Жемчужина боярского рода. Часть 2 - Ива Лебедева

нашарила в пустоте Снежинского и вцепилась в него как клещ. — Ну же! Поехали!

Глава 40

Пустота содрогнулась, выплюнув нас в виртуальную проекцию какого-то святилища. Почему виртуальную? Это чувствовалось в схематичности линий, в том, как они слегка двоились, будто смотришь 3D-фильм без специальных очков.

Алешка все еще был рядом и все еще невидим. Но чувствовалось, что он мне помогает как может.

Только взглянув на лица своих спутников, я поняла, что ледяная на вид глыба в центре и есть алтарь Снежинских. Каменные плиты вокруг трещали, из трещин сочился ядовито-зеленый свет. Настоящая Ольга шагнула вперед, ее пальцы дрожали, касаясь древних рун.

— Здесь… здесь все и началось.

Я потянула Игоря за рукав:

— Слушай себя. А потом говори, что делать. Твой род, твои правила.

Он кивнул, вытирая кровь с губ:

— Нужно синхронизировать потоки. Ты — якорь в этом мире, она — в прошлом. Я… — он замялся, — буду мостом.

Прежняя Ольга внезапно схватила мою руку. Ее прикосновение было холодным как лед.

— Послушай… все, что случилось с нами обеими, не твоя вина. Ты не хотела захватывать мое тело, я понимаю. Но если у нас все получится, есть риск, что я заберу свое тело обратно. Не нарочно, но… а ты исчезнешь. Это не обязательно произойдет, но возможно, и…

— Кто не рискует, тот не пьет шампанского. — Я стиснула зубы, чувствуя, как наши силы сливаются в спираль. Силы четверых — мой невидимый пес тоже не остался в стороне.

Руны вспыхнули. Настоящая Ольга пела на языке, которого я не знала, — древнем наречии, общем для всех боярских родов. Мои силы фокусировались на кристалле, вытягивая из него сиреневые нити, как когда-то под руководством Милы я чинила кристальные проводниковские амулеты. Игорь стоял между нами, его руки дрожали, направляя магию:

— Левой сильнее! Правая прожилка истончается!

— Молчи, перфекционист! — огрызнулась я, но послушалась.

Когда трещина закрылась, алтарь взорвался светом. Игорь рухнул на колени, но улыбался:

— Получилось…

Настоящая Ольга вдруг начала истончаться, исчезать. В моей голове прозвучал едва слышный шепот: «Спасибо. Мне пора, иначе ты рискуешь».

— А ну, стоять! — взвыла я и неведомым мне самой способом сгребла светящийся туман, в который начала превращаться девушка, в кучку. Сиреневые нити, вырвавшиеся из моих рук, словно собирали разряженный воздух, заново обрисовывая вокруг него девичий силуэт. — Хватит самопожертвований, слышишь? Только попробуй еще раз что-то подобное выкинуть, я тебе палкой по макитре пустой как врежу! А Игорь поможет! Поможешь⁈

Снежинский, зеленоватый от усталости и переживаний, но гораздо более живой на вид, чем был до починки алтаря, молча кивнул и кинулся обнимать едва не сбежавший туман. Под его руками тело девушки стало более материальным, хотя все еще оставалось полупрозрачным.

— Дура, — обиженно сказала мне Ольга и расплакалась в объятиях своего жениха.

— Сама такая, — мстительно отозвалась я, дернув сиреневой нитью девушку за косу. — Целуйтесь быстрее и пошли дальше. Где-то должен быть выход из этой виртуальной реальности.

— Откуда? — удивился Игорь.

— Не обращай внимания, и вообще! Невесту целуй! — отмахнулась я, продолжая обходить алтарь по кругу и вглядываясь в стены. — О, я ж говорила! Вот сюда надо потыкать, и будет дырка! Через которую вполне можно вылезти.

— Ты ненормальная. — Через дыру в каменной стене мы полезли вчетвером, хотя Алешка упорно шифровался. И по пути Ольга все не унималась: — Зачем ты пытаешься меня вытащить?

— Считай, дело чести проводника. Раз уж попала в зону моей ответственности — все, никуда не денешься, спасешься как миленькая!

Выход из дыры в углу святилища Снежинских оказался не дверью, а пропастью. Мы провалились в еще одну пустоту, но совсем ненадолго, будто пролетели сквозь нее насквозь. И вывалились в подозрительно знакомый пейзаж…

— Чтоб мне лопнуть, если это не лес Зеркальных Столбов. — Я огляделась по сторонам и торопливо полезла в карман за платками. У меня всегда запас, кордонные привычки не так просто изжить даже в столице. — Не похоже на виртуальное пространство, здесь все по-другому и выглядит, и ощущается. И пахнет! Чуете? В пустоте и святилище вообще ничем не пахло, как в компьютерной игре, а здесь… Похоже, настоящая аномалия, так что не вздумайте применять магию! И вообще не смотрите по сторонам. Каждая колонна отражает наши страхи.

Игорь и Ольга, из полупрозрачной ставшая вполне материальной, послушно взяли по платку и завязали глаза. Из этого места можно было выбраться или на ощупь, или зная дорогу своих страхов так хорошо, чтобы они уже не пугали до обморока. Тем более что у меня с собой самая лучшая собачья поддержка, пусть и невидимая.

Я провела пальцем по ближайшей поверхности. Здесь я потеряла первого напарника.

Еще несколько шагов — и зеркальный столб показал мне возможную смерть Марфуши. Я видела ее столько раз, что даже не вздрогнула. Как ни странно, чтобы пройти мимо своего ужаса, на него надо было смотреть прямо. Прожить его и вынырнуть на поверхность, осознав всю глубину.

Я взяла подопечных за руки и повела за собой. Мы шли, и я рассказывала, отвлекая их от страха и неизвестности. О ловушках, о том, как научилась читать отражения лучше слов. Ребята слушали внимательно, даже головами по сторонам не крутили и не спотыкались. А Игорь еще и вопросы задавал:

— А бывает, что столб показывает не страх, а мечту? Например, тому, кто научился не бояться?

— Тогда он манит, как сирена. — Я скосила глаза на одну из колонн и усмехнулась. Да, на этом я когда-то чуть не попалась, преодолев страхи.

Игорь резко тряхнул головой:

— Не смотри на ту, где ты… с ним. Это сейчас опаснее, чем раньше! Тогда твое сердце было свободно!

Я не спрашивала, о ком речь. Алексей в зеркале кормил Алешку пряниками, и этого было достаточно.

Мы все шли и шли, а лес Зеркальных Столбов сверкал, словно гигантская хрустальная ловушка. Каждая колонна переливалась ядовитыми оттенками, искажая реальность в попытках пробить мою защиту: где-то мое отражение превращалось в трехметрового волкодава, где-то Игорь вдруг обзаводился крыльями и рогами.

Настоящая Ольга шла молча, сжимая мою руку так, будто боялась раствориться. Ее пальцы дрожали.

— Знаешь, — вдруг заговорила она, слепо повернув лицо с завязанными глазами в сторону Игоря, — я всегда мечтала, чтобы он стал главой рода. Даже рисовала герб — волк со снежинкой в зубах. Ты знала, что твой волк тоже под покровительством рода Снежинских? Как и его магические братья.

— Волк? — Я фыркнула, уворачиваясь от щупальца, вылезшего из трещины. — Алешка обидится. Он считает себя эксклюзивным псом.