Влюбленная Джейн - Рейчел Гивни

с вами в эту игру. Какие романы вы видели? – Шесть романов Джейн Остен были разложены на столе. София взяла «Доводы рассудка»: – Вот этот, например?

Она рассчитывала, что за неимением сценария обсуждение книги поможет им занять время и хоть как-то заинтересовать будущих зрителей. Но томик вдруг задрожал и обратился в пыль. Джейн ахнула, София вскрикнула. Затем пылинки собрались вместе и испарились. Обе женщины снова выразили крайнее недоумение – точь-в-точь так же, как минуту назад.

Джейн молча уставилась на протянутую руку Софии, в которой только что была книга. София, тоже не сводя глаз со своей опустевшей ладони, налила себе еще вина и тут же его выпила.

– Вы это видели? – спросила она неестественно спокойным голосом.

– Да, – ответила Джейн с той же кажущейся невозмутимостью. – Книга, которую вы держали, исчезла.

– В моей руке был твердый предмет, а сейчас он куда-то подевался.

– Не могу не подтвердить достоверности вашего наблюдения, – произнесла Джейн дрогнувшим голосом.

– И на том спасибо, а то я уж думала, что у меня галлюцинации, – сказала София и заглянула под стол. – Вы можете объяснить, что происходит?

– Нет, – правдиво ответила Джейн. Ей стало не по себе. – Что вы делаете?

– Ищу вашу книгу под столом. Может, я ее уронила?

– Нет, вы ее не роняли.

– Тогда, может быть, попробовать вот так? – София опять вытянула руку и пошевелила пальцами. Исчезнувший томик не появился.

Обе женщины принялись расхаживать по комнате. У Джейн вскоре закружилась голова.

– Давайте еще раз попробуем разобраться, – сказала София, вновь приняв странно спокойный тон. – То, что книжка исчезла, – дело рук компьютерщиков?

– Я вас не понимаю.

– Ну да… Какую бы навороченную технику сейчас ни выпускали, никакой компьютер не заставит молекулы испариться. Пьяная галлюцинация – тоже не объяснение. Мы с вами обе это видели, но вы ведь не пьяны?

Джейн покачала головой. София перестала расхаживать туда-сюда и ударила ладонями по столу.

– Сейчас я задам вам вопрос. Прошу вас ответить честно.

– Непременно.

– Вы актриса, которую продюсеры фильма подослали ко мне, чтобы снять розыгрыш со скрытой камерой? – спросила София и посмотрела Джейн в глаза.

– Нет. А что это вы сейчас делаете?

София села и опустила голову между колен.

– Пытаюсь помешать моему мозгу взорваться. Советую вам тоже попробовать.

Джейн попробовала. В черепе сделалось горячо – от прилива крови и не только. Она никогда не видела ничего подобного тому, что сейчас случилось. Если не считать ее собственного растворения и перемещения во времени.

– Тогда объясните мне, кто вы, – сказала София после небольшой паузы.

– Я Джейн Остен.

– Ясно. Засовывание головы между ног не помогло. – София распрямилась. – Вернемся к первоначальной тактике. – Она налила себе третий бокал и указала пальцем на Джейн: – Вы пытаетесь мне сказать, что все это не компьютерные примочки? И сами вы позавчера действительно материализовались из занавеса?

– Я не знаю, что такое компьютерные примочки.

– По-вашему, я должна поверить, будто вы настоящая Джейн Остен. Писательница, которая жила двести лет назад.

– Да… Я так вам и сказала.

– И это вы написали «Нортенгерское аббатство» – тот самый роман, в амбициозной, но бездарной экранизации которого я сейчас снимаюсь?

– Я немногое поняла из того, что вы сказали, но, судя по всему, должна ответить утвердительно.

– И каким же образом вы здесь оказались?

– Я произнесла заклинание и…

– Помню, помню. – София махнула рукой. – Ведьма, капуста и прочее. Все это правда?

– Да.

– Значит, вы появились из шторы. Каким образом?

– Трудно объяснить, – ответила Джейн. – Это было похоже на то, что случилось с вашей книгой.

– То есть вы рассеялись на частички и исчезли?

– Да.

София, кивнув, спросила:

– Получается, вы не актриса? И не аватар?

– Насколько мне известно, нет.

– И не мультяшка?

– Нет, что бы это ни было… – Джейн только теперь поняла: с момента их знакомства и до сих пор София Уэнтворт видела все происходящее в каком-то ложном свете. – Выходит, когда я назвала вам мое имя, вы не поверили мне?

– Я думала, вы актриса. Причем не очень хорошая.

– А теперь вы мне верите?

София осушила бокал.

– Я предпочла бы верить, что вы актриса, которую ко мне подослали для розыгрыша и которая могла помочь мне показать себя в выгодном свете, чтобы привлечь внимание мужа. – Она вздохнула. – Я надеялась, что и ваше появление из ниоткуда, и исчезновение книжки – всего лишь театральные трюки. Правда, убедить себя в этом было не очень легко. Человек появился из пыли – такое даже в нашей профессии не каждый день видишь. Прошу меня извинить, я на минутку.

Встав из-за стола, София достала и откупорила еще одну бутылку. Затем, наполнив бокал, вышла на крыльцо. Через открытую входную дверь Джейн видела, как София, с прищуром поглядев в ночное небо, поднесла бокал к губам и сделала несколько быстрых глотков. Потом как будто бы поперхнулась и перестала дышать. Затем все-таки допила вино и вернулась в дом.

– Итак, подытожим. Вы Джейн Остен. Вы произнесли заклинание, которое дала вам ведьма, и исчезли из своего времени, чтобы появиться здесь. Поправьте меня, если я не права.

Джейн промолчала.

Кивнув, София встала, прокашлялась и торжественно произнесла:

– От лица всех моих современников приветствую вас в двадцать первом веке, Джейн Остен.

– Сейчас в самом деле двадцать первый век?

– Совершенно верно. Что вы планируете делать, пока находитесь здесь?

– Искать способ возвратиться домой, – ответила Джейн.

София пожала плечами:

– Резонно. Допустим, это мы прояснили. Переходим к следующему вопросу.

– К какому?

– Почему роман, который вы написали, испарился?

Глава 27

Утром София и Джейн отправились в центр Бата в надежде найти какую-нибудь подсказку.

– Мой муж Джек ваш прапрапрапрапрапрапрапра… кто-то, – сказала София, когда они свернули на Рейлуэй-стрит. – Сколько раз я сказала «пра»?

– Восемь, – ответила Джейн.

– Нет, неправильно…

– А сколько раз было бы правильно?

– Не знаю, но точно не восемь. В общем, он ваш родственник.

У Джейн екнуло сердце.

– Правильно ли я понимаю, что по этой земле ходит мой потомок, моя плоть и кровь?

– Ага. Кстати, он красивый, – ответила София.

– Он происходит из наших Остенов? Из гемпширских?

– Именно. Говорю же: он ваш родственник, Джейн. У него есть тридцать ваших писем, которые он хранит в лондонском доме, в обувной коробке на чердаке.

– Не понимаю… Мои письма хранятся у вашего мужа? Но почему?

– Ему их мать оставила. Это коллекционная ценность.

Джейн задумалась.

– Чей же он сын? Вернее, чей праправнук?

Ее собственный? Означало ли это, что она вернется в свое время, выйдет замуж и произведет на свет дитя? Этот ребенок и его дети будут проявлять осмотрительность при вступлении в брак и усердно печься о своем потомстве, вследствие чего через много поколений появится красавец по имени Джек? Так чьей же женой она станет?

– Если я не ошибаюсь, он потомок Джеймса, – ответила София.

Джейн разочарованно кивнула:

– Да, одного из моих братьев так зовут.

– То есть Джек – ваш много раз «пра» внучатый племянник.

Джейн охватило уныние. Впрочем, если муж Софии оказался не прямым ее потомком, это не значило, что нет прямых.

– Есть ли между нами какое-нибудь сходство? Могу ли я на него взглянуть? –