Дар - Максим Алексеев

   Я проводил день за днем в гамаке. Кокон свитый из ветра разгонял кровососущих насекомых и навевал прохладу. Мне приходилось продираться через длинные толстовские предложения, написанные несколько тысячелетий назад перворожденным.

   Богов этого мира действительно убили смертные. Это была первая и последняя война, когда расы, населявшие планету выступили в союзе. Заносчивые длинноухие расисты, циничные меркантильные подземные коротышки и малахольные люди бросили вызов главной силе этого мира. Силе, которая и была по сути этим миром. Эльфийская магия, рунные баллистические ракеты и тысячи жизней были брошены на алтарь победы.

   Гномийские Воитель и Ваятель пали под огнем реактивной артиллерии. Элуну, эльфийскую богиню луны, варварски расчленили и сожгли. Многочисленный человеческий пантеон сражался до последнего, но даже боги были бессильны против зачарованных стрел перворожденных, ударов крылатых ракет и беспримерной храбрости и самопожертвования людей. Зачем все это было сделано? Очень просто. Смертным хотелось свободы. Им надоели высшие силы, которые были не связаны понятиями добра и зла и играли людьми и странами ради забавы.

   Мир уцелел только потому, что боги до последнего верили в свою победу. В своем презрении к малым мира сего они не стали задействовать все свои силы. А потом было поздно. После первой смерти - гибели хозяина глубин - они потеряли свою главную магию. Веру большинства смертных в их непобедимость.

   Я не знаю насколько Плиниэль преувеличивал ужасы божественной тирании... Но вряд ли такая война могла начаться на пустом месте.

   Постепенно я привык к высокопарному слогу, и запомнил большинство действующих лиц. Страница сменяла страницу и когда вдали уже виднелся маяк булоньского порта я наконец с облегчением закрыл книгу. Как хорошо, что люди на земле нашли Камень и смогли избавится от всей этой паранормальщины мирным путем. Пускай на это и ушло несколько сотен лет.

   В последний вечер путешествия нервы мои сдали. Я дождался, когда Ингрид закончит занятия с Лехой, а после зашел к ней. Все же нам стоило поговорить. Когда женщины начинают думать об отношениях, дело как правило заканчивается плачевно для обеих сторон. Стоило поставить точки над "и". Жестко и по-мужски. Стоило давно. Она была просто очередной девушкой. Да, так получилось, что мы несколько раз спасали друг-другу жизнь. Да, мы с ней провели долгое время вместе. Ни одиночества с ней не было, ни скуки. С ней было, о чем поговорить и помолчать. Она была отличным другом и товарищем. И у нас был хороший секс. Вот примерно так я и хотел все объяснить. К чему все усложнять?

   Когда я вошел она плакала. "Сфера тишины" отрезала нас от окружающего мира.

   - Что случилось, Ин? - я подошел к ней, присел рядом и прижал к себе.

   - Ты! Ты случился! Ты хуже Трикса!

   - Эмм?... Почему?

   - Он хотя бы был откровенной скотиной. А с тобой ничего не понятно.

   - Ингрид, ну успокойся, маленькая, ну, солнышко мое (И вот тут я совершил достаточно распространённую ошибку, увлекся и потерял контроль) любимое.

   Она подняла на меня свое лицо.

   - Правда любимое?

   - Да. - ответил я. Жестко и по-мужски. Но совсем не то что хотел с начала. И знаете, не могу сказать, что соврал.

   - А, почему раньше не говорил?

   - Ты не спрашивала. -только и успел вымолвить я прежде чем ее губы впились в мои.

   Что я могу сказать. Поддерживать составную зачаровку сложной пространственной конфигурации во время физического труда, требующего к тому же творческого подхода, чрезвычайно тяжело. Но я справился. И с трудом. И с зачаровкой.

   В последний день путешествия мы прошли несколько часов по морю и наконец причалили у каменных пирсов Булони.

   Булонь-сюр-Мерд вольготно раскинулась среди холмов на расстоянии полусотни километров от устья Тайн. Согласно договору с Каганатом, город не имел укреплений, но почти пятидесятиметровая башня "Нотр-Сорсье-ан-Гард", служащая резиденцией корпусу боевых магов республики, хранила его лучше любых стен. Представительство магических Орденов был гораздо более скромно. Несколько дворцов местных кланов создавали локальные центры застройки, разделенные рощами фруктовых деревьев. Несмотря на окружающую засушливую степь, город купался в зелени.

   На каменной набережной нас встретил почетный эскорт из сборной дружины города. Бородачи с топорами и зверями на круглых щитах отделяли гостей от толпы. Горожане кричали "добро пожаловать!", "Vive le Kagan!", "Mort a l'Emperie!".

   Нас разместили в одном из флигелей дворца республики. Ингрид удалось вполне аргументированно объяснить, почему ей не хочется оставаться без дополнительной охраны в моем лице в одном из крупнейших городов Республики. Награду за ее голову глава Волков так и не отменил. Хотя маловероятно, что местные кланы знали про это. Так что я обустроился в одной из комнат выделенных ей апартаментов. Вечером должен был состоятся торжественный ужин с участием кагана и консула республики, а на следующий день было запланировано начало переговоров.

   Мне пришлось потратить почти полтора золотых на портного. Ингрид вполне ожидаемо отказалась идти на столь торжественное мероприятие в затертых кожаных штанах и куртке с кольчужными вставками. Да и мне не мешало бы одеться во что-то, что не трещало при попытке нагнуться.

   Я без особых колебаний нарядился во что- то напоминающее форму местных моряков и поменял ножны Бундессшверта на менее приметные, а вот с фрекен Торвальдсон все было сложно. После пары угроз разнести к чертям мастерскую (и одну, прерванную мной, но почти удачную попытку, спровоцированную оглашением размера в талии) мы наконец удалились. К вечеру заказ должен был быть доставлен в наше жилище.

   Два длинных стола были установлены прямо в саду друг напротив друга. За одним должна была сидеть делегация кочевников, напротив них представители республики. Консул перед Каганом. Маги перед магами. Слуги носились как пчелы, уставляя столы каплунами, маринованными сливами, запеченными молочными поросятами, огромным количеством разновидностей сыров и вина. Уже почти наступила ночь. Факела и светящиеся водяные сферы освещали поляну.

   На мое счастье наши места располагались с самого края и близкий контакт с Каганом был практически исключен. Ингрид злилась и строила фантастические планы, а я был рад, что мы сможем обойтись без погонь, убийств и напрасного героизма. Как жаль, что я ошибался.

   Ингрид с Лехой сидели почти на самом краю стола, я стоял за их спиной, подливал вино, выбрасывал объедки, по местному обычаю в кусты. На против чуть в стороне от нас сидели двое боевых магов кланов. Судя, по золотистой окантовке плащей отнюдь не рядовые. А потом я случайно встретился глазами с их денщиком. Герр Кирби удивленно приподнял бровь. Долговязый патлатый волшебник, который о чем-то его в этот момент просил, прервался и проследил за направлением взгляда Якоба, а потом помахал мне рукой. Леонид Андреевич выглядел лет на двадцать-тридцать моложе, но не узнать его было невозможно.