Апокалипсис - Александр Шуравин

закончилась. И теперь путники ехали по безлюдному поселку. Через некоторое время, правда, оказалось, что поселение не совсем безлюдное: по улице шла какая-то женщина в платке, неся на руках младенца. Младенец так громко плакал, что было слышно даже в машине. Потом пробежала какая-то детвора, но, завидев чужаков, они быстро спрятались.

Одинокие деревянные домики сменились промышленными постройками, заборами. А впереди оказались запертые ворота. У этих ворот стояли вооруженные люди в камуфляже, которые открыли огонь без предупреждения. В первой машине ехали Антон, Азат и Маргарита. Зубатов был за рулем, он резко дал по газам и развернулся, от чего машину занесло. С трудом сохранив управление, водитель что есть мочи надавил на газ, едва не врезавшись во вторую машину, которая разворачивалась не так расторопно. Оба автомобиля неслись из поселка на всех парах, Антон, залитый кровью, борясь с ветром, дувшим на встречу сквозь разбитое лобовое стекло, и постоянно отталкивая навалившегося на него Азата, едва справлялся с управлением. И очень обрадовался, когда впереди едущая машина затормозила и включила аравийку. И только тут он заметил, что кровь вовсе не его, а Азата. А сам Азат был уже мертв, а в его лбу красовалась красная дыра.

- Ты цел? – услышал Зубатов сзади голос Маргариты.

- Кажется, да. А ты?

- Кажется тоже.

Тут подбежали Мария, Павел и Армэль.

- Пострадавшие есть? – спросила Девятова.

Антон молча кивнул на мертвого Азата. Девушка сразу все поняла.

- Похоронить бы его, - сказала она.

- Где? И чем? У нас даже лопаты нет.

- Может, у местных попросим?

- А ты знаешь казахский язык? Да и не похоже, чтобы тут любили чужаков.

- Но не можем же мы его бросить… Как-то по-человечески надо…

- Ладно, придумаем что-нибудь.

- Можно кремировать, - предложил Павел, - отъехали мы от пробки недалеко, там полно брошенных машин, с горючим….

- Да тоже как-то нехорошо, - произнес Антон.

- А вообще, интересно, что же так рьяно охраняли эти вояки, несмотря на апокалипсис, - проговорила вдруг Маргарита и достала смартфон, - судя по карте, тут завод корпорации Амар.

- Это который панацею производит? – спросил Павел.

- Да.

- Слушайте…, - встрепенулся Антон и глаза его заблестели, - а давайте ночью залезем на этот завод. Это же фармацевтическая компания. Там наверняка лекарства какие-то можно надыбать. А они нам не помешают…

- Ты с ума сошел? - спросил Павел, - мы оттуда еле живые ушли.

- А ты что, зассал?

- Антон, - укоризненно произнесла Мария, - это безумие какое-то.

- Безумие не безумие, - сказала Маргарита, - но подумать над его предложением стоит. Для начала, хотя бы разведать, что там на этом заводе. Издали посмотреть. У нас, кстати, полевой бинокль есть. Да и проникнуть туда, если что, можно не через ворота, а например, через дыру в заборе. В конце концов, отказаться от затеи мы всегда сможем…

- Ладно, позже обсудим. Сначала давай что-нибудь с телом сделаем, - жестко напомнил Павел о возникшей проблеме.

-Давайте, действительно, кремируем, - сказала Маргарита, - увезем к пробке, посадим в какой-нибудь автомобиль и там сожжем.

- Кстати, уже темнеть начинает, - заметил Антон, - надо бы место для ночлега найти.

- Предлагаю спать в машинах, и, выставить, наконец-то дозорных, - сказал Павел.

- Давайте хотя бы так. Только сначала кремируем нашего киргизского друга. Раз закопать не можем.

Они расселись по машинам и поехали. Добрались до пробки, угнали там еще одну машину, поставили ее на обочину, перетащили в автомобиль труп Азата, облили бензином и подожгли. Долго смотрели на взмывшее вверх пламя.

- Пусть земля ему будет пухом, - проговорил Антон.

- Какая земля? – одернула его Мария.

- Ну, не знаю, что в таком случае говорят…

- Ладно, поехали.

Ехали, правда, они недолго. Через какое-то время остановились, улеглись спать. Первый дежурил Антон. Потом он разбудил Павла. Уже к утру его сменила Мария. За ночь ничего не произошло, все было спокойно. Утром все пятеро поехали в поселок, на этот раз, правда, на одной машине. Близко к воротам, где их вчера встретили автоматным огнем, подъезжать не стали, а остановились понаблюдать за охранниками в бинокль. Их было трое, и они стояли неподвижно, как статуи. На лицах солдат застыла маска спокойствия. Никакого движения, никакой мимики.

- Странные какие-то, - произнес Антон, откладывая бинокль.

- Дай взглянуть, - сказал Павел.

- Действительно, странные. Будто роботы, - прокомментировал он минуту спустя.

- Может, роботы и есть?

- Да черт его знает. Ладно, давайте объедем завод, посмотрим его со всех сторон, - сказал Трубинин, - передав бинокль Зубатову, и тронул машину с места.

- Что вы там увидели, мальчики? – спросила Мария.

- Стоят как неживые, - ответил Антон.

Через некоторое время завод закрыли дома. Зубатов выругался и отложил бинокль. Но затем, когда постройки проехали, завод снова стало видно. Антон продолжил смотреть, а потом сказал:

- О! Там дыра в заборе.

- Отлично, запомни это место.

Так они объехали по кругу, вернувшись туда, откуда наблюдали за солдатами.

- Дайте бинокль, - попросила Маргарита, - тоже на этих вояк посмотрю.

- Действительно, роботы, - сказала она, - странно это все, конечно.

- Может, попробуем заглянуть в дыру, - предложил Антон.

- Давайте сначала поближе подъедем, там видно будет – ответил Павел, - Кстати, солдаты нас не увидят?

- Не должны.

Через несколько минут машина, объехав дома, съехала с дороги на траву и остановилась почти у самого забора. Путники вышли. Антон первый заглянул в дыру.

- Тут только пустошь и какой-то ангар, - заявил он, - и ангар, судя по всему, никто не охраняет.

- Странно, - произнес Павел, все очень странно, - Зачем тогда блок пост на воротах?

- Не знаю, - пожал плечами Павел.

Антон тем временем уверенно шел к ангару. Трубинин шагал за ним.

- Мальчики, вы куда? – испуганно спросила Мария, побежав следом.

- Туда, - отозвался Антон.

Маргарита и Армэль пошли за остальными. Все пятеро оказались внутри ангара, где на полу была куча белого порошка. Мужчина в белом халате лениво фасовал его в пакетики, которые складывал на тележку. Увидев его, Антон машинально вскинул двустволку.

- Стой, - остановила его Мария, - не надо стрелять в безоружного.

Мужчина повернулся к ним. На его лице было такое же бесстрашное