Элегия войны (СИ) - Михаил Злобин

на мой зов, — прервал молчание один из кардиналов. — К сожалению, повод для внеочередного собрания достаточно веский. Поступают неутешительные вести. Обстановка на Старом континенте медленно, но верно уходит из-под нашего контроля…

— Это еще мягко сказано, веил'ди Ней-Зонн, — хмуро отозвался другой член Высшего Совета. — Лер-Нилле и Хин-Вассиф погибли. А вы сбежали с наших исконных земель, оккупированных двуногим скотом. Всё это столь возмутительно, что я бы хотел вынести на всеобщее обсуждение вопрос о запечатлении сего вопиющего эпизода на вашем гербе. Всё-таки вы остались единственным, кто ратовал за невоенный путь покорения Старого континента.

— Я не бегу от ответственности, а потому приму любое решение, которое вынесут почтенные веил'ди! — сверкнул янтарными глазами Зонн. — Я действительно вернулся на Весперу, поскольку оставаться в людских государствах стало попросту опасно! Не думаю, что Капитулат выиграл бы от моей смерти. Но сейчас перед нами стоят более насущные проблемы. Нужно понять, что происходит на юге Старого континента! Почему выверенный до мелочей план вдруг осыпался горсткой пепла, унеся жизни наших братьев! А заодно и решить, что предпринять дальше.

— Ваши предложения, веил'ди Ней-Зонн? — степенно поинтересовался один из членов Совета по имени Рен-Хаан.

— Для начала, я бы хотел пояснить, что успел ознакомиться с записями почтенного Лер-Нилле, а также опросить его помощников. Затратив совсем немного времени, я заприметил кое-какую мелкую, но очень подозрительную деталь.

Кардинал Зонн сотворил магическое плетение, которое коротко мигнуло в его ладони пурпурным цветом и погасло. Величественные створки зала всеобщих заседаний тотчас же отворились, и на пороге показалась молодая алавийка едва ли старше семидесяти лет.

— Подойди сюда, — не терпящим возражений тоном приказали ей старейшины.

Темноликая подчинилась и вошла в самый центр просторных трибун, собранных по принципу амфитеатра.

— Назовись, — последовало новое указание.

— Моё имя Гир-Лаайда, почтенные веил'ди, — замерла в поклоне женщина. — Я служила в должности боевого целителя подразделения внешней разведки.

— Поведай Высшему Совету то же, что рассказала мне, — подал голос Зонн. — О том странном полукровке.

— Как вам будет угодно, веил'ди, — кивнула озарённая, не разгибая спины. — Выполняя задание, порученное нашему дозорному звену, мы разыскивали человека по имени Маэстро. По сведениям веил'ди Лер-Нилле именно он выступал в качестве распространителя чистой Ясности. Настолько концентрированного зелья не могли сварить даже лучшие алхимики Капитулата, и…

— Ближе к делу! — поморщился Зонн.

— Вся операция проходила в Клесдене — городе так называемой Южной Патриархии — послушно продолжила Лаайда. — В конце концов, нам удалось выйти на полукровку по имени Ризант нор Адамастро. Ранее он как-то был связан с производителем Ясности. Однако попытка захватить этого mingsel обернулась провалом. Из-за вмешательства неопределённых сил наше звено было уничтожено…

— Каких еще «неопределённых сил?» — раздражённо пророкотал кардинал, восседающий за спиной алавийки. — Что это за доклад? Мы, по-твоему, должны разгадывать эти недомолвки?

— При всём уважении, веил'ди, но у меня нет логичного объяснения тому, что произошло, — поспешно развернулась Лаайда к тому, кто задал вопрос. — Нас просто захватили и подвергли пыткам. Соплеменниц из крыла Дев войны я больше не видела. А командира дозорного звена Нес-Хеенса замучили и казнили прямо на моих глазах.

— Но вас, насколько я могу судить, пощадили? — полуутвердительно осведомился один из старейшин.

— Истинно так, веил'ди, — вновь крутанулась на пятках темноликая.

— В чем же причина?

— Полукровка сказал, я должна передать его послание, и тогда меня пощадят, — выпалила женщина.

— Что это было за послание?

Кардиналы подобрались в своих креслах, дабы не упустить ни единого слова из доклада боевой целительницы.

— Он… он сказал, что ему известна личность того, кто использовал Ариканию под стенами Фаренхолда. А также обладает информацией о гибели легионов Капитулата в королевстве Медес.

Облаченные в дорогие ткани фигуры нетерпеливо загомонили, перебивая друг друга. Все требовали назвать имя подонка, который обернул высшую магию против войск своей же страны. Но Лаайда крутилась волчком то к одному, то к другому кардиналу, повторяя как заведённая: «Не могу знать, веил'ди, полукровка мне его не назвал».

Шквальный допрос алавийки длился еще около четверти часа. Но ничего принципиально нового старейшины из неё так и не вытащили.

— Достаточно, можешь быть свободна, dare skadewagter, — поставил точку во всём этом Зонн.

— Как пожелаете, веил'ди, — поклонилась женщина до самого пола и быстрым шагом покинула внутренний круг.

— У меня закрались подозрения, что она о чём-то не договаривает, — буркнул кардинал Дем-Кеенз.

— Я разделяю ваше мнение, веил'ди, — вторил ему Зан-Гоорн.

— Нужно задержать её допросить с пристрастием! — зло выплюнул старейшина Вох-Ууле.

— Поддерживаю.

— Согласен.

— Да будет так.

— Это попахивает изменой…

— Я распоряжусь, чтобы эту skadewagter задержали солдаты Инспекции воли!

— Почтенные веил'ди, остановитесь! — воззвал к собранию Зонн. — Даже если Гир-Лаайда от нас что-то утаила, то это несущественные детали. Возможно, в заточении она подверглась насилию определённого характера, которое и пытается скрывать. По крайней мере, именно об этом и кричат все её реакции. Но, согласитесь, сей ничтожный аспект не стоит нашего внимания.

— А что же, в таком случае, стоит? — поморщился Рен-Хаан.

— Позвольте мне вернуться памятью в тот день, когда Медвежий легион Капитулата вступил в схватку с кавалерией Патриархии на землях Медеса…

Кардинал стал совершать сложные пассы руками, творя объемную волшбу. А в центре амфитеатра постепенно начала вырисовываться замысловатая пляска цветных энергетических потоков, которые вскоре оформились во вполне чёткую картину. Рассматривая её, часть кардиналов уважительно хмыкнула. Ведь чтобы создать подобные иллюзионные чары, нужно владеть не только даром, но и иметь выдающийся талант в изобразительных искусствах. И еще сложнее заставить ожить свои картины, сделав их похожими на реальность, а не на болезненный бред воспалённого мозга. Впрочем, были среди старейшин и те, кто пренебрежительно закатил глаза. Они считали, что справились бы с такой задачей гораздо лучше своего коллеги.

В воздухе перед Высшим Советом повисла батальная сцена — целая гора из неподвижных трупов. Людские тела валялись вперемешку с лошадиными тушами, а вокруг натекло кровавое болото, превратив землю в чавкающую трясину.

— В той схватке грязнорожденные умудрились прорвать строй Медвежьего легиона. Это невзирая на полученную информацию о том, что в их конном полку было всего около четырёх милитариев…

— Насколько я слышал, веил'ди Зонн, в ту битву двуногий скот погнал больше двух десятков озарённых, — снова вставил слово Рен-Хаан.

— Это верно только отчасти, — постарался не выдать лезущего наружу раздражения кардинал. — На деле же, полноценных магистров было лишь несколько. Остальные — безграмотные недоучки, выучившие единственное простейшее заклинание. Поверьте, для наших bloedweler они не представляли опасности.

— Но тогда как же они прорвались? — последовал резонный вопрос.

— А вот это самое интересное…

Зонн повёл ладонью, и гора мертвецов стала ближе.