Приручить 'Демона' - Рада Мэй

вперёд.

Я держалась позади Дины и близко подходить не торопилась, чтобы не спугнуть ненароком. Обзор был не очень, но всё же смогла рассмотреть краешек знакомой книги. Той, что она выпросила у Демьянова на предыдущем занятии. А ещё мелькнули уголки нескольких исчезающих в книге банкнот.

Ничего себе расклад! Да тут, похоже, попытка взятки назревает! Или точнее подстава. Чего она добивается? Подсунуть Демьянову книгу с деньгами, наверняка мечеными, а потом обвинить в вымогательстве? И кто ей поверит? Всем известно, что заваливших экзамен студентов, историк на пересдачи по пять раз порой гоняет, но с бабками к нему соваться совершенно бессмысленно.

Хотя в заигрываниях со студентками он тоже никогда раньше замечен не был, тем не менее многие поверили мне, а не ему. Так что может и прокатить. Зайцева, наверное, помчалась кого-то звать. Если Минина обратилась с жалобой в полицию и тут организовано что-то вроде засады, Демону не отвертеться.

Задумчиво обогнула всё ещё копошащуюся в сумочке одногруппницу и неторопливо пошла вперёд, раздираемая противоречивыми чувствами. Я, конечно, сама хотела избавиться от ненавистного учителя, вот только не такой ценой. За сексуальные домогательства ему бы предложили уволиться, но «сор из избы» выносить бы точно не стали - дурная слава вузу не нужна. Нашёл бы другую работу. А тут - уголовщина, особенно если сумма большая. Даже при условном сроке - это пятно на репутации и карьере. С этим Минина меня переплюнула. Жестоко.

Остановилась у стены в коридоре, нашла взглядом маячившую впереди долговязую фигуру историка и с раздражением отметила, что мои провокации он почему-то просчитывал на раз, а тут как ни в чём не бывало воодушевлённо чешет к кафедре. Да нужно быть совсем слепым, чтобы не заметить такой заговор у себя подносом!

Впрочем, никто кроме меня за Мининой так тщательно не следил. Вот и одногруппники, спешащие в буфет (это была самая большая перемена), безучастно проходили мимо, не подозревая, что здесь и сейчас вершится исторический момент.

И мне бы тоже стоило просто уйти и предоставить событиям развиваться своим чередом, но вместо этого я зачем-то резко подставила подножку, поравнявшейся со мной Мининой. Видимо, в тот момент досадить ей мне хотелось больше, чем Демону. Ничем другим объяснить свой поступок не могу.

Упала дочка чиновницы красиво, а из отлетевшей в сторону сумки, к счастью, оказавшейся открытой, вывалилась всякая всячина и в том числе книга про Аграновского. Пришлось, правда, пнуть её ногой, чтобы раскрылась, явив миру содержимое. Получилось. Деньги оказались на полу. И не просто деревянные рубли, а доллары! Много.

- Это карманные деньги или половина городского бюджета? - не удержалась от удивлённого комментария. Зря. Лучше бы молча слиняла.

Обращённый на меня взгляд Мининой вызвал ассоциации с Медузой Горгоной, превращающей людей в каменные статуи. Даже как-то неуютно стало. А затем она бросилась на меня с трёхэтажными матами и явным намерением убить. Я в долгу не осталась. Растаскивали нас студенты и Демьянов, ставшие свидетелем некрасивой сцены.

Поскольку, довести свой план до конца не получилось, Минина теперь всячески юлила, чтобы её саму не обвинили в подставе. Всё-таки дача взятки - тоже преступление. Придумала какую-то чушь про погашение кредита. Демьянов ей, разумеется, не поверил, ещё и меня в соучастницы записал и заявил, что он этого так не оставит. Вот уж правду говорят: не делай добра - не получишь зла.

***

Домой я пришла отнюдь не в радужном настроении. Звонок Славы, который завтра должен был приехать, расстроил ещё больше. Его возвращение и так уже не раз откладывалось из-за рабочих моментов, а теперь он без предисловий каким-то слабым бесцветным голосом сказал:

- Эм… Мира, привет, тут такое дело, в общем, я не смогу прилететь.

Сердце ухнуло куда-то вниз и лихорадочно затрепыхалось, отдаваясь пульсацией в районе горла.

- Что у тебя случилось? - выдавила с трудом. Плохой день не собирался заканчиваться и, похоже, намеревался преподнести очередной сюрприз. Лишь бы не фатальный.

- Ничего страшного, не волнуйся. Просто меня тут утром скрутило. Оказалось - аппендицит. Сделали операцию. Я вот только от наркоза отходить начинаю.

- Ох, как же так? Как ты себя чувствуешь? - пробормотала растерянно, с трудом осознавая услышанное. Слава всегда был таким сильным и надёжным, что казалось, с ним ничего не может случиться.

- Всё хорошо, не переживай. Правда, мир перед глазами ещё немного плывёт и в сон клонит, - Слава выдавил смешок, что, видимо, должно было меня успокоить. Не помогло.

Выйдя из ступора, я запаниковала, представив, что могла потерять его. Зато собственные проблемы на этом фоне сразу показались мелкими и незначительными. Забросала его вопросами и предложила приехать. Отчим был категорически против, заверил, что у него всё в порядке и через неделю он обязательно вернётся.

Попрощавшись со Славой, я не без труда дозвонилась до мамы, рассказала о том, что случилось, и просила позвонить ему, поддержать.

Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы понимать - она ему всё ещё небезразлична. Но родительница включила режим психолога и отказалась под дурацким, на мой взгляд, предлогом, сухо заявив:

- Нет, Мира. Мы со Славой всё давно выяснили. Жестоко давать человеку ложную надежду.

- Вот как? А что же ты мне Демьянова советовала охмурить? Это разве не жестоко было? Я ведь ему тоже давала ложную надежду, - огрызнулась, обидевшись за Славу.

Циничность мамы в том, что касалось мужчин, порой зашкаливала. Подозреваю, она так часто меняла сожителей и мужей исключительно для того, чтобы они не успевали причинить ей боль первыми. Наверное, кто-то, возможно, мой отец, поступил с ней так же. Но при чём тут Слава? Он с неё всегда пылинки сдувал.

- А потом я советовала тебе оставить этого Демьянова в покое и самой выбросить его из головы, - недовольно напомнила родительница.