Последняя - Александра Олайва

– Ну-ну-ну. Поздравляю.

– Дело было в ягодах, – говорит потом Официантка в интервью. – Я не шла ни по каким следам. Я просто бродила вокруг, а потом увидела ягоды и подумала: «Кажется, медведи едят ягоды». А он там и оказался!

Как только Пилот возвращается, остальных участников созывают обратно криками.

– Его она нашла? – восклицает Заклинатель, увидев стоящих по сторонам от ведущего Официантку и Пилота. – Не может быть!

Девушка показывает ему неприличный жест, который не вырежут, но размажут. Заклинатель утешится тем, что, хотя она и выиграла испытание, он все равно может вывести ее из себя.

– Теперь наши победители получат вот это, – объявляет ведущий, который держит две одинаковые холщовые сумки. Солнце уже опустилось низко. У всех участников измученный вид – потому что они действительно измучены. День был долгим. Ведущий обводит их серьезным взглядом и говорит: – Доброй ночи, – после чего сразу же уходит.

Участники потрясенно переговариваются.

– Что нам теперь делать? – вопрошает Биологичка.

Лицо Банкира выражает глубокое изумление.

– Наверное, стоит сделать укрытие? – предлагает Зверинец.

Она смотрит на Следопыта – и радуется, когда он встречается с ней взглядом. Ей хочется с ним сотрудничать – и она рада, что он готов сотрудничать с ней.

Пилот расстегивает свою сумку. Официантка замечает это и следует его примеру. Оператор подходит ближе, чтобы заснять ее содержимое. Пригибаясь рядом с ней, он закашливается. Кашель звучит так, будто у него в горле наждачная бумага.

– Постойте! – хрипит он Официантке. Он отхаркивает мокроту и отплевывается, а потом садится, тяжело дыша. – Немного простыл. Извините, продолжайте.

Руки у него дрожат: едва заметно, но этого достаточно, чтобы запись не получилась. Режиссеру монтажа придется использовать съемку, которую сделал оператор, перегнувшийся через плечо Пилота. Все предметы предстанут перед зрителями как элементы маркированного списка, составляющегося по мере их появления: два небольших металлических котелка со складывающимися ручками, такие же, как тот, что достался Ковбою в первом испытании, пакетик порошкового овощного бульона, двухкилограммовый пакет коричневого риса, пластмассовые солонка и перечница, моток лески.

– На этой высоте будет холодно, – говорит Следопыт так негромко, что его слышат только Зверинец, Азиаточка-Плотник и Черный Доктор. – Нам стоит уйти с вершины.

– Одно укрытие на всех? – спрашивает Азиаточка.

Следопыт кивает и направляется к пологому лесистому склону. Зверинец и Азиаточка идут за ним.

Черный Доктор поворачивается к остальным и кричит:

– Одно укрытие этой ночью, в той стороне!

Он ждет, пока Пилот застегивает сумку, а потом они вдвоем уходят за деревья.

Хотя участники организуют работу не сразу, зрителям покажут уже наполовину построенное укрытие. Азиаточка-Плотник руководит постройкой, и убежище получается в форме изящного навеса. Его ставят в двадцати пяти метрах ниже вершины, на плоском участке, где на камнях почти нет мха.

– Меньше мха – значит меньше воды, – объясняет Следопыт. – Значит, если пойдет дождь, нас не зальет стоками. – Затем зрители увидят, как он подходит к Пилоту. – Не знаю, сколько мы здесь пробудем, – говорит он. – Простыми капканами не удастся поймать сколько, чтобы всех накормить.

– А ты планируешь всех накормить? – спрашивает Пилот.

– Если ты отдашь мне немного лески на силки, то я попробую.

– Я тебе помогу.

Следопыт уводит своего хромающего спутника прочь от строящегося укрытия для группы.

К наступлению сумерек общее укрытие представляет собой навес длиной четыре метра с низкой покатой крышей из срезанного лапника. Его каркас состоит из трех Y-образных веток, воткнутых глубоко в землю. В развилку каждой уложено прочное опорное бревнышко, образуя незамкнутый треугольник. Пол укрытия устлан ковром из опавшей листвы и иголок. Сооружение завершается крышей из срезанного лапника. Укрытие выглядит профессионально и привлекательно – насколько это возможно сделать за три часа работы из исключительно природных материалов.

В двадцати шагах от навеса – второе укрытие, скорее просто куча листьев у камня. Заклинатель помнит, что прошлой ночью ему было тепло, но тесно. Сегодня он хочет видеть звезды. Он лежит на тонком слое листвы, игнорируя остальных и дожидаясь захода солнца.

Официантка сидит между двух укрытий со своим пакетом риса, вес которого заметно уменьшился. Две кружки ее риса варятся вместе с таким же количеством риса, пожертвованного Пилотом. Они распределены на пять маленьких котелков. Непринужденная щедрость Пилота развеяла ее нежелание делиться: сегодня участников ждет пир из густой рисовой каши, приправленной солью, перцем, бульоном и несколькими кружками вареных листьев одуванчика, которые нарвали Биологичка, Черный Доктор и Инженер, пока Зверинец разжигала костер, а остальные собирали дрова. Сегодня все сделали свой вклад и смогут поучаствовать в пиршестве.

Вернее, все, за исключением Заклинателя, который уже несколько часов отдыхает в одиночестве. Когда остальные усаживаются вокруг костра и начинают раздавать кружки, он встает со своего лиственного ложа, потягивается, а потом подходит и плюхается между Официанткой и Инженером.

– На что это ты рассчитываешь? – интересуется Официантка, протягивая одну из кружек и пластиковых вилок Ковбою.

– Умираю с голода, – отвечает он, потирая живот. – Передай-ка немного мне.

– Ну нет, – заявляет Официантка. – Ты спал, пока остальные работали, и ничего не получишь.

– Брось свои глупости, – требует Заклинатель.

– Это не глупости, – говорит Ковбой из-за костра. Он берет свою кружку. – Если хочешь получить свою долю, надо участвовать в работе.

Враждебность Официантки Заклинателя не удивляет, чего нельзя сказать про поддержку Ковбоя и кивки сидящих у костра. Он бросает короткий взгляд прямо в объектив, словно обвиняя это устройство в том, что оно подговорило остальных на такое. На самом деле он именно так и считает: он решил, что они отыгрывают сценарий. Однако на самом деле большинство из сидящих у костра сейчас не помнят о том, что их снимают. Включается древний инстинкт – не столько естественный отбор, сколько нежелание содержать ленивого члена сообщества. Никто первым не лишил бы Заклинателя еды, но когда это сделала Официантка, остальные решительно ее поддерживают. Угрызения совести испытывают почти все, но некое неприятное ощущение позволяет им чувствовать себя правыми.

– Я умру с голоду, – возмущается Заклинатель.

– Человеческий организм способен месяц обходиться без еды, – говорит Следопыт.

Один из главных его принципов – кто не работает, тот не ест. Он не испытывает угрызений совести.

– Пойди и набери червяков, если хочешь поесть, – советует Официантка.

Она кладет в рот немного риса и, закрывая глаза, стонет от наслаждения.

Заклинатель резким движением выхватывает у нее из рук металлическую кружку. Официантка яростно выпучивает глаза и бросается на него; рис рассыпается. Девушка отвешивает ему пощечину, вложив в удар всю свою невеликую силу. Заклинатель прячет лицо в ладонях и сворачивается в клубок, терпя удары. Инженер ввязывается в драку, безуспешно пытаясь ее остановить. В следующую секунду Банкир оттаскивает Официантку. Та вопит:

– Отпусти меня!

Рядом возникает Биологичка: она растирает ей плечи, успокаивает. Из множества сказанных ею слов зрители услышат одну фразу:

– Он того не стоит.

Азиаточка тоже встает и идет успокаивать Официантку. Зверинец наблюдает за ними и думает: «Вот что я должна была бы делать: утешать». Однако у нее нет ни малейшего желания этим заниматься. Она не хочет, чтобы ее пол определял роль, которую она сыграет в происходящем. Вместо того чтобы бросаться утешать Официантку, она ворошит палкой костер, разбивая пылающие дрова на несколько отдельных ярких углей.

Заклинатель, злой и смущенный, все еще не встал с земли.

– Она меня ударила! – орет он. – В нашем контракте сказано, что никого бить нельзя!

Один из операторов включил рацию.

– Девушка его ударила? – спрашивает вышедший на связь режиссер. Получив подтверждение от оператора, он продолжает: – Не страшно, если все уже закончилось. И… ты это снял, да?

У костра Черный Доктор напоминает:

– В контракте запрещается бить других по голове, по лицу и по половым органам.

Заклинатель вскакивает на ноги и указывает на свое лицо:

– А это как называется?

– Я видел только, что она била тебя по коленям и рукам.

– Точно, – подхватывает Пилот. – Ты так хорошо свернулся, защищаясь.

Зверинец хохочет. Заклинатель возмущенно смотрит на нее.

– По-любому, – говорит она, – ты сам виноват.

Ее презрительный тон изумляет Инженера: он ожидал, что она возьмет на себя роль миротворца. Никто из операторов не замечает легкого разочарования, с которым он на нее смотрит.