Маневры. Дилогия (СИ) - "АЗК"

Когда мы подъехали к машине ОРиРа, там уже был развернута палатка, в которой стоял огромный стол из щита, который капитан Венгер возил на внешней стенке КУНГа своей машины. На нем были разложены блоки снятого оборудования, и уже соединены между собой. Офицеры заканчивали подключать питание.

— Товарищ капитан, ваше задание выполнено. Оборудование с части самолетов демонтировано и доставлено. Во время выполнения задания происшествий не было, весь личный состав и техника целы и вернулись.

— Вольно! Почему не осмотрели все самолеты? — Спросил капитан.

— Места в БТР уже не было.

— Сколько не обследованных самолетов осталось?

— Приблизительно две трети...

Чижиков на секунду оторвавшись от дела, спросил: — Ну, что показывай что привезли? — Внимательно оглядев нашу добычу произнес: — Думаю, нам хватит!

— Куда складывать?

— Давай в угол, на брезент.

Отдав команду бойцам, продолжал наблюдать как Венгер с Чижиковым собирают на столе самолетную радиостанцию. Чтобы, хоть как-то поучаствовать в процессе, сказал: — Может, чтобы ускорить дело, немецкого радиста привлечь?

— Уже. — Буркнул капитан.

— Что уже? — Непонял я.

— Уже привлекли. Сидит за палаткой в яме под охраной переводчика. Если понадобится — как говорится под рукой.

— А чего ты без дела стоишь? Вы все самолеты осмотрели? — Задал вопрос капитан Венгер.

— Нет не все, где-то треть. — Ответил я.

— Тем, более! Давай не тормози, бери бойцов и вперед! Нам тут всю авиацию оснастить надо!

Я повернулся и выйдя из палатки поднял бойцов и мы поехали снова трофеить самолеты. На второй раз улов был жирнее, наверное потому, что непосредственно у позиций "Шилок" падали самолеты которые были просто развалены в воздухе. Сейчас же, мы видели практически целые фюзеляжи, чего нельзя было сказать об экипажах. Нашли несколько парашютов, в которых оказались одни трупы.

При демонтаже радиооборудования я отметил, что на истребителях немцы устанавливали только УКВ блоки, тем самым упрощая нам задачу. Действительно зачем на истребители ставить расширенный комплект оборудования, когда можно обойтись и меньшими средствами? Постепенно мы перестали обращать внимание на кровь, запах горелого мяса, мух, и быстро снимали аппаратуру. В дополнение к основной задаче нам удалось нажить несколько аккумуляторов, очень мне понравились бошевские свечи и экранированные провода к ним.

Сильно озадачило устройство, назначение которого, я не понял. Скорее всего это были не электро-вакумные лампы, а что то вроде реле. Пока я так и не смог определить, где именно они применялись. Всё, что мне удалось понять, что такие реле управлялись от какой-то внешней обмотки, что-то типа катушки электромагнита. Судя по керамике и мощным латунным контактам, они применялись для коммутации высокой мощности в антенных цепях. Передатчики радиостанции на выходе имели пару мощных ламп и отдавали хорошую мощность в антенну, так что там было, что коммутировать. Еще я обратил внимание на то, что немецкие инженеры старались по возможности применять в составе одного устройства, особенно в приемниках, лампы одного и того же типа, скорее всего, чтобы облегчить обслуживание аппаратуры. Снова забив десантный отсек снятым оборудованием и материалами по самый верх, мы тронулись в расположение. По пути назад сумел немного прикемарить и проснулся только около палатки Венгера. Пройдя вовнутрь обратил внимание, что куча, которую мы привезли в первый раз заметно уменьшилась. Увидев в палатке одного Чижикова, спросил: — Как дела?

— Ты представляешь! Возбужденно начал говорить Сергей, — практически ничего не пришлось подстраивать и регулировать, только меняли лампы и больше фактически ничего! У этой аппаратуры потрясающие параметры! Если бы не лампы, я бы подумал, что она только что разработана и произведена! Это фантастика. Мы с Колей проверили стабильность характеристик, она такая как с кварцем!

— Нам в институте, один преподаватель рассказывал, что Германии перед войной удалось разработать и внедрить в массовое производство радиочастотную керамику с малым уровнем потерь на высоких частотах, а также ферромагнетики, пригодные для использования на радиочастотах. Всё это применялась немцами для изготовления катушек индуктивности исключительно высокого качества, что, в свою очередь, позволяло разрабатывать для радиоаппаратуры задающие генераторы с плавной перестройкой частоты, сравнимые по стабильности с генераторами, имеющими кварцевую стабилизацию. — Ответил я.

В этот момент зашел Венгер, и сказал: — Ну что Бак, привез еще что-то? А то мы уже тут стали, не ожидали, что все пойдет так быстро. Ты представляешь...

— Я ему уже сказал, Коля. Оказывается в Одесском институте связи один преподаватель даже лекцию им читал об этом!

Пока обсуждали эти новости, солдаты таскали, то что мы привезли. А мы тем временем начали втроем проверять и настраивать аппаратуру. Встал вопрос как устанавливать отлаженные комплекты. Я предложил не копировать немецкий комплект, а разделить КВ и УКВ части, для использования в разных вариантах. КВ использовать для обеспечения наземных служб и подразделений, а УКВ использовать для самолетов. Таким образом, количество пригодных для работы комплектов увеличилось. КВ комплекты солдаты укрепляли внутри снарядных ящиков так, чтобы можно было установив ящик в любом месте, открыть, развернуть антенну и начать работать. УКВ комплекты просто аккуратно складывали в такой же ящик без крепления.

Фрагмент 18

Глава 8

Лейтенант Осташев

22 июня 6-50 МСК

год пока непонятен

р-н местечка ЛОКАЧИ

Направление поиска — восток

Получив приказ от командира дивизиона на проведение разведки в направлении на восток: я задумался, исполнять приказ согласно его букве или, как говорится согласно духу. При первом варианте я должен буду вести свой БТР по грунтовым дорогам и бездорожью, при втором можно воспользоваться дорогой Владимир-Волынский — Луцк, которая проходила почти строго с запада на восток, но до нее было около 8 км на север. К исполнению был принят промежуточный вариант: пройдя на север несколько километров вместе с БТРом Динкевич, моя группа должна была не доходя до грунтовки свернуть на восток, и дальше продвигаться вдоль опушки леса.

Наша небольшая колонна медленно подходила к мосту. Сейчас мой триста шестой шел в авангарде. Раньше мне, почему то все время доставалась роль замыкающего, но сегодня наверное звезды на небе лели по-другому. Взрыкнув движком, Федя остановил бронетранспортер.

— Воин, почему это мы встали? — раздался в наушнике у водителя мой насмешливый голос. — Неужели топливо кончилось? В самый неподходящий момент?

— Мост.

— И что боец? — По привычке я начал ориентироваться по карте. Стронно, на карте его нет. На вид крепкий... — Давай, Федя, пошел! Мост же не резиновый! Настоящий! — подпустил я немного смеха в свой голос.

— Нет командир. Я не хочу, чтоб этот железный гроб стал моим навечно! — В голосе узбека акцент звучал намного сильнее обычного.

— Отставить разговорчики. — Обрывая я его. — Начал движение. А то колонну тормозим!

Но БТР даже не тронулся с места.

— Можете меня под трибунал отправить. Но чуйка мне подсказывает: тут что-то явно нечисто.

— Да, бля, сколько можно! — Взорвался в рации голос Динкевича, который со своей группой следовал за нами.

Пришлось объяснить.

— Понятно, давай тогда замыкающим вставай. — Принял решение Динкевич.

Его бронетранспортер, начал огибать нас по дуге. Мы, в свою очередь, освободили ему место ведущего. Рокировка состоялась, и колонна снова неторопливо начала движение к мосту…

Как только колеса его БТР зашли на деревянный настил, весь мост вильнул как плетка, рухнул в реку, которая его подхватила понесла как большой длинный плот вниз по течению.

В моей голове успела промелькнуть единственная мысль: "Херово денек начался…", которую опять прервал Динкевич: — Я сейчас с одним бойцом выйду глянуть что это было, а вы прикрываете.