Мертвое побережье - Сергей Зверев

Он говорил с таким оптимизмом и уверенностью, что русским действительно показалось – вот-вот появится прямая и безопасная дорога к заветному танкеру, и все трудности и проблемы останутся за ее пределами...

Глава 36

Все подъезды в город охранялись повстанцами. Укрепленные посты были выставлены повсюду, где имелась хотя бы минимальная опасность проникновения любых сил противника – от регулярных войск до диверсионных групп. Ни один вооруженный каддафист не должен был попасть на территорию города. Только-только была возобновлена работа городского порта. Прибывали иностранные суда. Налаживалась мирная жизнь. Повстанческие власти не хотели, чтобы их первые достижения оказались перечеркнуты диверсионными действиями со стороны войск, верных Каддафи. Отсюда и меры предосторожности на дорогах.

Подготовка к отправке танкера в Италию особо не афишировалась. Власти не хотели вызвать среди горожан лишнего ажиотажа вокруг этого события. Однако посты в связи с этим самым событием почти везде были усилены. Вместо обычных двух-трех бойцов отправлялись от четырех до шести. Считалось, что этого вполне достаточно для того, чтобы задержать вероятного противника на какое-то время до прихода помощи из города. Впрочем, это был крайний вариант в случае худшего развития ситуации. И начальство, и рядовые солдаты надеялись на то, что все обойдется.

На въезде в город по второстепенной трассе усиление поста произошло по минимуму: к двум бойцам присоединился пулеметчик. Дорога здесь была не ахти какой: слишком узкая для танков и тяжелой техники, слишком разбитая для легкого автотранспорта. Однако она очень даже подходила для малых грузовиков. Вот это и было одним из главных беспокойств для постовых.

В тот день грузовики сновали туда-сюда. Мирная жизнь требовала поддержания постоянных хозяйственных связей с сельской местностью. Постовые останавливали каждый грузовик без исключения. Проверяли документы у водителей и пассажиров, досматривали груз. В большинстве случаев обходилось без проблем. С некоторыми автомобилями приходилось разбираться более тщательно, однако и их после всех перепроверок пропускали в город.

На горизонте показался грузовик, двигавшийся на маленькой скорости. Один из постовых навел на него бинокль, но ничего подозрительного не увидел. Грузовик как грузовик, таких за день через пост успело пройти пара десятков. За рулем сидел смуглолицый мужчина средних лет в камуфляже. Постовой попытался настроить резкость, чтобы разглядеть черты лица водителя, но никак не получалось. Машина находилась в движении, и боец не успевал регулировать бинокль под постоянно меняющееся расстояние.

– Что-нибудь интересное? – лениво спросил его напарник.

– Да не могу разобрать, какой на водителе камуфляж – наш или каддафистский, – ответил постовой, убирая бинколь.

– Сейчас посмотрим, что там за пташка, – прозвучало в ответ.

Постовые вышли на обочину, готовясь к обычной процедуре. Пулеметчик оставался на своем месте – за перегородкой, сооруженной из пустых бочек.

– Я наготове, – предупредил он постовых.

– Хорошо, что не спишь, – усмехнулся один из бойцов.

Грузовик был уже совсем рядом. Постовой поднял руку, приказывая остановить машину. Шофер сразу же сбросил скорость до минимума и осторожно приблизился к посту. Там сразу же потребовали документы. Водитель грузовика удивленно развел руками и с печальным видом проговорил:

– Я не знаю, о каких документах идет речь. Мой командир просто отправил меня в город прямо с места боя.

– Что-то ты темнишь, – заметил ему постовой и потребовал выйти из кабины. – И только без глупостей.

– Не будет никаких глупостей, – устало вздохнул шофер, открывая дверцу кабины и выпрыгивая на дорогу.

– Оружие имеется при себе?

– Есть. Как же без оружия? Я же солдат, а уж потом водитель, – ответил водитель и кивнул на кабину: – Там. На сиденье автомат.

– Объясни, откуда ты и почему без документов?

– Да есть здесь одно место, километров семьдесят на запад. Это если напрямик, – уклонялся водитель от прямого ответа. Однако, несмотря на эту туманность, постовые быстро сообразили, что к чему, и один поспешил уточнить:

– Это там, где вчера вечером начались ожесточенные бои наших с войсками диктатора?

– Догадливые вы, парни. Именно оттуда, – подтвердил водитель. – Каддафисты отошли на исходные позиции, но и нам пришлось отступить. Много наших погибло. И из вашего города девятнадцать человек были убиты. Это из тех, чьи тела успели унести с поля боя и затем опознать...

– Так ты что, погибших сюда везешь? – с дрожью в голосе спросил постовой с биноклем. Он, его напарник и внимательно вслушивающийся в разговор пулеметчик не на шутку разволновались.

– Да, – тихо сказал шофер и утвердительно кивнул головой.

– Послушай, а можно взглянуть на тела? – вдруг заговорил пулеметчик. – Мой старший брат в тех краях воюет. Я не смогу спокойно стоять здесь, пока не узнаю, нет ли его среди погибших.

– Вообще-то мы тоже хотели посмотреть, – заметил один из постовых.

– Да смотрите. Только учтите, что зрелище не для слабонервных, – предупредил водитель. – Борт приоткрыть или так полезешь?

– Так полезем, – ответил за всех пулеметчик, первым поднимаясь в кузов.

Тела были прикрыты простынями и одеялами. Бойцы стояли на краю кузова, не решаясь убрать покров.

– Парни, давайте скорее, – торопил шофер. – Мне сегодня еще назад возвращаться надо будет.

В этот самый момент простыни и одеяла разлетелись в стороны, а из-под них возникли вооруженные автоматами люди, которые сразу же открыли огонь по опешившим от неожиданности постовым. Пулеметчик попытался спрыгнуть на землю, однако водитель пустил ему пулю в голову из пистолета, который все это время находился при нем. Стрельба затихла в считаные секунды.

«Ожившими трупами» были морские пехотинцы. Роль шофера сыграл сам лейтенант Трайпл. Он был рад, что замысел удался, и поблагодарил своих людей за слаженные действия и быстроту реакции.

Сев снова за руль, Алан отвел грузовик на обочину за постом. Машина не должна была вызывать подозрений. Тем временем морпехи, используя вместо носилок простыни и одеяла, спешно потащили трупы убитых ливийцев и спрятали их от посторонних глаз в густых зарослях. Несколькими минутами позже пост выглядел как обычно. Американцы заняли места постовых и пулеметчика. Подмены никто не заметил. Алан даже произвел проверку документов у водителей нескольких грузовиков, которые вскоре появились на подъезде к городу. И только того автомобиля, которого американцы больше всего ожидали, все не было. Трайпл сжал зубы и продолжал ждать, полагая, что появление нужного грузовика – дело времени.

Глава 37

Гарантии, данные Ахмедом Ибрагимом, радовали. На всем пути следования ни один повстанец не попытался остановить грузовик, в котором ехали русские. Им приветственно сигналили, махали руками и улыбались, открывали шлагбаумы и заранее убирали изгороди из колючей проволоки там, где таковые встречались. Не дорога, а просто сказка. Ощущение праздника не покидало Серебряковых и Гончарова, положительные эмоции захлестывали их. В конце концов Антон не удержался и затянул детскую песню из мультфильма о бременских музыкантах: «Ничего на свете лучше нету, чем бродить друзьям по белу свету». Ее подхватили Ирина, Игорь и Виктор, а вскоре к ним присоединился и Вадим. Сибил, сидевшая в кабине вместе с Андреем, с удивленной улыбкой оборачивалась, чтобы посмотреть на беззаботно поющих русских. Ей не терпелось узнать, что за песня звучала в их задорном исполнении.

– Это русская народная песня? – спросила она у Батяни.

– Что-то вроде того, – усмехнулся он.

– А о чем она? – не унималась англичанка.

– О здоровом образе жизни, – снова усмехнулся Лавров.

Журналистка поняла, что ее разыгрывают, и как-то совсем по-свойски шлепнула десантника по плечу. Тот засмеялся.

Впереди замаячил блокпост. Подобных ему осталось за спиной не так и мало, так что причин для волнения не было. Однако майор почувствовал неладное. Что именно было не так, он сразу не понял и стал напряженно думать. До поста оставалось еще несколько километров. Имелась парочка минут, чтобы поразмыслить и понять причину своего ощущения. В голове Батяни всплывали образы блокпостов, через которые они уже успели проехать. На каждом из них можно было сразу заметить постовых, никто из них не прятался. В данном же случае никого не было видно. Складывалось впечатление, что постовых там просто нет или они хорошо спрятались. «Елки-палки, неужели этих не оповестили о нас? – мысленно задался вопросом десантник. – Спрятались за бочками, выжидают удобного момента?»

Внезапно со стороны обочины на дорогу ветром вынесло кусок белой ткани с красными пятнами.