Две партии. Том 4 (СИ) - Василёв Виктор Валерьевич

– Вы хорошо осведомлены, – сказал я.

– Если ты думаешь, что твоя защита идеальна, то спешу тебя разочаровать. Ты для меня открытая книга. Я знаю и про тебя, и про совет, и про импотенцию детей Вильгельма. Мне это не интересно. Разбирайтесь сами, – продолжил герцог.

«Блефует, что-то она прочитала, но лишь поверхностный слой, вглубь пробиться не смогла», – отчитался Янус.

Итак, высказалась эм… самая мертвая часть покойного семейства. Ладно, попробуем обратиться к маркизу. Вероятно, он тоже сохранил часть разума, попробуем до нее достучаться. Без ментальной магии, одними словами.

«Как хорошо, что ты написал завещание, Маркус», – подумал я, поворачиваясь к Октавию Кадаверу.

– Когда мы в последний раз виделись, маркиз, вы говорил о розах и шипах. Согласен, не осталось ни того, ни другого. Но разве это повод отдавать сад другому садовнику. Вручать себя на его растерзание?

– О чем вы? – в один голос спросили личи.

– Бастард вашего мужа идет сюда. У нее Жемчужина и остатки мертвого легиона. Она хочет вас уничтожить. А потом забрать все знания. С ними она превратит де Ратуа в великий род. От Кадаверов не останется даже памяти. Если вас устраивает такой финал, то я не смею больше вам докучать.

– Маркус, но зачем же так спешить, – герцогиня очень странно улыбнулась. – Жаль, что я не смогла воссоздать свое терпение. Да и вы его не оцените. Оглянитесь, скажите, что я сделала на самом деле?

– Разрешите я подойду ближе?

– Смелость вам не занимать, – герцог рассмеялся жутким смехом. – Мы сами к вам подойдем.

Миг и иллюзия спала.

Первым ко мне подошел Октавий. Абсолютно черные глаза без белков, радужки и зрачков смотрели мне прямо в душу. Мертвенно-бледная кожа туго обтянула череп. Тонкие бескровные губы, неестественно белые зубы, длинный нос с широкими крыльями. Волос ни на лице, ни на голове у мертвеца не было.

Я привык к нежити, но маркиз меня пугал. Слишком жуткой получилась попытка отсрочить смерть.

Но герцог Кадавер выглядел не лучше. Доспех исчез, остались только кости, которые держали вместе черный дым.

Отодвинув в сторону страх и брезгливость я стал изучать двух высших личей. Если Октавий был похож на других мертвецов, то Флавиус отличался гораздо сильнее.

– Да, вы правильно поняли. Флавиус стал высшим личем, но даже это его не спасло. Теперь его кости теперь держат не плоть, но разум. Он смог превратить их в артефакт. Вы же сталкивались с накопителем воспоминаний? Это он только больше и сложнее. Флавиус смог запечатать в них часть разума. Опасно, больно, страшно и очень перспективно.

– Да, не спорю. А еще я замечу, что вы мне солгали.

– Всего лишь проявила ответную любезность, минхер самозванец, – герцогиня улыбнулась. – В старые времена я бы вас четвертовала за то, что вы посмели называть себя Кадаверов. Прошу, выведите меня на чистую воду.

Одну проверку я прошел. Посмотрим сколько их осталось.

– Вы не смогли переселить свое сознание в другое тело, вы просто пожертвовали частью разума, чтобы взять под контроль двух высших личей. Пересадили им часть памяти, чтобы разрушить их личность.

– Вы правы, Маркус. Я отрезала больные части, чтобы сохранить здоровую. Рано или поздно я бы это сделала, – какая знакомая улыбка сумасшедшего исследователя, который добился результата. Увы, знакомая из-за зеркала. – Всю жизнь я работала над продолжением первых исследований Кадаверов. Возможность переселять разум из одного тела в другой. Настоящее бессмертие, а не его жалкое подобие, что дает ритуал Изменённых. Мой муж воспользовался этими наработками, чтобы шагнуть дальше.

Выдержав паузу, герцогиня продолжила:

– Я нашла узкую тропинку, по которой можно забраться на вершину. Я так увлеклась исследованиями, что забыла обо всем. Это сыграло с моей семьей дурную шутку. Но даже в этой тюрьме я не забыла про свои исследования.

– Даже по моим меркам это слишком, – я мог об этом подумать, но герцогиня бы все равно услышала. Она рассмеялась безумным смехом.

– Да, я с вами согласна. Я надеялась, что ребенок Адриана будет пригоден для моих разработок. Из вас получился бы чудесный подопытный кролик. Маленький. Слабый. Очень послушный. Адриан успел раньше, «наградил» вас крысиным волком. Поэтому пришлось отказаться от плана.

– Я так понимаю, никто бы не стал меня учить просто так.

– Цена была бы такой же. Жертвы. Я бы обменяла кровавый эфир и знания на подопытных. Рано или поздно вы бы привели подходящую женщину. И я бы обрела новое тело. Но вы оказались слишком брезгливы и мягкотелы.

А можно еще больше осуждения в голосе?!

– Скажем так, массовые жертвоприношения негативно влияют на психику. И продолжительность жизни, – холодно произнес я.

– Очевидно, Адриан слишком мало уделял внимания вашему воспитанию. Вы выросли слишком мягким, – герцогиня буквально выплюнула последнее предложение.

– Думаю, сейчас речь не об этом.

– Верно. Когда я узнала об этой дряни, я приняла меры. Все исследования, все записи и книги сохранены у меня в голове. Остальное уничтожено. Даже пепла не осталось.

Все знания Кадаверов уничтожены. Века исследований по целительству и ментальной магии. Работа десятков гениев, сотен обычных исследователей. Ничего не осталось. Ни строчки.

Сердце пропустило удар. Больная стерва, что ты сделала?! Да как у тебя рука поднялась!!!

Бить личей эмоциями глупо, но сделал я это неосознанно. Потерял контроль и заполнил зал злостью и разочарование. Ответом мне был смех трех мертвецов.

– О, вижу, Маркус, вас вела не только месть за унижения и страх за жизнь, но и алчность. Вы хотели получить знания Кадаверов по ментальной магии. Что ж, вы их получите, если выполните мои условия, – герцогиня улыбнулась самой людоедской улыбкой из возможных.

– Какие? – вопрос сам вырвался из груди.

– Естественно, нам нужно избавиться этой дряни. Слишком многое она себе позволяет. Ваш план хорош, если не касаться части про мою гибель, но это я беру на себя. В знак своей доброй воли, я выполню его первый этап. Удивим воровку. Но потом мне потребуется тело. Много тел. Одаренные юные девочки. От двенадцати до восемнадцати.

– Это… – я даже не смог договорить.

– У вас есть академия и собственный сиротский приют. Да-да, Маркус, ваш разум для меня, как открытая книга, не забывайте об этом. Вы и так играете их жизнями, отправляете в жестокий мир, где гибнут более опытные маги. Неужели вы думаете, что это сильно отличается?

– Да, отличается. Там у них есть шансы, – скрипнув зубами, сказал я.

– Я не настолько глупа. Не буду переводить зря материал. Отдам выживших девочек, еще и в разы сильнее.

– И что дальше?

– Я мастер магии крови. Я смогу изменить организм так, чтобы пройти проверку. Через несколько лет после смерти де Ратуа вы представите меня, как выжившую девочку из рода Кадавер. Документы подготовите, – уверенно сказала герцогиня, а потом воскликнула: – Я верну себе и земли, и титул!

– Грандиозные планы.

– Не беспокойтесь, вы получите свою долю. Я отдам вам все знания по ментальной магии. И поделюсь моим открытием. Кстати, оно поможет избавиться от вашего «недуга». Если захотите, получите младшего брата. А если нет, то просто уничтожите.

Я не смог подобрать слов, чтобы хоть что-то сказать. В голове возник странный шум.

– Бессмертие и власть над собственным разумом. Маркус, вы убивали за меньшее, – герцогиня улыбнулась и весело на меня посмотрела. Дескать, еще не все потеряно, слуга Кадаверов. Из тебя выйдет толк. – Подумайте не только о себе, но и о близких. Когда я достигну успеха, вы сможете дать им вечную жизнь.

Из подземелья я буквально выполз. С трудом закрыл врата, рухнул на четвереньки.

– Бессмертие. И никаких проблем с самоконтролем. А какие возможности дарует перезапись разума. Полноценная коррекция личности, управления людьми, контроль над ними, – бормотал я. Встать на ноги не получилось, стал ползти к лестнице. Одолел несколько ступенек, снова попытался встать, но вместо этого скатился вниз.