Совенок. Путь к трону. Пятая часть - Екатерина Александровна Боброва

перебирая в пальцах пару мерцающих угольков. Потрясающая компания для ночных посиделок. Вот только можно ей следующий раз хотя бы одеться⁈

— Я Шестого пока не трогаю, потому что мал — не выпить, не испытать нормально, ни по ба… никуда не прогуляться. А время терять не хочу, да и зачем терять, когда у него ассара есть?

Юля ощутила, как паника сжимает горло.

— То, чему она научится, он усвоит в разы быстрее.

И тут уже сдержаться не было сил.

Она села, одергивая свое короткое и прозрачное одеяниеи думая с легким раздражением о том, что стихия все же больше мужчина, чем женщина, потому как главенствующую позицию в ней занимают мертвые короли.

Глянула на тянущуюся по бархатной поверхности моря желтую полоску лунного света, обернулась — за спиной черной громадиной вставали скалы. Они явно были где-то в Асмасе, но понять, где именно, было трудно.

Юля со злой усмешкой представила, сколь странной компанией они собрались около костра и не стала активировать браслет с просьбой о помощи. Да и Драго рядом — в обиду не даст. А вот смолчать не получилось — мешали обида, злость и тревога за Совенка. Что за дурость выдумал огонь? Ее мальчика учить пить, да по бабам гулять⁈ Очень «полезные» навыки для короля. Похоже, кому-то банально скучно, вот и развлекается, маскируя под заботу и обучение.

— Простите, а по бабам, точнее по мужикам вы меня тоже таскать будете⁈ — выдохнула Юля, стискивая в гневе кулаки и добавляя с сарказмом: — Восемь жен — не каждый мужик потянет. Тут постараться надо, еще и ребенка с каждой завести.

Взгляд стихии она не увидела, почувствовала — кожу обожгло болью, а следом камни под ней разверзлись, и она с коротким криком провалилась вниз. Пара секунд свободного полета закончились приземлением на шелковые простыни.

Юля вдохнула наполненный сладкими благовониями воздух, с шипением пошевелила отбитыми плечами, вытянула ноги, которые осторожно коснулись чьи-то руки. Она подскочила. Судорожно огляделась. Это был то ли гарем султана, то ли чей-то будуар — от обилия золота слепило глаза. Затянутые алым шелком стены были увешены картинами разной степени эротичности. Над огромной — на шестерых — кроватью висел шикарный с золочеными кистями балдахин красно–розового оттенка. Да и вся мебель от устланных шкурами кушеток, столиков с вином, фруктами и закусками, до ваз с цветами, воскурительниц и многочисленных подсвечников вопила о романтике, ну или разврате, однако испугало Юлю не это.

Она попыталась отползти, но уперлась в бархатную спинку кровати. А вокруг с милейшими улыбками на лицах, воркуя что-то упоительно–ласковое на нее наступали семь особей мужского пола. Отборного такого пола… На любой вкус. Блондины, брюнеты, даже рыжий затесался. Красавчики, прям глаза разбегаются. Стройные, загорелые. И с такими взглядами, словно к ним богиню с потолка занесло.

Юля аж растерялась. Что делать? Огнем таких лапочек⁈ Рука не поднимется.

А окружение, между тем не дремало, подбираясь все ближе. Кто-то уже наносил масло на ее ступню, нежно разминая каждый пальчик. Кто-то захватил в плен левую руку, и ноздрей коснулся сладко–горький аромат масла.

Сейчас ее обмажут с ног до головы, а потом она повысит уровень своего общения с противоположным полом до откровенного разврата, — мелькнула мысль, и Юля, не стесняясь того, что о ней подумают, заорала в балдахин:

— Простите, пожалуйста! Я все поняла и больше не буду.

Снова падение, в разы более жесткое приземление на камни.

— Ну как, ассара, сходила по мужикам? — ехидным тоном поинтересовались в голове.

Рвущиеся наружу ругательства Юля проглотила — помогли длительные медитации и умение разделять мысли на потоки. Желание подойти и дать кому-то по лицу успешно подавила — да и толку, только руку обожжешь, а вот сдержать язвительность не смогла.

— Благодарю, ваш вкус оценила, весьма разнообразный, надо сказать. Интересно, кто из них ваш любимый? Рыжий, наверное?

Его величество аж закашлялся от возмущения, выплюнув в темное небо сноб ярких искр. Юля с опозданием подумала, что ее вполне могут вернуть обратно, дабы закончить обмазывание и что там дальше по программе. Так что вопрос, есть ли у огня скидка за постоянное членство в том заведении, она озвучивать не стала, хоть и хотелось.

— Я мужчина! — с яростью выдохнул огонь.

Юля не ответила, но столь выразительно вздернула брови, что его величество засветился, словно уголек, на который резко дунули.

— В этой формации да, — выплюнул покрасневший — в прямом смысле этого слова — король.

— Я тебе говорил, личинка абы с кем размножаться не станет, — проворчал Драго, и Юля с благодарностью посмотрела на друга, — и терпеть твои выходки тоже.

— Хорошо, — покладисто кивнул, остывая, величество, — значит, наведаюсь к Шестому. Раньше повзрослеет, раньше поумнеет.

— Не сметь! — рванула к костру Юля. Портить детство Совенку? Внутри всколыхнулась острой болью злость, перед глазами потемнело.

— Только посмей… те, — рявкнула в лицо стихии.

— Так ты согласна его заменить? — спокойно осведомился огненный величество, и Юля устало прикрыла глаза, беря себя в руки. Запоздало нахлынуло понимание, что все это испытание, но столь наглое манипулирование… Бесило до крайности.

— Кроме мужиков, — выдвинула она условие, — и попоек. Других собутыльников себе ищите.

— Я вообще не пью! — оскорбленно взвился снопом ало–желтых искр его величество.

— Конечно, — согласилась с таким лицом Юля, что стихия заткнулась, подавившись очередной искрой.

— Ас–с–сара, — прошипел король, точно это было ругательством.

— Вы всегда можете от меня отказаться, — с милой улыбкой заверила короля Юля, — но Совенка не отдам. До совершеннолетия точно. А на Земле вы его не достанете, — поставила в известность.

Ей в лицо пахнули недовольным жаром, а в следующий момент камень под ногами сменился чем-то мягким — и Юля повалилась уже на свою постель.

Глава 11

Она не сразу поняла, что в спальне кроме