Радуга до небес - Барбара Картленд

«Это не Тед, — машинально решила Диана. — Он бы не стал стучаться».

Со всех ног бросившись к двери, она распахнула ее. На пороге стоял какой-то незнакомец.

— Вы миссис Элкок? — спросил он.

— Миссис Элкок больна, — ответила Диана. — А мистер Элкок поехал за доктором… Я думала, это он…

— Он попал в аварию, — проговорил незнакомец. — Я приехал сказать об этом его жене.

— Кто попал в аварию? — переспросила Диана, еще не понимая, что произошло.

— Да Тед Элкок, кто же еще! Он разбился на перекрестке, и его отвезли в больницу. А меня просили привезти его жену. Он очень плох.

Диана тупо уставилась на мужчину. Ей казалось, что он несет какую-то чушь, но мало-помалу страшный смысл его слов дошел до нее.

— Миссис Элкок рожает! — порывисто воскликнула она. — Бегите за врачом, да побыстрее! Вы поняли? Летите пулей!

— Вот черт! — оторопел мужчина. — Ну и дела! Не беспокойтесь, мисс, я мигом. Одна нога здесь, другая там.

Он повернулся и в ту же секунду исчез в темноте. Диана захлопнула дверь и бросилась к Роуз. Крики ее становились все громче.

— Ой, не могу я больше! Господи, что же это? Когда это кончится? — вопила она, молотя руками обо что попало.

Диана крепко схватила ее за руки.

— Терпи, Роуз, — твердо проговорила она. — Прижмись ко мне покрепче. Сейчас приедет» доктор, и все будет хорошо.

А про себя взмолилась, чтобы врач не заставил себя долго ждать.

Врач приехал как раз вовремя, чтобы Помочь Роуз произвести на свет чудесного здоровенького мальчишку, а вот Тед скончался рано утром в больнице, так и не придя в сознание.

К тому времени, как об этом стало известно, Диана уже не воспринимала окружавшую ее действительность.

После того как ребенок огласил комнату громким криком, возвещая всех о своем появлении на свет, она сделала все, что могла, чтобы помочь врачу и медицинской сестре, а потом и сама больная свалилась, к явному неудовольствию медиков. Еще бы, теперь работы прибавилось.

Событий для истощенных нервов Дианы оказалось более чем достаточно. Да еще мокрая одежда, в которой она провела всю ночь.

Все это привело к тому, что спустя сутки у Дианы поднялась температура, начался бред, в котором она вновь и вновь переживала события этой страшной ночи, когда, вне себя от волнения, стояла у постели Роуз, молясь лишь о том, чтобы врач не опоздал.

Медицинская сестра возилась с Дианой не покладая рук, однако сразу же согласилась с доктором, когда тот предложил перевезти свою новую пациентку в больницу, прекрасно понимая: единственное, что ей сейчас требуется, — это правильное лечение.

Доктор, человек умный и опытный, с первого взгляда понял, что Диана не простая официантка или подружка Роуз.

Последней он задал несколько вопросов, быстренько выудив все, что она знала. Впрочем, информация оказалась довольно скудной.

И тем не менее кое-какие выводы можно было сделать. В результате врач пришел к заключению: таинственная незнакомка, появившаяся неизвестно откуда без средств к существованию, которая вопреки всему носит невероятно дорогое белье, отделанное настоящим кружевом, должна иметь каких-то близких родственников или знакомых. В том состоянии, в котором она сейчас находится, без их помощи ей не обойтись.

Желая узнать о своей пациентке побольше, врач отправился в спаленку за гаражом и без всякого зазрения совести самым внимательным образом осмотрел Дианины вещи.

— Сейчас перевозить ее в больницу опасно, — сказал он сестре, — и тем не менее это единственное, что нам остается сделать. На вид она крепкая, но, похоже, сильно ослабла вследствие недоедания. Посмотри, эта вещичка как-то не вяжется с ее вопиющей бедностью.

И он протянул медсестре халат Дианы — прелестный атласный халат персикового цвета, щедро отделанный кружевной тесьмой. Широченные рукава его были оторочены страусовыми перьями такого же нежно-розового оттенка.

Этот роскошный халат, хранившийся у Дианы как напоминание о днях беспечной и богатой жизни, казался совершенно неуместным на дешевой железной кровати, застланной грубой простыней и тоненькими шерстяными одеялами.

Медсестра лишь усмехнулась в ответ.

У нее было свое мнение, основанное, видимо, на долгом жизненном опыте, о том, каким образом молоденьким и хорошеньким девушкам, у которых нет денег даже на пропитание, достается шикарное нижнее белье.

Выдвинув верхний ящик высокого комода, выкрашенного желтой краской, доктор увидел там черепаховые гребни, которые, несомненно, стоили приличных денег.

Помимо гребней, была кое-какая косметика, которой сейчас пользуется каждая девушка. Однако все это было куплено в дорогих магазинах, что свидетельствовало о том, что девушка, которая ею пользуется, привыкла к роскоши.

Никаких писем, бумаг, чековых книжек и визиток с указанием фамилий обнаружено не было. Лишь дамская сумочка, в которой лежала смехотворная сумма денег.

Наконец приподняв стопку кружевных носовых платочков, доктор увидел небольшую тоненькую книжечку с незатейливым названием: «Путь».

Ни фамилии владельца, ни его имени на титульном листе не оказалось, лишь внизу на первой странице было обозначено: Охотничий дом.

Это название показалось врачу очень знакомым. Несколько секунд он мучительно вспоминал.

Да это же в Малверне! Он отлично знал это место — не раз проезжал мимо ворот дома, а однажды даже встречался с его хозяином Джеком Стэндишем, вот только по какому поводу, так и не припомнилось.

Может, это совпадение, но так или иначе разузнать стоило. Доктор готов был на все, лишь бы помочь несчастной девушке, которая больная лежала в бреду, невнятно бормоча:

— Неужели доктор не приедет… вовремя? О Господи! Только бы он… успел!

Позже доктор Лоренсон был бесконечно рад, что решился тогда позвонить Стэндишам и осторожно выведать у них, не знают ли они чего-нибудь о его пациентке.

Благодарности Лоэлии не было предела. Она приехала спустя час после телефонного звонка вместе со своим мужем. Ее голос дрожал от волнения, а в глазах стояли слезы.

С величайшим удовольствием в течение многих лет ездил потом доктор в Охотничий дом в гости к этим милым людям. Сколько счастливых часов провел он в их компании за обедами, ужинами и своей любимой игрой в бридж!

Лоэлия и Джек никогда не забывали оказанных им услуг.

Так уж вышло, что им очень полюбился этот грубовато-добродушный доктор, жизнь которого, не отмеченная особенными событиями, скромно протекала в тихом захолустном городке.

После того как Диану перевезли в Охотничий дом, доктор Лоренсон в течение нескольких недель навещал ее каждый день. Из Лондона была приглашена самая квалифицированная сиделка, которую только удалось найти, строго выполнявшая все его предписания.