Испытание морем - Дмитрий Викторович Распопов

class="p1">— А могу я поинтересоваться о ваших дальнейших планах, сеньор Иньиго? — поинтересовался у меня Борха.

— Разумеется, — улыбнулся я, — навести порядок в уже открытых ломбардах, которые открывали иудеи по договорам со мной, и продолжить их открытие в других городах.

— В принципе, поскольку у меня уже есть опыт в этом, мы можем вам помочь там, где есть наше влияние, на прежних условиях, разумеется, — улыбнулся мне сеньор Педро.

— С удовольствием обсужу это с вами за ужином, сеньор Педро, — склонил я голову в ответ.

Довольные друг другом мы с ним раскланялись, и Бернард внёс меня в просторные покои, которые для меня выделили.

— Марту и детей поселили в соседней комнате, мы с Бернардом будем жить слева от вас, — к нам вошёл Алонсо и показал кто где будет жить.

— Скажу сразу, никаких встреч, — сказал я обоим, — максимум с кем я готов поговорить это с Фараджем Белвисом. Никаких больше мудерхар и иудеев, я не хочу видеть.

— Конечно сеньор Иньиго, — склонил голову Алонсо, — я предупрежу охрану дворца.

Глава 18

Вечером за ужином собралась большая семья рода Борха, я же явился во всём своём великолепии, надев новый чёрный костюм, обшитый по швам серебряными нитями, и подпоясался серебряным поясом, подаренным мне Медичи. Борха, были одеты по местной моде, весьма скромной, так что я снова был белой вороной на этом ужине, обращая на себя всеобщее внимание, не только своей внешностью.

— Такая нынче флорентийская мода, сеньор Иньиго? — поинтересовалась у меня жена сеньора Педро, когда подали еду и я стал понемногу есть то, что мне откладывал с общих блюд Алонсо.

— Да сеньора, — я помахал вилкой в воздухе, — и мне она показалась даже более утончённой, чем в Риме, так что я заказал себе пару костюмов как раз для таких важных встреч, как эта.

Она заинтересовавшись, стала спрашивать больше о моей поездке во Флоренцию, а я подробно рассказывать, особенно останавливаясь на красоте города, количестве скульпторов, живописцев и людях искусства, которые создают настоящие шедевры.

Им было интересно всё, так что ужин затянулся и только когда сеньор Педро покашлял, расспросы тут же закончились, женщины поднявшись из-за стола простились со мной и ушли, уведя детей, а за столом остались только мужчины.

— Педро рассказал о ваших ближайших планах, сеньор Иньиго, — обратился ко мне один из епископов, — как я понял вы не против того, чтобы мы открыли совместные заведения и в других городах, где есть влияние нашего рода.

— При соблюдении правил и принятия аудитов, чтобы я видел, что все мои методики соблюдаются персоналом, почему бы и нет? — пожал я плечами.

— Кстати насчёт этого, зачем вы так сильно всё усложнили? — поинтересовался у меня другой священник, — ведь всё может работать и без этих сложных вещей, как деление на зоны, ведения отчётности с двойной бухгалтерией, выбора определённых мест для локации ломбардов и прочего. Иудеи и мудехары показали, что у них всё и так работает.

— У них всё работало через одно место, ваше преосвященство, — слегка улыбнулся я, — постоянные очереди, недовольные клиенты, которые искали, где можно занять деньги быстрее, и полная непрозрачность бизнеса для его владельца. Как показала практика, первое что начинается в таком случае, это приписки и воровство.

Он оскорблённо вскинулся.

— Я неконкретно про вас говорю, сеньор, — поднял я руку, — я про людей, которые будут на вас и меня работать.

— В этом есть разумное зерно, — задумчиво согласился со мной сеньор Педро.

— Эти правила, по которым будут работать все, кто захочет открыть ломбарды со мной, — пожал я плечами, — они будут одни для всех.

— Даже для иудеев? — удивился кто-то из священников.

— Деньги не видят различия между верой брат, — покачал я головой, — они либо у вас есть, либо их нет. Я лично предпочитаю первый вариант и, разумеется, приоритет в сотрудничестве буду отдавать единоверцам. К сожалению наш бедный Арагон погряз в чужеземной ереси и у меня нет особо вариантов, банковское дело почти полностью под евреями и маврами.

— Истинно так брат мой, — грустно согласился со мной священник и перекрестился.

— Ну и главное, такие сильные отличия ведения бизнеса, будут привлекать больше клиентов, а нам для их обслуживания не придётся открывать слишком много ломбардов, только необходимый минимум, — закончил я.

— Совмещать банковские услуги с услугами ростовщичества мы как я понял не будем? — поинтересовался у меня другой Борха.

— Нет, — покачал я головой, — лицензия, выданная мне королём строго ограниченная, я не хочу привлекать к нашему бизнесу повышенное внимания светских властей, из-за её нарушения.

— Как и внимания церкви, связанного с ростовщичеством, — согласился со мной сеньор Педро, — это наше основное преимущество и не будем его портить.

— Вы всё сказали за меня, сеньор Педро, — улыбнулся я, — мне нечего добавить.

— Тогда отдыхайте сеньор Иньиго, ваше путешествие было весьма непростым, а как будете готовы, мы проедемся по уже работающим ломбардам, — завершил он наш разговор.

— Деньги для меня превыше усталости, — я показал Алонсо забрать меня из-за стола, — я буду готов приступить к работе уже завтра.

Все удивлённо посмотрели на меня, но никто не стал спорить, и мы простились с ними до утра.

* * *

— Сеньор Иньиго, мы можем поговорить? Ваше сиятельство! — слышны были крики от небольшой толпы людей, стоявшей за воротами, в то время, когда мы с сеньором Педро садились в первую повозку, во вторую сели Иосиф с Алонсо и Бернардом, в третью, другие родственники Борха.

— Не хотите с ними ничего обсудить, сеньор Иньиго? — поинтересовался у меня дворянин.

— Что, сеньор Педро? — удивился я, — вы мой партнёр, они же меня кинули, когда я им поверил. Боюсь мне не о чем с ними разговаривать.

— Не хотите подать в суд? — поинтересовался он, — у меня есть прекрасные представители для ведения дел.

— Идея привлекательная, но у меня нет времени, — вздохнул я, — впереди ещё долгая дорога и когда я доберусь следующий раз до Валенсии, вообще неизвестно.

Борха улыбнулся, и мы с ним перешли к обсуждению практической части, как и где я