Хозяин башни. Часть 1 - Роберт Егоров

человек и тебя надо хранить, – с недоверчивой усмешкой произнёс Пастырь. – Попросила прихватить тебя с собой и велела присматривать. В этом наша задача с тобой похожа, – он бросил короткий взгляд на Ильмари, который понимающе кивнул ему в ответ. – Ты всё ещё можешь вернуться. В деревне наверняка сейчас нужна помощь.

Полина встревоженно взглянула на Ильмари, который сразу посмурнел. В Своельге у него осталась семья и он не ведал, живы ли они, что с ними стало. Полина корила себя, что совсем не думала о Божане, Ваньке, Кате и прочих, увлекшись собственными проблемами. Оно и понятно – тяжело проявлять беспокойство о других, когда тебя саму похищает, кидает в лодку и увозит в столицу древний, надменный герой, внезапно явившийся из легенд. Сердце девушки сжалось от тоски.

– Как думаешь, – шмыгнув носом, обратилась она к Пастырю, – они смогли отбиться?

– Это вряд ли. Больше сотни вооружённых ружьями профессиональных солдат против нескольких десятков горе-оборонцев деревни, у которой даже стен нет. Тут и думать не надо. Если всех не перебили, так в плен увели.

Лицо Пастыря, на котором плясали тени от огня, не выражало ни капли тревоги, словно не говорил он сейчас страшных вещей.

– Но ведь с ними осталась Фавра! – воскликнула Полина.

Пастырь шикнул на неё.

– Тише. Фавра – не воин. Она непревзойдённый целитель, как никто умеющая понимать природу. Но она не умеет мыслить как солдат. Надеюсь, она жива, – сухо добавил он.

– Как ты можешь так спокойно говорить об этом? – с презрением скривила Полина губы. Ильмари положил руку ей на плечо, успокаивая. – Она ведь твоя сестра! Там дети, женщины, люди, в конце концов! Неужели тебе их не жаль?!

– Всё рано или поздно случается. Люди умирают – это естественный ход жизни, – ничуть не смутившись от слов Полины сказал Пастырь. – Что тут жалеть? Я за свою жизнь повидал множество смертей и рождений. Не вижу в этом ничего сверхъестественного. А Фавра – одна из Фёстэнкилов, моя сестра, дочь Морены – её просто так не возьмёшь, – головня в костре вспыхнула на мгновение и красный всплеск отразился в синих глазах мужчины. – Могу предположить, что она увела людей подальше от сражения. Но всех – это вряд ли. С этим надо смириться. Как бы оно ни было, у вас теперь своя судьба. И нет смысла оглядываться назад. Думайте о себе и берегитесь.

На глазах Полины выступили слёзы, горечью разлившись по скулам. Она представила, как среди обломков в деревне лежит Ванька или Катя или кто-угодно другой, кого она привыкла видеть улыбающимся, живым. Тиски отчаяния сдавили грудь девушки и она уткнулась в плечо Ильмари, не желая показывать слёзы этому бесчувственному мужлану, каким бы он там великим героем не был.

– Ложитесь. Я посижу у огня. Скоро рассвет. Вам надо отдохнуть, – скупо произнёс Пастырь, подбрасывая в костёр ветку. Языки пламени медленно подкрались к влажной древесине и окружили её, поедая, пока та жалобно потрескивала.

Полина дала Ильмари уложить себя на землю, злясь на Пастыря и не желая смотреть в его сторону. Все передряги дня навалились тяжёлой усталостью и она сразу уснула, не слыша, как мужчины тихо переговариваются.

Полина проснулась от того, что кто-то щекотал ей нос. Открыв глаза, девушка увидела перед собой белку, которая тут же села на задние лапки и, склонив маленькую рыжую головку, смотрела на Полину своими чёрными глазками. Перед белкой лежал орех. По всей видимости та принесла его и теперь ждала, что девушка возьмёт его себе. Удивленная Полина вытащила руку из-под тёплого плаща и взяла подарок от лесного зверька. Белка радостно пискнула и, махнув хвостом, скрылась за кустами.

– Как интересно, – Полина вздрогнула от голоса Пастыря, сидевшего у еле горевшего костра. Мужчина с недоуменным любопытством разглядывал Полину. – Не часто белки к людям выходят. Чего уж говорить о таких подарках. И часто такое бывает?

– Случается иногда. Где Ильмари? – хриплым после пробуждения голоса спросила Полина и закашлялась.

– По нужде отошёл, – хмыкнув, произнёс Пастырь. – Ладно. Нам пора идти дальше. Собирайся.

Полина ничего не сказала в ответ. Крепко сжимая орех в руке, она встала, ёжась от противного холода. На прогалину опускался туман, сливаясь с одноцветным небом, обесцвечивая траву, делая её дымчато-сизой и отдаляя призрачные деревья вокруг. Из-за одной из берёз появился Ильмари. Он кинул взгляд на Полину и улыбнулся ей.

– Как ты? Не замёрзла?

– Нет, – буркнула в ответ девушка, отчего-то дуясь и на Ильмари. Он подошёл к ней и внимательно посмотрел в глаза, аккуратно взяв её за подбородок.

– Нет смысла сейчас давать тревоге овладевать тобой. Прав Пастырь, – тихо сказал Ильмари, – у нас теперь своя судьба. И я уверен, что Олли, Божан, Ронстейн, Фавра и другие старейшины смогли защитить Своельгу. Пока не узнаешь обратного, надо верить в лучшее.

Полина тяжело вздохнула и благодарно посмотрела на Ильмари. Губы её тронула улыбка.

– Сейчас ты должна беречь себя. И если что случится, я всегда буду рядом, – мужчина обнял девушку, прижав её к себе и погладил по голове. – Давай собираться. Надо идти вперёд.

Полина кивнула, утерев холодный нос, высвободилась из объятий и прошла к вещам, которые всё ещё были влажными. Она скатала их в рулон и убрала в мешок. Подняла плащ с земли, отряхнула его от веточек и налипшей листвы и взглянула на Ильмари, который стоял в одной рубахе и штанах. Мужчина только мотнул головой и направился к реке, куда уже направлялся Пастырь. Следом поспешила и Полина, оглядывая место ночёвки, не забыли ли они чего. Хотя что было забывать?

Ехали в абсолютной тишине. Никто не произнёс ни слова, каждый был погружён в собственные мысли. Над рекой клубился непроглядный туман, сквозь который не проникало ни единого звука. Даже всплески воды от вёсел звучали как далёкое несуществующее эхо.

Полина сидела рядом с Ильмари, рассматривая, как туман ложиться на дно лодки, окутывая её ноги. Ильмари размеренно, громко сопя носом, работал вёслами, а Пастырь на скамейке напротив внимательно вглядывался сквозь мглу, легко правя лодкой.

Ильмари погрузился в собственные мысли о временах, когда он жил в Глеймаале. Последнее, что он явственно помнил из своей прошлой жизни это взмах меча бешеного берсерка, который прибыл в родные Ильмари ижорские леса на большом корабле. Нос длинного узкого судна увенчивала жуткая голова неведомого чудовища. С корабля на лесистый берег высыпали воины и словно лавина, сметая всё на своём пути, прошлись по маленькому рыбацкому становищу. Ильмари среди первых бросился на врагов с одним лишь коротким ножом, которым он до