Эстафета поколений: Статьи, очерки, выступления, письма - Всеволод Анисимович Кочетов

куда ступала его нога, — он задумывается не над своими жертвами, не над слезами, пролитыми по его вине, он подсчитывает свои дивиденды от этого, считает доллары, полученные за разбой.

Пауэрсы не ведают великой культуры человечества, им ведома только культура кухонь и холодильников, «культура», приобретаемая на доллары. Они не знают идей и идеалов, у них один «идеал» — доллар. Никакой пауэрс не поймет советскую женщину, которая из отличной бригады, от хороших заработков, «от рубля» пошла в отстающую бригаду для того, чтобы вывести ее в передовые. Пауэрсам дико слушать о молодом свинаре, который взялся один осуществлять уход за тремя с лишним тысячами животных, то есть делать работу восьми человек, и не требует, чтобы ему за это увеличили и заработок в восемь раз.

Хозяева Соединенных Штатов Америки тратят гроши на обучение и воспитание детей в школах. Зато не скупятся они, когда дело касается выпуска развращающих молодежь кинофильмов, печатания порнографических и несущих в себе инфекцию бандитизма книжонок. Прогрессивные люди Америки борются против всего этого яда, отравляющего молодые души. Но «хозяева» делают свое грязное дело. Так они воспитывают для себя платных шпионов, платных убийц, платных негодяев любого назначения.

Пауэрса вместе с его «локхидом» сшибла на землю советская ракета. Но кадры новых пауэрсов для таких полетов, конечно же, готовятся. Ни Белый дом, ни государственный департамент не осудили шпионские полеты. Напротив, этого шпиона пытаются дома изобразить в виде «стопроцентного американца», вина которого только в том, что он попался. Но нет, не по нему судим мы о подлинных американцах. Мы знаем стойких, убежденных общественных деятелей, честных предпринимателей, прекрасных ученых, наконец, миллионы простых тружеников — рабочих и крестьян Америки, которым чужда мораль империалистов. Миллионы трудовых американцев, как и все люди земли, хотят мира, миллионы трудовых американцев вместе с нами осуждают сегодня тех, чей девиз: все средства хороши для достижения цели.

Шпионаж вместо общепринятых норм в отношениях государства с государством и растление молодых душ вместо воспитания в них гуманности, благородства — звенья одной порочной цепи, которой американский империализм все еще пытается опутывать земной шар.

Но цепь трещит и рвется то там, то здесь, и Френсис Гарри Пауэрс — еще одно такое звено, выпавшее из этой проржавевшей империалистической цепи США.

Суд идет!.. Американский шпион со сбитого «локхида» встает при этих словах в зале советского суда. Он выслушивает всю правду, какую говорят о нем и его хозяевах советские люди. Но эту правду придется выслушать и самим хозяевам Пауэрса.

Им придется выслушать все.

1960

ИЗ РЕЧИ НА XXII СЪЕЗДЕ КПСС

Еще день, может быть, два, и делегаты съезда покинут этот зал. Партийные работники вернутся на свои боевые организаторские посты в республики, в области, в районы. Командиры Советской Армии вновь станут на вахту по охране границ, разъедутся по аэродромам, к ракетным установкам, на корабли. Металлурги наденут защитные синие очки возле доменных и мартеновских печей и поведут очередные плавки. Ученые войдут в свои лаборатории. Хлеборобов ждут их поля, текстильщиц — неутомимые, неумолчные ткацкие и прядильные станки. Каждый новый день вдохновенного труда все будет приближать и приближать советских людей к той заветной поре человечества, программу достижения которой начертал в эти дни наш съезд.

Вернемся к своим рабочим местам и мы, писатели, которых партия с таким обязывающим доверием называет своими помощниками.

Тысячи известных и прославленных и только-только делающих первые шаги в литературе советских писателей вместе со всем народом, волнуясь и радуясь, вчитываются и вслушиваются в каждое слово документов съезда, отчеркивая карандашами на полях газетных страниц те места в докладах, в выступлениях, которые касаются литературы и искусства, те места и слова, которыми определяются участки приложения писательских сил в грандиозных работах, все шире развертываемых партией.

Понимание этого в значительной мере определяет наши писательские задачи в выполнении Программы партии. Мы должны видеть все то, что еще осталось в наследство нашему обществу от старого, во впечатляющей художественной форме разоблачать сущность этого старого, отжившего, хотя еще не испустившего дух. Но рядом — и это главное — мы обязаны подымать все новое, что народилось и нарождается в людях по ходу движения нашего общества к коммунизму. Видеть, замечать, утверждать каждую черту нового в человеке и в жизни — самая благородная и самая увлекательная задача литературы и искусства.

Плохая, путаная книга или скверный кинофильм не могут остановить полета нашего электровоза к коммунизму. Но все же они — мусор на пути, и для того чтобы этот мусор смести с рельсов, нужны излишние затраты сил, которые лучше бы приложить к чему-либо иному, более полезному. И напротив, яркая по художественным достоинствам, сильная, привлекающая своими идеями книга — могучее средство воспитания народа.

«Партия, — как было сказано в отчете ЦК, — исходит из того, что искусство призвано воспитывать людей прежде всего на положительных примерах жизни, воспитывать людей в духе коммунизма». Об этом партия говорит нам не первый раз...

Партия, ее Центральный Комитет всегда помнят о нас, всегда по-отечески заботятся об идейном здоровье нашей писательской организации. И можно насчитать немало книг, вышедших в эти годы, книг, в центре которых — герои положительные, герои подлинно нашего времени: передовые рабочие, передовые ученые, колхозники, партийные работники, люди Советской Армии.

Истина требует сказать, правда, и о том, что есть еще в писательской среде угрюмые сочинители мемуаров, которые больше смотрят назад, чем в сегодняшний день или в будущее, и, в силу такого искривления взгляда, с усердием, достойным лучшего применения, копаются на свалках своей изрядно подгулявшей памяти, чтобы вновь тащить на свет божий давно истлевшие литературные трупы и выдавать их за нечто еще способное жить.

Истина требует сказать и то, что в литературной среде есть и едва обметанные желтым пушком поэтические — да и прозаические — цыпленки, которым до смерти хочется казаться грозными боевыми петухами.

И тех и других, в общем-то, можно пересчитать на пальцах, и не их унылые, однообразные ноты делают музыку в советской литературе. Наша литература велика, многогранна и красочна; она привлекает нашего и зарубежного читателя и формой своей, и богатством идейного содержания...

Прошу меня извинить, товарищи делегаты, но я не могу перечислить и