Жемчужный орден - Юрий Иванович

В трактире действительно пировали от всей души. Несмотря на то что до наступления темноты оставалось еще пара часов, во всю мощь наяривали музыканты, а на всех столах горели щедро расставленные ароматические свечи. Со стороны кухни чуть не левитировали многочисленные юные подавальщицы, поднося захмелевшим гостям выпивку, закуски и разнообразные горячие блюда. Племянницы асдижона за столом не оказалось, зато кроме обворожительной баронетты Шиловски там пытались показать себя во всей красе пять других женщин. По мнению Элизы, эти знатные дамы вели себя просто омерзительно и вульгарно. А одна вообще обнаглела до такой степени, что взгромоздилась Кремону на колени и игриво чертила пальцем что-то у него на лбу.

На застывшую в дверях наследницу престола никто не обращал внимания.

Тогда Элиза сменила свое намерение присоединиться к компании без лишнего ажиотажа вокруг своей персоны и многозначительно кивнула своему личному телохранителю. Этот здоровенный дядька служил ей с детства, отличался большим юмором и веселым нравом и понимал свою обожаемую хозяйку с полуслова. Вот и сейчас Валдекбез промедления выступил вперед и рявкнул во всю мощь своих огромных легких:

– Ее высочество наследная принцесса Спегото Элиза Майве!

Представление возымело желаемый эффект. Все притихли, замерли, а глава застолья быстро снял со своих колен прильнувшую к нему даму и поспешил к входной двери, на ходу произнося положенные по этикету фразы:

– Ваше высочество, мы неимоверно счастливы, что вы почтили нас своим присутствием. Прошу к нашему столу! Кресло для наследницы престола! – приказал он в сторону, замершего в почтительном поклоне хозяина трактира.

Но расторопные слуги уже и так тащили самое лучшее и подходящее случаю сиденье. Другие слуги поспешно сдвинули все остальные стулья в стороны, освобождая место. Обходя стол вдоль стены, Элиза успела шепнуть ведущему ее за руку Кремону с заметной обидой:

– А я думала, что ты и меня усадишь к себе на колени.

Смутившись, тот ничего не ответил. Зато все присутствующие дамы постарались присесть в реверансе как можно ниже, когда принцесса полоснула по ним колючим взглядом. Уж они-то прекрасно знали, что в ее присутствии придется вести себя тише воды ниже травы. Одна только Мирта Шиловски улыбнулась дружески и безбоязненно, хоть и с некоторым сожалением.

Пир продолжился с прежним размахом, за исключением того, что глава застолья теперь вынужден был общаться лишь с наследной принцессой. Это в общем-то никого и не удивило – раз уж та сюда так открыто заявилась, то наверняка своего добьется любыми средствами.

После первого тоста в ее честь Элиза поспешила обрадовать молодого колдуна:

– Кремон, твои проблемы уменьшились на две пятых. Мне удалось насобирать из личных средств и взять взаймы у знакомых около четырехсот тысяч. Представляешь?!

– Здорово, конечно, и огромное тебе спасибо за беспокойство, но… – Невменяемый замялся, подбирая нужные слова. – Я вроде и сам уже выкрутился и нашел нужную сумму. Оказалось, что у меня на счету немалые накопления, да и инвесторы у меня самые что ни на есть высокопоставленные.

– Шутишь? – не поверила принцесса.

– Нисколько!

– И ты уже приготовил деньги для моей матушки?

– Не приготовил, а сразу дал указание и кредит вашему доверенному купцу в Менсалонии на покупку пяти плодов. Их доставят в самом скором времени. В “Пятикратном” банке меня заверили в правомочности этой денежной операции. Мало того, я и сам решил побывать во сне в волшебном лесу и заказал для себя два чудесных фрукта. Так что скоро мы сможем поделиться впечатлениями…

Целую минуту Элиза провела в молчании, переваривая услышанное и попутно угощаясь запеченными в гесте кусочками кальмаров. А потом вновь набросилась с вопросами:

– Но откуда у тебя столько денег?

– Хм…

– Ты ограбил своего короля Рихарда Огромного?

– Ха-ха…

– Может, тебе дала ссуду моя маменька?

– О-о-о!

– Или тебе достались какие-то трофеи?

– Э-э-э?..

Тут Элиза разозлилась и больно ущипнула Кремона за бок:

– Может, хватит экать и мекать? Или хочешь, чтобы я пожаловалась на тебя королеве?

– Только не это! – воскликнул тот. – Лучше уж во всем чистосердечно признаться, чем еще хоть раз побывать у нее на допросе. Я сегодня утром опять ожидал чего-то подобного и очень рад, что все обошлось.

– А что она заставила тебя делать?

– Ерунда, всего лишь первому забраться в тоннель и убедиться, что чудовище так и не ожило.

– Ух и жестокая! – вырвалось у принцессы. – Ведь обещала, что не заставит тебя рисковать.

– А никакого риска и не было. Она дала мне с собой еще два чудесных фрукта из Поднебесного сада. – Кремон улыбнулся, заметив, что его собеседница виновато захлопала ресницами, отгоняя плохие мысли о своей матери, и продолжил рассказ: – Бриг мне успел шепнуть, что Сторожа вытащили на берег и этот ужас там будет законсервирован на века для наших потомков. Чего ты вздрагиваешь?

– Да так… Вспомнила, как эта гигантская пасть на нас наползала. Вот это был ужас! А сейчас… Пройдут года, и никто не поверит, что Сторож когда-то был жив и двигался. Скорей всего, он окаменеет… Но ты от темы не уходи, признавайся: где деньги нашел?

– Хорошо, но сначала давай выпьем за наше чудесное спасение. Ведь действительно, такого ужаса никто из смертных не переживал!

В общем, весь вечер Невменяемый рассказывал о своих финансовых делах, смакуя подробности и перемежая откровения тостами, шутками с товарищами и разудалыми танцами. Запоздалый обед плавно перетек в ужин и завершился почти под утро, когда пошатывающийся от огромной дозы алкоголя командир вдруг вспомнил о предстоящей работе для себя и своих подчиненных и воскликнул:

– А теперь всем спать! Через три часа подъем, завтрак и встречаемся в библиотеке. Кто опоздает, тому будет… тому будет… – Он запнулся, грозно вращая глазами и подыскивая подходящее случаю наказание, но потом махнул рукой: – Лучше и не знать, что будет, а то не заснете.

Все пьяно похихикали над этой “жуткой” угрозой и потянулись к выходу из “Пушинки”. Там, прямо на длинном пирсе, все рассаживались в поданные кареты или взбирались на оседланных скакунов. Разумеется, разгоряченная танцами принцесса потянула Кремона в свою карету. Но тот вдруг заартачился и решил проехаться на своем заскучавшем Торнадо, откладывая тем самым первый страстный поцелуй, к которому явно шло дело, до той поры, когда они окажутся в одном из укромных уголков королевского дворца. Туда они благополучно и добрались, перекидываясь многозначительными фразами и намеками. Кавалькада телохранителей ехала чуть сзади, делая вид, что вполне трезво относится к своим обязанностям – в самом деле, с коней никто не падал и оружия не терял. Разве что баронетта Шиловски, восседая на коне впереди асдижона Лазана, слишком громко взвизгивала то ли от щекотки, то ли от нескромных ласк разошедшегося ловеласа.