Тень императора - Виктор Яковлев

Как я и думал, принц ждал меня, нетерпеливо просматривая мои записи, которые он достал из стола.

— Ваше высочество, — я с раздражением посмотрел на то, как он швыряет на пол мои записки, — вообще-то стол для того и нужен, чтобы никто не брал личную переписку.

— Что это с вами виконт, и главное с кем вы только что разговаривали? — не моргнув и глазом, сменил он тему.

То, что принцу стучат большинство из слуг, я узнал совершенно случайно. Я стал свидетелем, как ему передают большое количество свитков, поинтересовавшись, что это, но после недолгого раздумья мне рассказал. Оказалось почти все активные «рассказчики» стояли на постоянном денежном довольствии, передавая все что узнали своим управителям, которые же и рассчитывались с ними. В свою очередь управители записывали все слухи или факты и передавали их принцу. Я был поражен, когда увидел, сколько у него хранится донесений, а главное то, что он в этом чувствует себя, как рыба в воде. Он помнил все, о чем когда-либо прочитал. Наградой же мне за любопытство стала работа разобрать все донесения по дате, управителю и сведениям, что там хранятся.

Я проклял свою любознательность тогда, когда разобрав все свитки, доложил ему, что готово. Мило улыбаясь, он открыл мне тайную комнату, находящуюся позади его стола. Я тихо ахнул, когда увидел, что она почти битком забита, в беспорядке валяющимися свитками. Так что на долгие вечера я обеспечил себя работой, единственной пользой этого было то, что я вникал в дела дворца, а также узнавал кто кому подчиняется и служит. С каждым прочитанным сообщением я все больше погружался в «грязное белье» закулисной жизни дворца, все оказалось не так радужно, как я себе представлял или видел. Мужья изменяли женам, жены изменяли мужьям, не говоря уже про случайные случки со служанками и гвардейцами. Отравления, похищения, подброс улик и писем — дворец предстал передо мной во всем своем «великолепии». Я был потрясен и настолько, что не мог улыбаться и шутить с теми дворянами, кто особо «отличался» в донесениях, мне оставалось только удивляться, как принц, зная практически все о каждом из них, продолжал поддерживать у многих иллюзию, что он приходится им другом.

Вернувшись из размышлений, я стиснул в кулаке пакет, Натали фактически впервые за время нашей жизни написала мне сама. Интерес погнал меня к себе и быстро посмотрев, что принц отсутствует, я вскрыл письмо.

«Приветствую вас виконт, Не знаю, когда вы получите это письмо, но все же думаю управляющий вас найдет, как мы и договаривались. Поскольку от вас я видела только доброе отношение, то скажу о своих дальнейших планах, чтобы вы меня не искали понапрасну. Я собираюсь продать поместье и переехать к королевскому двору, одна из близких подруг моих родителей, пригласила меня фрейлиной в свиту к королеве. Надеюсь обрести там покой и хоть немного счастья.

Надеюсь у вас также все хорошо. Засим прощаюсь.

Баронесса Натали де Кисси».

— «Если бы ты знала, — я покачал головой вчитываясь в короткое послание, — как я хотел бы оказаться с тобой рядом. Многое бы отдал, чтобы поделиться с тобой своими чувствами и счастьем, которое ты приносишь, когда я бываю рядом с тобой».

Хоть дел у меня было невпроворот, нахлынувшие воспоминания и чувства, баюкали меня на своих волнах. Тело становилось легким и хотелось что-то такое сделать, чтобы взлететь. Я вспоминал её стройную фигуру, нежный голос, который в редкие минуты был обращен ко мне со своими обычными интонациями, а не с добавлением льда.

Мне так нравилось слушать её, что я мог сидеть и просто больше ничего не делать, хоть это и раздражало её. В такие моменты она всегда спрашивала, почему я не ем и как только я говорил, что любуюсь ей и мне хочется так и дальше находиться рядом, она обычно фыркала и говорила, чтобы я прекращал заниматься ерундой.

Не знаю, почему мои чувства вызывали у ней такую реакцию, но было обидно, что она не воспринимает это всерьез. В такие моменты чаще всего приходилось слышать, чтобы я не занимался глупостью и не выглядел идиотом. Неужели любовь со стороны именно такой и выглядит? Я считал, что пусть и я казался ей глупым, но ведь таким в жизни я не был, почему она судит меня, лишь потому, что я не могу спокойно находиться рядом с ней? Ответов на эти вопросы у меня не было, а задавать их сейчас Натали, у которой началась новая жизнь, явно было зря.

— «Надо будет еще поинтересоваться у Сарени, почему она не обручилась с моим братом», — напомнил я себе.

Принц ворвался в комнату как вихрь, забрав у меня письмо, он прочитал и с отвращением вернул мне его назад.

— Время занятий, идем.

Спрятав письмо, чтобы не вызывать у него злость, я взял записи и пошел за ним.

Надо сказать, что несмотря на то, что принц был таким, каким являлся, наставником он был отличным. За чтобы он не брался, он доводил это до конца, часто даже во вред себе.

Озаботившись проблемой моей магией, он углубился в библиотеку и за месяц нашел столько, сколько я бы искал годы. Его потрясающая работоспособность меня поражала, у меня все время было такое чувство, что я тянусь за отражением луны в воде, стараясь её поймать, но она каждый раз ускользает из рук. Из всех, что я знал, никто и близко не приближался к нему, на фоне его энергии меркло все и несмотря на его эгоизм, неприятие чужого мнения, жестокость и полное безразличие к чужой жизни — это был человек, который очень близко подошел к статусу Великого. Многие вещи, которые он заставлял делать были мне неприятны и неприемлемы, но все же, я тянулся к нему, поскольку он притягивал к себе людей как мотыльков притягивает ночью яростный и все сжигающий огонь. Он не искал женщин, они искали его, каждая готова была лечь с ним, только бы не стать объектом его насмешек или неприятия. Слишком часты были примеры дурочек, которые отказывали принцу и потом «случайно» в кулуарах дворца всплывали различные слухи, очень похожие на правду об их прегрешениях или тайнах, чаще всего растаптывающих репутацию жертвы на долгие годы вперед.

Я сосредоточился и повторил про себя все, что мне советовал принц, чтобы освободить магию. Кончик клинка дернулся и раздвоился. Я сосредоточился на образе и еще больше влил в образ сил. Клинок дернулся и их стало двое.

— Отлично, — ухмыльнулся он, развалившись рядом на кресле, — теперь ты можешь делать это не только в разозлённом состоянии.

— «Рассказал бы обо мне и проблем было меньше».

— «Ты же отказалась помогать мне в освоении, так что не тебе мне говорить, что делать, а что нет, — отрезал я».

— Спасибо ваше высочество, — я благодарно ему улыбнулся, — еще бы рисунки свои контролировать…