Неприкаянный 3 - Константин Георгиевич Калбанов

ней и вскипятили воду. А туда дальше и консервы разогреем. Оно конечно не костёр и на этом огоньке не согреешься, но горячая пища в полевых условиях дорогого стоит. И потом, на склонах этой высоты поди ещё найди топливо, а спирт занимает совсем немного места. Главное не закинуться им.

— Спасибо братец, — подставил я ему свою кружку.

Тот сноровисто набрал в неё чай из котелка. Я обхватил оловянную посуду пальцами, сделал первый обжигающий глоток, ощутив как живительное тепло пробежало по пищеводу и разлилось по телу приятной волной. Есть пока не хочется, а вот горячий напиток… Хм. Желудок довольно громко возвестил, что я сильно ошибаюсь относительно приёма пищи. Отставив кружку, извлёк банку тушёнки и вооружившись ножом вскрыл её. А там, прямо так, с клинка и начал есть холодное мясо с сухарями, запивая обжигающим чаем. Не пища богов, но пошло на ура…

Сегодня утром стало окончательно ясно, что литейно-механическим мастерским Горского пришёл окончательный и бесповоротный абзац. Мало того, что едва ли не половина оборудования оказалась выведенной из строя. Так ещё и на восстановление денег нет. На банковском-то счету они конечно значатся, но наличные отсутствуют как класс.

Горский обратился к Смирнову, который теперь распоряжался всей оставшейся кубышкой третьего Сибирского корпуса, но тот не счёл возможным выделить средства на восстановление производства. И ходатайство Кондратенко на момент нашего отхода из Артура положение дел не исправило.

Пока Константин Николаевич был в роли просителя, он исправно критиковал Стесселя за его прижимистость. Но едва став материально-ответственным лицом, тут же изменил своё отношение к средствам оказавшимся у него под отчётом. Он мог с лёгкостью списать любые суммы на строительство укреплений. Но выделить деньги на восстановление частного предприятия уже опасался. Ибо с кого спросится, как не с него.

Дурдом? Согласен. Хотя в его позиции и есть резон. Это пока война, все несутся вперёд, бегом, скачками, всё для фронта, всё для победы. А потом приходит мир и начинается разбор кто, куда, зачем и почему. Кому захочется оказаться в роли козла отпущения? Так что, человек умный лишний раз подумает, как провернуть всё в правовом поле.

Впрочем, я уверен, что это всего лишь первая реакция. Чуть позже решение найдётся. А может пока мы сидим тут на горе, оно уже и принято. Ну не верю я в то, что Смирнов настолько дуболом. Ладно Анатоль, тот тупо сдал крепость, но Константин Николаевич ведь до последнего собирался оборонять Артур.

Хотя-а… Вот всегда имеются эти самые «хотя» и «но». Он ведь был комендантом крепости, и по должности имел право всех к ногтю, и отменить решение о капитуляции взяв причастных под стражу. Возглавить гарнизон и продолжить оборону крепости. Пусть бы у него даже ничего не получилось, но он должен был хотя бы попытаться это сделать. Но он побоялся ответственности и предпочёл самоустраниться. Как по мне, то его место на скамье подсудимых рядом со Стесселем…

Утро по обыкновению выдалось туманным, а потому выдвижение батарей на позиции мы увидеть не смогли. Когда же тот рассеялся с переднего края заухал крупный калибр, забрасывающий Артур мощными фугасами. Вот никаких сомнений, что самураи обстреливают именно город, а не оборонительные позиции. Ну, хотя бы потому что на очередной штурм у них пока недостаточно сил и средств.

Причём в очередной раз ведут огонь не в слепую, а с помощью корректировки с шара, зависшего на высоте в сотню сажен. Вообще-то разобраться с этой неприятностью, как два пальца об асфальт. Достаточно обычной трёхдюймовки и замены замедлителя в шрапнельном снаряде на мой состав, увеличивающий дальность. Всё. Нет нужды даже в специальном станке, достаточно подкопать яму под станину с сошником, чтобы придать большой угол возвышения и готово. Аэростат это не самолёт и висит на одном месте, а потому и выцелить его куда проще. Несколько шрапнельных снарядов шар превратится в решето. И его починка потребует много времени.

Казалось бы, бери и делай. Вот только не всё так просто. Как показывает практика, японцы достаточно быстро учатся. Да, с завесой и парашютом у них пока ничего не получается, но именно, что не получается и им неизвестны технологии. А шрапнель и у них имеется, а до остального додуматься несложно. В том, что они быстро учатся сомнений никаких. И яркое тому подтверждение те самые подвижные батареи из-за которых мы тут и торчим.

Всё просто. Тут сомнений никаких. Иное дело, что нам использование воздушной разведки куда выгодней чем японцам. Начав же сбивать их шары, мы подскажем самураям как можно расправляться с нашими. Да, их можно починить, да у нас, в отличии от японцев, проблем с водородом нет. Но потеряем от подобного противостояния мы больше. Потому и помалкиваю в тряпочку. Если ситуация изменится, то с японскими воздушными наблюдателями разобраться можно буквально за один день. Лично ссажу их с неба.

Пока же, приходится принять сложившееся положение дел. И коль скоро повлиять на обстрел города мы не можем, будем проводить тщательную рекогносцировку. Нужно же понять, как именно получится заткнуть осадные орудия. Благо обзор с вершины высоты сто сорок четыре хороший, а я помнил из изученных мною в прошлом материалов расположение продовольственных складов и артиллерийских парков.

Конфигурация фронта конечно серьёзно отличается, и на полное совпадение рассчитывать не приходится, но ведь хоть что-то должно же пересечься. С временными железными дорогами у японцев пока не очень, хотя работы в этом направлении и ведутся. Но они уже успели перешить основную ветку, и по ней полным ходом идёт переброска боеприпасов из Дальнего.

Отсюда прекрасно видны станции Чанлиндза и Суанцайгоу, как и суета у пакгаузов. По моим сведениям там должны находиться артиллерийские парки и судя по всему, так оно и есть. Дистанция не больше шести вёрст, а значит в зоне поражения моей пушки в режиме миномёта. «Скат» вполне может занять позицию в паре-тройке кабельтовых от берега и прикрываясь высотой, на которой мы сейчас находимся, вести интенсивны перекидной огонь. Да, на пределе дальности, но цель ведь неподвижная.

А ещё я вижу как японцы тянут от основной магистрали ветку за Поворотную гору и дальше за Хошань. Над возведением насыпи трудится не меньше трёх тысяч согнанных китайцев. Ну или нанятых, в чём я сомневаюсь. Главное, что работы идут ударными темпами и вскоре осадные мортиры получат возможность вести огонь по горе Высокой, являющейся ключом к обороне крепости.

Похоже генерал Ноги решил сделать ставку не на стационарные осадные батареи,