Как вырастить экопродукты. Все о здоровом питании от рождения до 100 лет - Геннадий Федорович Распопов

человека. Не осознают, что именно для них я создавал сад – самый экологичный сад в округе, с самой разнообразной микробиотой, как в лесу Амазонии.

Полюбите ребенка с кашлем!

Сегодня за нашим большим столом собрались все пятеро внучат, завтра у самой маленькой пятилетней внучки день рождения, а она кашляет. Зять позвонил, чтобы я ее послушал и назначил лекарства от кашля. Старший внук – студент-медик, который на выходные приехал к нам, хрустя огромной сочной грушей из нашего сада, сыронизировал:

– Вот и появился повод послушать дедушку, как он у своей внучки быстро вылечит кашель укропом и петрушкой со своих экологических грядок, и поверит ли ему отец ребенка?

– С фармакологическим мракобесием надо бороться, используя научные знания и наш сад, слушайте все, – ответил я.

Как бороться с кашлем у ребенка? Очень просто: надо научиться любить своего малыша и с кашлем, и с соплями, и с плачем. И смеющегося, и задающего без конца вопросы, и обнимающего вас, и вздрагивающего по ночам рядом с вами.

Детей без царапин, без соплей, без слез, без кашля не бывает! Я родителей учу понимать, когда кашель говорит о болезни, которую надо лечить, а когда – это нужный рефлекс, доставшийся ребенку от предков, который просто очищает дыхательные пути от вирусов, пыли, аллергенов. И часто вместе с соплями и слезами кашель просто защищает вашего ребенка от болезни.

Вы хотите жить и не кашлять? Хотите жить и не слышать, как кашляют рядом дети? А может, вы еще не хотите слышать, как поет соловей весной? Вам нужен покой? Расслабьтесь, успокойтесь, включите мозги и послушайте мою историю о микробиоме ребенка, о полезных микробах, которые защищают его от инфекций, вызывающих кашель. Но это потом, а пока поговорим о простых вещах.

На заре моей врачебной деятельности детский кашель преследовал меня и днем и ночью, более страшного кошмара я не знаю. Пожалуй, страшнее было, только когда я в пять лет болел корью и в полубреду кашлял сам.

Я уже рассказывал, что в середине семидесятых годов, когда мы с женой учились на последнем курсе мединститута, у нас родился сын. Жена не знала ничего о микробиоме, сама питалась сладкими творожками и эклерами в студенческой столовой (в Ленинграде в то время все это было натуральное и очень вкусное), а ребенка с месяца мы кормили неадаптированными сладкими смесями. С трех месяцев у него появился обширный «экссудативный диатез» и до двух лет были бесконечные обструктивные бронхиты с кашлем.

В городе, куда я попал по распределению, в семидесятые годы детская смертность превышала все мыслимые показатели, умирало до года 25–30 детей на 1000 родившихся. С содроганием вспоминаю бессонные ночи, жизнь в общежитии в маленьком городе Новгородской области (нам, врачам, квартиру дали только через пять лет работы), пустые полки в магазинах и нищенская зарплата.

В отделении, где я начал работать, лежало более шестидесяти детей, и все кашляли, отличать, где стеноз гортани, где обструкция бронхов, где бронхит, где пневмония, а где просто детские сопельки – я еще не умел. Всем кашляющим детям одинаково делали капельницы, назначали пенициллин со стрептомицином, ингаляции с содой, УВЧ на грудь и всем давали микстуры от кашля на основе термопсиса и подорожника.

В городе было три Дома ребенка, это более трехсот детей раннего возраста, кормили их тогда по новым веяниям – кефиром с молочной кухни и геркулесовым отваром. Это самая страшная убойная смесь для детей! Избыток коровьего казеина, солей кальция и фосфора и недостаток жиров приводили к нарушению обмена веществ, дети быстро прибавляли в весе, становились пастозными, водянистыми, бронхи отекали, дети захлебывались в слизи, хрипели, без конца кашляли.

Прошло 45 лет. Я не помню, когда я сам последний раз кашлял, лет пять назад была легкая ОРВИ с трехдневным першением в горле, прошло без единой таблетки. Внуки болеют раз в пять реже, чем сверстники, и кашель у них проходит без таблеток быстрее чем за пять дней.

В больнице я перестал слышать кашель у детей, редко какой-то необычный хрип заставляет меня подойти и внимательно послушать ребенка, а обычный, естественный редкий кашель при ОРВИ проходит мимо моих ушей. Этому я приучаю и родителей, ребенок кашляет – значит, борется с вирусом, радуйтесь. Просто я в последние годы увлекся экологическим земледелием, научился правильно питаться, заботиться о микроорганизмах в окружающей меня природе, в саду, в огороде, в квартире, и как следствие – формировать правильный микробиом в своем организме, а он защищает меня от ОРВИ.

И что не менее важно, меня перестали мучить кошмары от бесконечно кашляющих детей, я стал профессионалом, разбирающимся в причинах детского кашля. Каждый день ко мне обращаются матери с кашляющими детьми, я ставлю правильный диагноз, даю советы (а не только выписываю рецепты), и дети быстро перестают кашлять.

Чтобы поступить в кровь, воздух, в котором должен быть кислород в достатке, воздух, в котором мало пыли, много влаги и он согрет до температуры тела, вначале должен поступить в легкие и через тончайшую стенку альвеол попасть в кровь, а затем в эритроциты крови.

Почему это важно знать матери? Если бронхиолы страдают, ребенок хрипит и кашляет, мое ухо по десятку признаков отличает, что этот кашель связан с болезнью легких, это бронхиолит, и я принимаю срочные меры. Если больны бронхи – это бронхит, хрипы и кашель другие, и лечение другое. Если поражена трахея, а часто вместе с гортанью, – то у ребенка ларинготрахеит, иногда со стенозом гортани, это очень тяжелое и опасное заболевание, нужна неотложная помощь.

Работая в больнице, я постоянно возмущался, что медики, направляя ребенка в стационар, путали бронхиолит и ларинготрахеит, ведь и там и там хрипы, кашель и одышка присутствуют, диагноз ставится по нюансам, но это не все знают и оказывают неправильную неотложную помощь.

Поэтому мой совет родителям: доверяйте, но проверяйте медиков, когда вашему ребенку ставят один из этих диагнозов и начинают делать уколы и ингаляции. Ошибки на этом этапе случаются часто.

Я уже писал, что в 90 % и выше кашель у ребенка связан с соплями, с задним ринитом, когда неотложная помощь и стационар не нужны, и менее чем в 10 % – с бронхиолитами