Тайна старой газеты - Наталья Николаевна Александрова

мячик, да так ловко, что попал зверю по носу. И добился-таки своего: лев приоткрыл один глаз и уставился на мячик, потом осторожно тронул его лапой. Мячик покатился, огромный зверь оживился, привстал и попытался прижать мячик лапой.

Точь-в-точь, как Бейсик, когда тот играет с игрушечной мышью, восхитилась Надежда.

Мячик выскользнул из-под лапы и покатился к прутьям клетки. Семейство бурно ликовало, папа поднял младшего ребенка повыше, в то время как мама снимала видео.

Надежда сама загляделась на играющего льва и опомнилась, только когда заметила, что киллерша придвинулась почти вплотную к клетке и тоже фотографирует красивого зверя.

Ребенок на руках у отца расшалился и едва не выпал за барьер, но отец вовремя перехватил его, тот заорал, подскочила мама… в суматохе кто-то толкнул киллершу, и она выронила телефон. Надежда ни минуты не сомневалась, что это она сделала нарочно: хорошим броском отправила мобильник прямо в клетку ко льву.

– Вы что? – закричала киллерша. – Телефон дорогущий, что теперь делать?

– Сама виновата, тетеха, нужно было крепче его в руках держать! – мигом отлаялся папаша, которому и так уже надоели шум и визг собственных детей.

– Но как же мне его достать?

Мамаша схватила за шиворот двух старших детей и повела к выходу из зоопарка, ее муж крепко держал брыкающегося младшего и поспешал за ней.

– Мужчина… – Киллерша подошла к соседней пустой клетке, где работал мрачный тип. – Вы ведь тут работаете, так что, наверное, знаете, как в клетку попасть? Раздавит ведь мобильник зверюга эта…

– Чего? – прохрипел сторож, подняв голову. – Чего надо?

Надежда подкралась ближе и увидела на кармане его комбинезона надпись: «Окунев А.В.»

Точно, тот самый Артур Окунев.

– Мужчина… – в голосе киллерши звучали заискивающие нотки, – вы мне не поможете? Телефончик не достанете? Вы ведь этого льва хорошо знаете и не боитесь. А я была бы вам так благодарна, так благодарна… в размере пятисот рублей…

– Чего? – Мужик бросил шланг, забыв его закрутить. – Пятьсот рублей? Да я за такие деньги и шагу не сделаю!

– А сколько вы хотите?

Надежда Николаевна, прислушиваясь к разговору, маленькими шажками продвигалась вперед. Шумное семейство удалилось, и теперь возле клетки остались парочка школьников, явно прогуливающих занятия, и бабушка с тихим внуком в очках.

– Три тыщи! – брякнул сторож.

– Ну-у… – Киллерша нервно облизнула губы и оглянулась.

Надежда понимала, что сейчас самый удобный момент: народу возле клетки немного, а то вдруг экскурсия какая-нибудь явится или группа детей.

– Ну возьмите себя в руки! – Очевидно, злодейка решила, что слишком быстрое согласие вызовет у сторожа подозрение. – За такие деньги я сама в клетку полезу!

– Попробуй! – усмехнулся Окунев.

– Тысяча! – надбавила женщина.

– Две!

– Черт с тобой! Доставай! – Киллерша показала ему купюры. – Деньги после!

– Само собой! – кивнул Окунев и направился к дверце, соединявшей две клетки.

Лев в это время подгреб лапой телефон к себе и смотрел на него в удивлении, потому что телефон засветился. Сторож открыл дверь, вошел в клетку и сказал вполголоса:

– Цезька, отдай телефон.

Лев сделал вид, что не слышит.

Совсем как Бейсик, когда утащит что-нибудь и не хочет отдавать, снова восхитилась Надежда.

– Цезька, – сторож сделал небольшой шаг в сторону льва, – отдай телефон, мне за него денег обещали, я с тобой поделюсь, куплю тебе вкусненького…

Лев посмотрел на него очень выразительно: дескать, обманешь, всегда обещаешь и ничего не даешь…

– Ну что такое, – расстроился сторож. – Ты это нарочно, да? Отдай телефон!

И он решительно пошел ко льву, протягивая руку.

Какая-то сила буквально отвела взгляд Надежды от такого увлекательного зрелища. Краем глаза она успела заметить, что киллерша достала из кармана небольшую металлическую рогатку и выстрелила во льва. Такими рогатками пользуются ветеринары, которые лечат диких зверей, только в этой капсуле было не снотворное, а что-то другое, потому что лев, до этого с удовольствием слушавший сторожа, вдруг напрягся и рыкнул.

– Не балуй! – прикрикнул на него Окунев. – Хватит уже!

Он-то, конечно, не видел манипуляций киллерши, как и остальные зрители.

Лев присел и начал бить хвостом. Сторож остановился.

– Цезька, ты что, совсем уже? Это же я…

От звука его голоса лев озверел окончательно, даже неопытные зрители поняли, что он готовится к прыжку. Сейчас прыгнет, набросится на человека и… запросто разорвет его зубами или убьет лапой.

Бабушка схватила внука и закрыла ему глаза, парочка школьников взялись за руки, жадно наблюдая.

Сторож понял, что дело его плохо, и попятился к дверце в соседнюю клетку, не отрывая взгляда от озверевшего хищника. Правильно: в такой момент нельзя поворачиваться спиной к зверю. Но как назло под ноги Окуневу попался тот самый резиновый детский мячик, и сторож растянулся на грязном полу клетки. Лев зарычал уже совершенно злобно, и быть бы сторожу разорванным на сто кусков, если бы Надежда за долю секунды до прыжка не успела перемахнуть через барьер и схватить шланг, брошенный сторожем в соседней клетке. Хорошо, что он не успел перекрыть общую воду, так что Надежда мигом переключила шланг на сильную струю и направила ее в морду этому чудовищу.

От неожиданности лев присел на задние лапы, а передними стал отбиваться, что со стороны выглядело очень уморительно. Сторож же ползком добрался до дверцы, на ощупь открыл и вывалился в соседнюю клетку, а оттуда и наружу.

Сообразив, что добыча от него благополучно ускользнула, лев впал в неистовство, начал носиться по клетке и трясти прутья решетки, так что зрители испуганно отступили.

Надежда оглянулась: киллерши нигде не было. Опять ушла, зараза такая!

Сторож сидел на полу, ошеломленно потирая ушибленный бок.

– Никогда с Цезькой такого не было, всегда спокойный был, ласковый… Что случилось?

Надежда Николаевна знала, что случилось, – эта зараза уколола льва каким-то наркотиком, от чего он впал в ярость. Она и сама была в ярости. Если бы киллерше удалось выполнить свое черное дело, то мало того что погиб бы Окунев, так еще и льва усыпили бы. Нет уж, льва Надежда ей ни за что не простит!

Клетка так тряслась, что злополучный телефон выпал наружу. В павильоне послышался шум, появилась женщина, которая бросилась к клетке с криком:

– Цезинька, Цезинька, что с тобой, дорогой мой?

Сторож съежился под ее взглядом и попытался отползти подальше. Надежда поняла, что лев в надежных руках, незаметно подобрала телефон и ушла.

На выходе ее встретила Лиля.

– Ну что там?

– Да ничего, – мрачно ответила Надежда Николаевна. – Ты, как всегда, к шапочному разбору. Все уже случилось.

– Да что случилось-то?

– Подожди… – Надежда схватила Лилю за руку. – Вон же машина той бабы! На проспект