Армия короля Франции (ЛП) - Элари Ксавье

Король также использовал против фламандцев наемников: согласно хронистам, это были в основном итальянцы. В битве при Монс-ан-Певель они были достаточно многочисленны, чтобы составить одну из баталий армии Филиппа Красивого[286].

Даже после заключения Атисского договора в 1305 году, который теоретически ознаменовал окончание войны, король продолжал держать войска на границах графства Фландрия. Пьер де Галар, магистр арбалетчиков, носил титул "капитана во Фландрии" с 6 июня 1311 года по 11 ноября 1312 года, но он ограничился организацией обороной границы. Пьер все еще находился в этом регионе в период с мая по декабрь 1314 года. В следующее царствование его снова отправили на границу с Фландрией, с мая по сентябрь 1315 года[287]. Впервые король Франции был вынужден держать войска, постоянно размещенные в городах и крепостях, не для того, чтобы занять регион, перешедший под его контроль, а чтобы предотвратить возможное вторжение в его королевство.

Гарнизон Кале

Огромное количество документов, касающихся оплаты и содержания этих гарнизонов, почти полностью исчезло. Несколько десятков расписок, упомянутых выше, касаются только отдельных лиц. К счастью, сохранился реестр счетов, относящихся к гарнизону Кале в графстве Артуа в 1297 году, во время первой Фландрской войны. Информация, которую предоставляет реестр, позволяет нам понять конкретное функционирование гарнизона среднего города. Кале не находился на оккупированной территории, но условия его содержания не отличались от Наварры, Аквитании или Фландрии.

Реестр состоит из двух частей. В первой, более длинной части, перечислены выплаты, сделанные Анри Ле Маркизи, тогдашним капитаном города, солдатам гарнизона в период с марта по декабрь 1297 года: одному подразделению кавалерии и восьми подразделениям пехотинцев. Вторая часть состоит из череды довольно коротких отчетов, все из которых касаются расходов, понесенных командирами различных гарнизонов[288].

Для нас интерес представляет только первая часть этого реестра. Она начинается именами примерно 80 soudoyers à cheval (конных солдат) или sergents à cheval (конных сержантов). Их жалование составляло 4 су в день. Теоретическое количество воинов в этом гарнизоне составляло 45 человек, но чаще всего на одной и той же "должности" (если воспользоваться анахроничным термином) сменяли друг друга два-три человека. Например, некий Бундо де Крусте служил с 12 марта по 7 апреля, то есть двадцать шесть дней; его сменил Жан дю Мустье, с 26 апреля по 26 июля, то есть девяносто дней и наконец, Жан де Сонингем, со 2 августа по 9 октября, то есть шестьдесят восемь дней. Между каждой переменой проходило несколько дней, иногда до двух-трех недель.

Затем в реестре значатся люди из подразделений пеших сержантов. Принцип их службы был идентичным, с той же последовательностью двух или трех человек на одном посту, на этот раз без перерыва. Теоретическая численность подразделения пехотинцев составляла 50 сержантов. Несколько сержантов служили непрерывно с апреля до расформирования их подразделения. Большинство подразделений были фактически распущены в августе и октябре. Только восьмое подразделения, по-видимому, сохранилось до конца счета в декабре (счет закрывается 9 декабря). Эти колебания можно легко объяснить: военные действия закончились к началу октября с заключением перемирия в Виве-Сен-Бавон. Поскольку первые солдаты были уволены 12 марта, следует полагать, что подсчет является полным: он охватывает период, в течение которого из-за кампании, проводимой королем во Фландрии, гарнизон Кале был серьезно усилен; в действительности, с апреля по август он насчитывал около 40 конных сержантов и около 350 пеших (это лишь в теории). После заключения мира их численность значительно сократилась: осталось только одно подразделение из числа местных жителей.

Капитан, Анри Ле Маркизи, прибыл в Кале 2 марта и покинул его 24 декабря: его прибытие совпало с периодом наибольшей активности. Он, безусловно, был тем, кто набирал и затем увольнял солдат. Сам он получал 1 ливр (20 су) в день. Из реестра видно, что он также использовал "шпионов" и гонцов. Через некоторое время деньги закончились, и хотя набранным в марте солдатам заплатили сполна, тем, кто пришел им на смену, пришлось подождать. Анри ле Маркизи приказал своим клеркам выдать им долговые расписки с указанием суммы, которую им еще должны выплатить. Вполне понятно, что как только война закончилась, он отправил большинство солдат по домам.

Сотни имен, приведенных в этом реестре Анри Ле Маркизи, не дают нам четкого представления об этом малоизвестном мире конных и пеших солдат, за исключением одного момента: все эти люди были набраны на месте, вероятно, в самом Кале или в непосредственной близости от него. У них были другие занятия, возможно, работа, семья, что объясняет, почему их держали на службе не постоянно на протяжении всей войны, а в течение более или менее длительных периодов, от нескольких недель до нескольких месяцев, в зависимости от их доступности.

К сожалению, реестр гарнизона Кале является единичным примером степени совершенства военной администрации. Сотни солдат перечислены поименно, с указанием срока службы и жалования, которое они получали или которое им, возможно, еще выплатят. Королевские клерки также составляли квитанции или расписки о получении жалования. Но только, капитан был в состоянии мобилизовать сотни пехотинцев, и, очевидно, без труда, и быстро заменять их в случае необходимости.

Отношения с местными жителями

В Наварре губернатор, назначенный королем, представлял законную власть. Кроме восстания 1276 года, в самом начале правления там Капетингов, пиренейское королевство в целом, похоже, приняло офицеров короля Франции. Кроме того, Филипп III и Филипп Красивый, вероятно, намеренно выбирали губернаторов, связанных с Шампанью, землей происхождения бывших королей Наварры, чью политику они в основном продолжали. Одно из указаний, наиболее часто повторяющееся в приказах, отправленных Филиппом III сменявшимся губернаторам Наварры, гласит: "действовать в соответствии с обычаями и нравами королевства Наварра" (secundum usus et consuetudines regni Navarre). Известно только одно короткое восстание, в 1307 году, возможно, связанное со смертью двумя годами ранее королевы Жанны и переходу короны Наварры к ее старшему сыну, будущему Людовику X.

В Аквитании и Фландрии ситуация была иная, поскольку агенты короля, после военной оккупации, заменили собой традиционные власти. Однако следует быть осторожным, чтобы не переборщить со словом "оккупация". Герцогство Аквитания и графство Фландрия были фьефами королевства Франция. Граф Фландрии Ги де Дампьер последовал за Людовиком IX в Тунис, а за Филиппом III — в Арагон. Эдуард I был ближним кузеном Филиппа III и следил за тем, чтобы сенешаль Аквитании неукоснительно выполнял феодальные обязательства, включая отправку контингента по каждому вызову французского короля. До оккупации отношения короля с жителями двух фьефов определенно существовали, даже если они были довольно слабыми. Вассалы герцога Аквитанского или фламандские города без колебаний обжаловали решения своего сюзерена в Парижском Парламенте. Некоторые королевские ордонансы, в частности о чеканке монет, действовали на территории всего королевства. Более того, оккупация королевскими войсками не была всеобъемлющей: в Аквитании, в частности, войска были немногочисленны по сравнению с размерами герцогства. Как и в Наварре, король пошел по стопам своих предшественников и, чтобы привязать к себе население, которое недавно перешло под его власть,  систематически подтверждал его привилегии, как, например, в Бордо или Брюгге. В Брюгге король даже обязался не изымать драгоценную реликвию Святой Крови, которую граф Фландрии привез из крестового похода в XII веке и которая с тех пор была гордостью города[289].