планового отдела. Женщина повела его по цехам, увлеченно объясняя, как информация с разных терминалов заносится в программу, как все сводки поступают к ней, а она их обрабатывает.

У каждого стенда Майк задавал несколько вопросов и шел за своей провожатой дальше. В конце концов они добрались до пульта управления автоматизированным складом с информационно-поисковой системой. Майку повезло: дежурил тот же парень с татуировками – Эд.

– Как дела? – спросил Майк.

– Все работает чин-чином, если знаешь свое дело, – ответил Эд.

– Умная система, – похвалил Майк.

– Да.

И опять удача улыбнулась Майку: один из транспортировщиков вступил с его экскурсоводом в спор о недостающих документах.

– Мы уже виделись, помнишь? В «Синалоа». Кстати, меня зовут Майк.

Они обменялись рукопожатием.

– Да, помню, – кивнул Эд.

– Вот и хорошо. Передай это Мерлу и попроси его позвонить мне… – Майк достал из кармана рубашки визитную карточку и вручил ее Эду. – На обороте мой мобильный.

– Обязательно.

– Спасибо, Эд.

Майк продолжил экскурсию.

Спустя два часа он сидел в кафе «Синалоа», потягивая второй бокал «Маргариты». Вошел Мерл. Он узнал его и сел на соседний табурет за стойкой бара.

– Майк Маккарти, – произнес Мерл, читая по визитной карточке «Това системз». – Менеджер по закупкам запоминающих устройств.

– Выпьешь что-нибудь? – предложил Майк.

– Нет. Говори, зачем звал.

– У меня неприятности, – начал Майк. – Парень, которого я сменил, сделал одну большую глупость и вскоре погиб. А за последствия отвечать буду я. Мне нужно как-то прикрыть себя, а для этого необходимо, чтобы через пару недель с завода исчезли все микросхемы памяти. – Слова слетели с языка легко, непринужденно, быстрее, чем Майк сообразил, что так, пожалуй, не принято обсуждать планы преступлений.

С другой стороны, других уголовников он не знает, рассудил Майк. Эти ребята – наркоторговцы. Мерл сидел за тяжкое уголовное преступление. Даже если это не они тащат микросхемы памяти с завода Подраски, в чем он отнюдь не уверен, они наверняка знают, кто этим занимается.

Мерл смотрел на него, качая головой.

– Ты спятил, – сказал он, встал и зашагал мимо ужинающих за столиками к выходу.

Майк проследил в зеркале за тем, как он удалился, заглотнул со дна бокала подтаявшие кубики льда и внимательно посмотрел на свое отражение, выискивая на лице признаки сумасшествия, но ничего такого не заметил. Тогда он слез с табурета и вышел с черного входа на стоянку, где оставил свой «блейзер».

Вставляя ключ в зажигание, он услышал, как кто-то тарабанит по стеклу машины с правой стороны, и увидел Мерла. Тот пытался открыть дверцу. Инстинктивно Майк отомкнул центральный замок, и Мерл сел рядом с ним.