Пробуждение - Тина Дженкинс

— По нашим сведениям, у тебя появилось новое донорское тело, — холодно сказала Гарту доктор Ким Эндрю. Доктору Эндрю было чуть за шестьдесят, и половину этого срока она возглавляла фениксский филиал ФАББ. Волосы собраны на затылке в аккуратный пучок. Такая же прическа была у нее и много лет назад, когда Гарт впервые встретился с ней, только сейчас в волосах появилась проседь.

— Я как раз собирался зарегистрировать его по всем правилам, — ответил Гарт, стараясь держать себя в руках.

— Смотри не тяни, — строго сказала Эндрю. — Кстати, очень жаль, что нам не удалось повидаться с президентом, когда он сюда приезжал.

— Мне тоже жаль. — Гарт лицемерно улыбнулся. — Но это произошло совершенно неожиданно. Видишь ли, отец мистера Вильялобоса в свое время тоже был заморожен, а поскольку президент лично знаком с главой нашей корпорации, то… Очевидно, он узнал от мистера Рэндо о нашем проекте и заинтересовался.

— Настолько заинтересовался, что бросил всё и специально прилетел, чтобы узнать, как у вас идут дела?

— Президент не счел нужным посвятить меня в свои планы, но у меня сложилось впечатление, что он просто заскочил к нам, когда возвращался в Вашингтон с какой-то международной конференции.

Лицо доктора Эндрю осталось неподвижным, и Гарт так и не понял, поверила она его объяснениям или нет.

— Ну и как поживает ваш последний пациент?

— Никак. К сожалению, он умер.

— Прискорбно. Кстати, нельзя ли нам взглянуть на тело?

В ее устах этот вежливый оборот звучал не как просьба, а как приказ, но Гарт решил пока не лезть на рожон и отвечал с такой же изысканной вежливостью:

— Сколько угодно… Следуйте за мной, пожалуйста.

И они вместе спустились в цокольный этаж институтского здания. Сколько-то времени отняли душ, дезинфекция и переодевание в биозащитные костюмы. Гарт намеренно долго возился со своим костюмом, затягивая время, но, заметив, что гости начинают терять терпение, повел их к законсервированным лабораториям, где уже ждала Персис. Увидев Гарта, она многозначительно посмотрела на него, но он отвел глаза и жестом предложил инспекторам начинать проверку. Фальшивое тело уже лежало на специальной каталке, и специалисты ФАББ занялись им в первую очередь.

— Когда он умер? — спросила Ким, заглядывая в рот трупа.

— Ночью, — коротко ответил Гарт.

— Но тело совсем холодное.

— До вашего приезда оно лежало в хранилище.

Ким нахмурилась.

— А как дела с твоей рибосомой? Удалось добиться какого-нибудь прогресса?

— Кое-что есть, — кивнул Гарт. — Но еще не совсем то, чего бы всем нам хотелось.

— Ага, вижу… Бластомы. Жаль, очень жаль. Впрочем, я уверена — ты своего добьешься.

Функционеры ФАББ порой действительно вели себя не совсем последовательно. То они силой врывались в здания, словно полиция, получившая ордер на обыск и арест всех присутствующих, то наоборот — держались как коллеги-врачи, для которых не существует ничего, кроме блага пациента. Среди следователей и инспекторов агентства действительно немало квалифицированных врачей, медсестер, санитаров, однако в большинстве случаев их дипломы — пустая формальность; по существу же это самые обыкновенные чиновники, которых интересует только власть и собственное положение на служебной лестнице. Чего они и добивались в зависимости от ситуации то лаской, то таской. Несмотря на это, Гарт порой все же испытывал к этим людям что-то вроде симпатии. Ведь, что ни говори, именно они первыми вступают в бой с эпидемиями, а многие из них и вовсе погибли, подхватив ту или иную смертельную болезнь. Да, это трудная и опасная работа. И одинокая. Каждый, кто соглашается работать в агентстве, автоматически становится изгоем в научном или медицинском сообществе и вынужден до конца жизни мириться с неприязнью и ненавистью людей, с которыми когда-то работал плечом к плечу.

— Нам нужно будет взять образцы тканей.

— Сделайте одолжение, — откликнулся Гарт самым дружелюбным тоном.

Взяв все необходимые соскобы, пробы и мазки и тщательно осмотрев лабораторию, инспекторы, казалось, были полностью удовлетворены, и Гарт повел их обратно к фильтрам. По дороге доктор Эндрю внезапно остановилась перед дверью еще одной лаборатории.

— А здесь что? — спросила она, пытаясь открыть дверь, но та оказалась заперта.

Гарт украдкой покосился на Персис. По выражению ее лица он сразу понял, что именно здесь она спрятала тело номер 13.

— Н-ничего, — ответил Гарт севшим от страха голосом.

— Я вижу там какие-то приборы, — сказала доктор Эндрю и, еще раз тряхнув ручку, привстала на цыпочки, чтобы заглянуть в небольшое смотровое окошко. — Почему эта дверь заперта?

— Это… старые лаборатории. Иногда мы храним здесь кое-какое оборудование, которое в данный момент нам не нужно, — пробормотал Гарт, пытаясь уклониться от прямого ответа.

— Пожалуй, нам следует заглянуть и сюда. У тебя есть ключ, Гарт?

Гарт облился холодным потом:

— Н-нет. То есть — с собой нет. А у тебя, Персис?

Персис несколько секунд смотрела на него с открытым ртом, потом невпопад кивнула:

— У меня тоже… нет. Пойду поищу.

И она ушла. Гарт и инспекторы ждали у двери. Персис все не возвращалась, и доктор Эндрю начала проявлять признаки нетерпения. Она то принималась трясти ручку, то снова заглядывала в окошко.

— Почему вы вообще заперли эту комнату? — спросила она раздраженно.

— Должно быть, случайно. А вообще-то требования безопасности… — промямлил Гарт. — У нас…

Доктор Эндрю собиралась сказать что-то еще, но ей помешали.

— Доброе утро, господа! — раздался из дальнего конца коридора уверенный голос, и вся группа повернулась в ту сторону.

— Прошу извинить за опоздание. Позвольте представиться: меня зовут Рик Бандельер, я бизнес-директор местного филиала «Икор корпорейшн». Надеюсь, все в порядке?

Даже сквозь маску биозащитного костюма было видно, какая у него широкая, располагающая, наконец — просто красивая улыбка. Казалось, она подействовала даже на Ким Эндрю.

— В общем, да… — проговорила она неуверенно и выпустила дверную ручку, а Гарт подумал, что впервые в жизни он по-настоящему рад видеть Рика.

— Надеюсь, вы не откажетесь ненадолго зайти ко мне в кабинет, — приветливо сказал Рик, разыгрывая роль радушного хозяина. — Если вы не торопитесь, разумеется. Мне хотелось бы обсудить с вами пару вопросов. Кроме того, вас ждет легкий завтрак. Я уверен, он не помешает нашей беседе.

— С удовольствием, но только после того, как мы осмотрим эту лабораторию, — хмуро ответила доктор Эндрю, несколько придя в себя.