Приходи на Паддингтонскую ярмарку (ЛП) - Смит Дерек

Обиженное выражение сменилось на улыбку.

– По крайней мере,– пробормотала девушка,– у меня есть обе ноги. – Она приподняла юбку, чтобы их продемонстрировать. – И они довольно хороши. Разве нет?

Виндзор и Лоуренс кивнули с видом знатоков.

Касл тяжело задышал. Прерывающимся голосом он произнес:

– Мистер Виндзор! Вы, кажется, помогали на кастинге вашей пьесы. Не вы ли, случайно, ответственны за приглашение мисс Кристофер?

Драматург уставился на него:

– О Боже, нет! Я дернул за пару ниточек ради Труди Энн, но остальная часть кастинга была вне меня. Вы должны поговорить с Виктором Фрайерном. Он – директор.

– Гммм. – Касл потер подбородок: – Вам не понравился сценический пистолет, который использовался в первых репетициях.

Виндзора вопрос не смутил:

– Просто смешно – явная игрушка. Я сказал Виксу, кто он там у них...

– Реквизитор.

– Да. Я сказал ему, что не допущу, чтобы чертов пугач испортил мне третий акт. Я попросил, чтобы он принес настоящий револьвер. Он немного помямлил, но в конце...

– Вы принесли его сами.

– Ха?– Борода Виндзора ощетинилась. – Откуда у вас такая мысль?

– Викс мне так сказал.

– Тогда братец Альберт,– сказал драматург,– мерзкий лгун!

Касл удивленно уставился на него:

– Вы не давали ему револьвер «Уэбли» тридцать второго калибра?

– Конечно нет.

– Но ваши инициалы стоят на ручке...

– Вовсе нет. Виндзор – всего лишь мой псевдоним. Я наречен Гербертом Хиггинсом. Но... – добавил он жестко,– только пикните об этом хоть одной живой душе, и я из ваших кишок сделаю себе подтяжки!

Брови Касла сошлись:

– Но Викс сказал... – Он замолчал.

Виндзор улыбнулся, и в глазах появилось понимание:

– Полагаю, что у реквизитора есть сын по имени Гарольд.

Касл выругался. Твердым голосом он спросил:

– Могу я воспользоваться вашим телефоном?

– Он в прихожей.

Касл вышел. Лоуренс последовал за ним и схватил друга за плечо:

– Не спешите, Стив. Викс – на крючке. Теперь потяните леску и мягко подсеките.

– Что вы имеете в виду?– проворчал старший инспектор.

Лоуренс улыбнулся:

– Его ложь о револьвере сравнительно незначительна. Но мы можем использовать ее, чтобы совершить прорыв в расследовании.

Касл с подозрением уставился на него:

– Вы знаете что-то, что мне не сказали?

– Я – нет. Но Викс знает.

Касл схватил телефон:

– Объясните позже. Я собираюсь связаться с Вимиссом. Он работает в «Янусе». Викс должен быть там с остальной частью театрального штата. Если он... – Он замолчал и прижал трубку к уху: – Алло! Это старший инспектор Касл. Я хочу поговорить с детективом-инспектором Вимиссом...

Лоуренс отвернулся. Он ввернулся в кабинет. Виндзор приветствовал его криком:

– Святые угодники! Да оставите вы меня, наконец, наедине с Труди Энн?

Лоуренс сохранял серьезный вид:

–Я не уверен, что должен. Возможно, ваши намерения не совсем благородны.

Девушка скромно улыбнулась.

Герберт Виндзор с достоинством ответил:

– Они не... У меня есть репутация, которую нужно блюсти.

Вернулся старший инспектор.

– Я еду в «Янус». – мрачно объявил он. – Вы со мной?

Лоуренс кивнул:

– Проводите нас.

– Я вас провожу,– сказала Труди Энн.

Виндзор растянулся на диване, демонстрируя отвращение.

В прихожей Лоуренс пожал руку девушки и пробормотал:

– Это, конечно, не мое дело. Но... – Он замялся.

Девушка понимающе улыбнулась:

– Не воспринимайте Герберта слишком серьезно. – Ее губы весело изогнулись. Он – ликантроп.

– Кто?

Труди Энн объяснила:

– Он считает себя волком{8}.

Глава 22

Старший инспектор Стивен Касл вошел в театр «Янус» с мрачным и угрюмым выражением лица. Впившись взглядом в румяного молодого констебля, который болтал со швейцаром при служебном входе, он резко задал вопрос.

Пока констебль, запинаясь, отвечал, Олджи Лоуренс прошел мимо и исчез за кулисами.

Молодой полицейский докладывал:

– Д-да, сэр. Почти все сотрудники за кулисами. Инспектор допрашивает их...

– Я это знаю,– нетерпеливо перебил Касл. – Скажите Альберту Виксу, что я хочу видеть его. Быстро!

– Да, сэр. – Констебль отдал честь и поспешно вышел.

Касл с негодованием смотрел на Сиднея Шорта. Швейцар тревожно моргал. Сидя на табурете и выглядывая из окошка своей будки, он более, чем когда-либо, напоминал старую птицу в клетке.

– Вы знаете мистера Лоуренса?– спросил старший инспектор.

Шорт быстро кивнул:

– Да, шеф. Он только что прошел мимо.

– Правильно. Если он вернется сюда, скажите ему, что я нахожусь в актерском фойе с реквизитором.

Касл отошел. Шорт печально покачал головой. Если судить по манерам этого копа, старому Берту несдобровать.

«Интересно, что же он сделал?» – вслух спросил он.

Внезапно в голове возникло страшное подозрение. Он попытался рассеять его, пробормотав: «Нет»,– а затем виновато поднял взгляд, когда длинная тень накрыла стеклянную будку.

Касл обернулся, когда дверь актерского фойе позади него открылась:

– О, это вы,– проворчал он.

– Действительно, я. – Олджи Лоуренс казался очень довольным собой.

Касл с подозрением посмотрел на него:

– Что-то раскопали?

Лоуренс улыбнулся:

– Я поговорил с Джун Мерритт.

– Джун?

– Ассистенткой режиссера.

– О, да. И что с ней?

– Я задал ей вопрос. И ответ был: «Нет, ничего, о чем бы я знала».

– Хорошо. – Касл начал сердиться. – Каков был вопрос?

– Угадайте!

Касл тяжело задышал:

– А теперь послушайте...

Лоуренс прекратил улыбаться. Вполне серьезно он заметил:

– Вы должны знать, Стив. Вы же тоже читали партитуру.

В проницательных серых глазах Касла вспыхнул интерес:

– Вы нашли там что-то, что я пропустил?

Лоуренс тщательно подбирал слова:

– У меня было подозрение, которое скоро можно будет проверить. Вы пришли сюда, чтобы допросить Альберта Викса. Но будьте настороже. Можете обнаружить больше, чем ожидаете.

На лице Касла появилось озадаченное выражение:

– Он солгал об оружии. Но...

Лоуренс вежливо перебил его:

– Это была мелкая, глупая ложь испуганного человека. Ваши вопросы испугали его. И вы сказали ему, что это преступление – владеть оружием, не имея лицензии. Таким образом, он выдал первую же глупую историю, которая пришла ему на ум.

– Но он, должно быть, подготовил эту ложь,– возразил Касл. – Он выложил ее очень быстро. А мы даже не упоминали имени драматурга.

– Не было никакой необходимости упоминать,– улыбнулся Лоуренс. Он указал длинным пальцем. – На той афише – его имя крупными буквами.

Касл уставился на театральную афишу на стене и выругался.

Олджи откинулся на спинку кресла:

– Я помню, как глаза Викса, когда вы допрашивали его, резко уставились на что-то. Он, должно быть, заметил эту афишу. Совпадение инициалов «Г.В.» внезапно поразило его настолько, что он сказал вам, будто револьвер дал ему Виндзор.

– Это возможно,– мрачно кивнул Касл. – Но теперь...

– Он скажет правду.

– Это точно,– проворчал старший инспектор.

Лоуренс словно между прочим заметил:

– Я могу задать вопрос. Не будете возражать?

Касл взглянул на него с подозрением:

– Какой?..

Вопрос замер у него на губах, поскольку дверь после небрежного стука отворилась.

Альберт Викс задержался на пороге. Его тусклые глаза тревожно заблестели:

– Вы хотели меня видеть?

– Именно,– спокойно сказал Касл. – Входите и садитесь.

Викс повиновался, его морщинистое лицо застыло в угрюмой маске.

Касл засунул руки под пиджак. Стоя над реквизитором, он с негодованием смотрел вниз:

– Я не трачу время зря, Викс. Вы мне солгали. А теперь расскажете всю правду!