Исповедь Цирцеи (СИ) - Дарья Кожевникова

— Аглаечка, а омлетик с креветками вы умеете делать?

— Конечно! Приготовить? Я мигом!

— Вы просто ангел, Аглаечка! — посиял он. — Только сделайте побольше, ладно? Чтобы Пастене тоже хватило.

— Не знаю, станете ли вы его кормить после того, как узнаете, что ночью он опрокинул стол. И перебил при этом гору чудесного фарфора.

Но Кирилл в ответ на это сообщение лишь расхохотался:

— Все как всегда! Пастена неисправим! Хорошо, что столовое серебро не бьется! Идите, Аглаечка! И не печальтесь о посуде, она бьется к счастью. Мой мажордом все уберет.

Кухня напомнила Аглае недавно захваченный город, по которому прокатилась волна завоевателей — не было ни сотейников, ни большей половины кастрюль вчерашними блюдами. Все это Аглая обнаружила, выглянув во двор. Посуда стояла под деревом на большом обеденном столе, вокруг которого расселись четверо донельзя довольных мужиков. Пятым на лужайке перед столом прочно обосновался Пастена. Увидев в окне Аглаю, все шумно выразили ей свой восторг. Она погрозила им в ответ пальцем. И занялась делом.

Прощаясь с Кириллом — у него оказались неотложные дела, и отвезти ее в город должен был шофер — Аглая совершенно искренне поцеловала его в щеку.

— Аглаечка… — Он полез во внутренний карман пиджака, явно за кошельком. — Я ведь понимаю, что вы согласились встретиться со мной вовсе не из-за моей неотразимости…

— Не надо, Кирилл, — Аглая покачала головой. — Вы замечательный человек, а хорошие люди — очень большая редкость. А главное, они гораздо ценнее неотразимых.

— Ну тогда, — он посмотрел на нее, как осиротевший ребенок, — Аглаечка, может, вы согласитесь хотя бы иногда приезжать сюда, чтобы побаловать нас вкусненьким? Я вас не обижу, финансово вы останетесь довольны. И не буду настаивать ни на каких других отношениях, если вы этого не пожелаете. Только не забывайте нас!

«Девочек у меня и без тебя хватает, но ни одна из них не озаботилась меня накормить», — читалось у него на лице.

— Хорошо, Кирилл, я постараюсь, — улыбнулась Аглая.

23

Домой она вернулась ближе к полудню и в чудесном настроении. Которое резко ухудшилось, едва она вошла в квартиру. Из кухни на нее уставились не то что два не слишком трезвых лица, а две грозовые тучи. Причем, Ромкина еще и молнии метала из глаз. Судя по виду, парни успели опохмелиться с утра. А возможно, что и с вечера не ложились, всю ночь напролет костеря под рюмочку женскую половину человечества.

— Явилась! — рявкнул Ромка. — Ну давай, рассказывай! Хвастайся своими подвигами!

— Расскажу, — пообещала Аглая. — Только не здесь, — и выразительно постучала себя по ушам. — Поехали-ка на море, а то от вашего перегара нормальному человеку задохнуться можно!

Парни, хоть и пьяные, но поняли ее жест. Только сдавать свои позиции все равно не собирались.

— И кого это ты здесь называешь нормальным? — спросил Ромка. — Уж не себя ли? Мы-то хоть просто пьем, а вот ты…

— Да не было ничего! — взорвалась Аглая. — Или, может, трусы снять, показать?! — и тут же залилась краской до корней волос от собственной грубости. Гена тоже смутился, встал из-за стола:

— Ладно, поехали на пляж. Остынем, тогда побеседуем. Я такси сейчас вызову.

На море парней сразу разморило, и оба уснули в тенечке под «своим» деревом. Аглае пришлось самой разводить костер и снова браться за готовку. Но так было даже лучше. Пусть парни немного проспятся, обретут ясность ума. А то что немного хмеля в них останется, даже хорошо, потому что на совершенно трезвую голову воспринять то, что собиралась выложить им Аглая, будет сложно. Или, по крайней мере, вредно для незащищенной нервной системы.

Аглая успела и приготовить, и поплавать, и позагорать, когда парни наконец-то проснулись. Тоже искупались, чтобы освежиться, потом основательно подзаправились шашлыками.

— Ну, а теперь к делу, — не стала дожидаться их расспросов Аглая. — Сразу скажу, что у Кирилла я занималась только стряпней, не более того. Он, кстати, замечательный мужик, и бывает счастлив только тогда, когда и всем остальным вокруг него хорошо.

— Ну да, ну да, — с сарказмом сказал Ромка.

— Да иди ты, — огрызнулась Аглая. — Не собираюсь оправдываться в том, чего не было. А между прочим, дело стоило того. Я ведь не просто так туда ездила. И теперь у меня есть электронный адрес нашего Бори! Я уверена, что его. По крайней мере, других Борь в списке не оказалось.

— В каком еще списке?

— Айка, а тебе это зачем? — хором прозвучало два вопроса.

— Затем, — отвечая на последний, сказала Аглая, — что просто подсунуть Боре в карман записку я вряд ли смогу. Денис слишком бдительный охранник. И главное, даже если мне это удастся, я тут же подставлю под подозрение всех сотрудников клуба, от Эдьки с Русланом до уборщицы, которая в свое время тоже могла найти в ведре первый шприц. Неприятностей невинным людям я доставлять не хочу. По электронной же почте можно отправить любое сообщение, надежно оставаясь в тенечке.

— Айка, ты в своем уме? Что за сообщение ты ему собралась отправить?

— Примерно такого содержания: «Я знаю, какую роль ты сыграл в гибели девушек. И если ты не выложишь энную сумму наличными, то нужные люди узнают, кому именно принадлежат найденные следователем шприцы, которыми ты делал уколы собакам».

— Да ты напрочь офонарела, дура чумовая! — взвился брат. Вытянувшийся в струнку Гена был, судя по его виду, полностью с Ромкой согласен. — Только попробуй это ему написать, и я тебя сам придушу, не дожидаясь, пока Денис это сделает!

— Поздно, — огорошила его Аглая. — Письмо уже написано и отправлено. И нам теперь предстоит действовать.

Она дала парням время на то, чтобы продышаться после такого известия, а потом изложила свой план целиком и полностью.

— Ну вот. По большому счету, риска здесь не больше, чем во всех ваших задумках, — закончила Аглая. — Главное, выманить Борю подальше от клуба. А что для этого послужит лучше, чем наживка в виде пытающегося удрать шантажиста? Я справлюсь. Мотоциклом только придется пожертвовать. Жаль. Но по мне, лучше мотоциклом, чем родным братом.

— Да… — приходя в себя, выдохнул Ромка. — Надо было тебя под замком держать, но кто же знал, что ты еще ненормальнее, чем кажешься?

— Айка, а письмо ты откуда отправила? Тебя отследить не могли? — озаботился Гена.

— С киберпочты в почтовом отделении. И даже переоделась ради такого случая в майку с рукавами и капюшоном и спортивные брюки, — доложила Аглая. — Дважды ради такого случая в жуткий общественный туалет пришлось заходить. Но зато в той одежде меня никто не узнает, даже если я где-то под камеру попала, ведь в ней пол человека трудно определить на глаз. Специально в «секонде» наряд подобрала. Туда же потом незаметно и подкинула, только уже в другой.

— Умница! Чего же ты не успела сделать? — обреченно поинтересовался Ромка.

— Еще разок искупаться! — заявила Аглая, легко понимаясь и скидывая с плеч полотенце.

24

Готовиться к осуществлению задуманного начали уже на следующий день, потому что времени оставалось в обрез. Гена приехал на мотоцикле и забрал с собой Аглаю покататься. А когда они выехали за город, остановил мотоцикл и слез с водительского места, уступая его Аглае:

— Ну давай, Айка! Покажи, на что ты способна!

Она пересела на освободившееся место. Не без волнения положила ладони на ручки руля. Давно она этого не делала! Будто целую вечность! Но, обретая некоторые навыки, человек не утрачивает их в течение всей жизни. Плавать или играть на гитаре. Или водить мотоцикл. Иногда эти навыки нужно просто слегка освежить. Дождавшись, когда Гена усядется сзади, Аглая чиркнула педалью зажигания, выставила передачу и выжала газ. Она никогда не сравнивала себя с Ромкой только потому, что виртуозы от Бога находятся вне конкуренции. А вовсе не потому, что сама была ни на что не способна! Ветер упруго толкнулся в грудь, дорога легла под колесо. Пунктир разделительной полосы слева вначале так и оставался пунктиром, потом стал сливаться в одну сплошную полосу. Справа мелькала отвесная стена гор, часть которых когда-то взорвали ради того, чтобы проложить эту дорогу, все быстрее и быстрее. Забывая о прошедших трудных годах и даже о сидящем позади Гене, Аглая с упоением неслась вперед. Она сливалась с могучим байком, она чувствовала его сущность, и ее тело подстраивалось под его движение, изгибаясь для нужного баланса на поворотах.

Когда на подъезде к городу Аглая остановила мотоцикл, выпустила подножку и слезла с седла, она не удержалась от вздоха сожаления. Завались мотоцикл на бок, она, возможно, даже поднять бы его не смогла без посторонней помощи. Но как здорово было на пару с ним лететь по дороге!

Гена, не торопясь занимать хозяйское место, стащил с головы шлем. Потом снял его и с Аглаи тоже, посмотрел ей в лицо.