Дамочка с фантазией - Елена Арсеньева

«Актюбинская – это мой участок», – автоматически отметила Валентина. Для нее вообще весь город делился скорее не на улицы, а на участки, обслуживаемые разными городскими консультациями.

– Погодите, – тронула она за рукав порывисто устремившегося вперед Долохова. – Возьмите меня с собой.

– Куда?! – одинаково изумленно вытаращились на нее Долохов и Максим. – На поминки?

– Да.

– Ты что, тетя Валя? – похлопал ресницами Максим. – Знала Серегу, что ли?

– Нет, я его отца знаю, Олега Пластова.

– Его не будет на похоронах, – вдруг сказал Долохов.

– Почему? Откуда ты знаешь? – враз спросили Максим и Валентина.

– Да вот так уж, – буркнул Долохов. – Узнал нечаянно.

– Он что, в командировке? – непонимающе допытывался Максим.

Долохов мгновение смотрел на него, потом отвел глаза:

– Ну да. Причем в очень дальней. Ладно, поехали. Все расскажу по пути. Быстро одевайся, Валентина. У тебя, кажется, появился шанс загладить вашу о-очень крупную семейную промашку, поняла? И в темпе, в темпе, в темпе!

Нашим русским женщинам много чего приходится на своем веку испытать. Детей вынашивать и рожать (ну, это, конечно, не токмо наше национальное достижение, а все же – приходится!), вкалывать на двух работах (а то и трех), измысливать немыслимые трюки, чтобы продержаться до зарплаты, делать вид, что тебе повезло с мужем, хотяон пьяница и бабник, скрывать под очками и тональным кремом синяки на мордашке… И периодически, наивно расширяя глаза, спрашивать у подружек или сослуживиц: «Девчонки (кажется, только наши расейские женщины всех возрастов, от трех лет до бесконечности, обращаются друг к другу именно так!), а правду говорят, что не только мужики, но и бабы в койке что-то чувствуют? Неужто и у нас этот, как его… забыла название, бывает?! Я-то думала, одни только иностранные артистки в сериалах кончают как положено!»

То есть именно этого, одного из приятнейших в жизни ощущений, сплошь да рядом и не удается испытать нашим соотечественницам. Поэтому неудивительно, что очень многие еще в молодые, а то и юные годы решают не доверять в этом важном вопросе какому-то одному человеку (мужу, фу, какая пошлость!), ищут разнообразия ощущений, которым прибавочная стоимость придает еще пущую остроту… Да, Сонечки Мармеладовы, мученицы-жертвовательницы ради ближних своих, повывелись еще в прошлом веке, а может статься, они существовали только в разнузданном воображении господина Достоевского. Ведь не факт, далеко не факт, между прочим, что мамзель Мармеладова не ловила в объятиях своих клиентов нормальный физиологический кайф!

Ищут, ищут они этого кайфа, и побольше, побольше! Полный ротик!

Однако красотки в символических юбочках, которые, словно ночные бабочки, под покровом темноты порхают по Покровке, либо топчутся вокруг Московского вокзала, либо тусуются в найт-клубах, зарабатывая себе на жизнь любимым делом (и любимым телом!), тоже, наверное, порою начинают кумекать, что даже пирожными можно обкушаться до тошноты…

Вот какая история приключилась совсем недавно с одной барышней, промышляющей старинным женским ремеслом возле гостиницы «Брудер». Ее сняли два «лица» (сами понимаете, какой национальности) и привезли на Канавинскийрынок, где отмечали день рождения какого-то земляка. Барышня (скажем, Вика) была живым подарком для джигитов. Однако если вы думаете, что нашу девушку вульгарно пользовали кто во что горазд, то ошибаетесь. Вику поставили на колени, джигиты создали очередь, пропуская вперед именинника и наиболее уважаемых людей… короче, девушка сделала в эту праздничную ночь 40 минетов. Каково? По-моему, впечатляет!

Самой же ей досталось из приятных ощущений только пересчитывать гонорар: никто из восточных людей и не позаботился доставить девушке удовольствие! Правду говорят, будто на Кавказе женщина – существо второразрядное.

Но девушка Вика хотя бы денежки в утешение получила! Ее коллеге (назовем коллегу, к примеру, Светой) выпало заниматься не паранормальным сексом, да с кем… Какой-то парень предложил ей тысячу рублей за два часа работы. Для наших землячек, сами понимаете, это огромные деньги, у нас все же не Москва, у нас цены не столь крутые. Света согласилась с превеликой радостью, которая скоро превратилась в истинный ужас. Ее повезли не в гостиницу, как было обещано, а на какой-то пустырь близ Московского вокзала, где Светой традиционно, а также извращенно попользовался не один симпатичный клиент, а… двадцать шесть бомжей!

Двадцать шесть их было, двадцать шесть… Трудиться Свете пришлось не два часа, а гораздо больше, всю, можно сказать, ночь, от заката до рассвета. Откуда набежало столько бомжариков, выяснить не удалось. Быть может, у них проходил какой-нибудь слет, ну и вот, в порядке профсоюзной инициативы, устроители мероприятия и решили наградить особо выдающихся товарищей. Организатор этого дела, правда, пообещал, что награда будет побольше оговоренной. И заплатил… двадцать баксов. Зато конвертируемой валютой.

Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно! Еще один эпизод из нелегкой жизни наших землячек, жаждущих большой и светлой любви. Девушку Нату сняли, опять-таки, два вполне приличных джентльмена, посадили в тачку, но Нате небось и в самом страшном сне не могло присниться, куда она попадет! На сей раз награждение передовиков производства, видимо, состоялось у работников нижегородского и дзержинского автосервиса. В одном автосервисе, еще в столице реформ, Нату поимели пять человек, потом примерно семь, затем ее повезли в Дзержинск, где эта сфера обслуживания автомобилей тоже весьма развита. И мужики Дзержинска почти ничем не отличались от нижегородских. Короче, Ната приняла на грудь около двух десятков клиентов и в бессознательном состоянии была доставлена в больницу… однако отнюдь не сердобольными работниками автосервиса, а уборщицей, которая рано утром пришла убираться в одном из гаражей и обнаружила там нашу барышню в истерзанном состоянии.

А мораль сей басни такова: будьте осторожны, красавицы нижегородские. Не садитесь в авто с первыми встречными, даже если вам сулят златые горы и реки, полные вина! Я обращаюсь и к профессионалкам, и просто к любительницам снимать «чайников», которые традиционно берут дешевле таксистов. Будьте осторожны, девчонки! Берегите себя!»

Из газеты

Я на рысях промчалась мимо магазина «Охотник и рыболов», перевалила через сугроб и юркнула во двор краснокирпичной высотки. Той самой, наблюдать которую имела возможность из долоховской квартиры. Отсюда мне открывался весь двор, в то время как меня загораживал серый «БМВ», косо вставший на обочине. Водитель мрачновато поглядывал на мои манипуляции (я все норовила так пристроиться, чтобы самой видеть как можно больше, а меня при этом видно было бы как можно меньше), но мне плевать и на него, и на его взгляды, и на его машину. Меня как укрытие гораздо больше устроил бы какой-нибудь мощный «Ровер». Или вообще «Газель» отечественного производства! Но вот наконец я перестала дергаться и присела как можно ниже: из подъезда вышел тот самый лох, благодаря которому мне удалось вырваться из узилища. На нем была ярко-синяя куртка с оранжевыми отворотами, воротником и карманами. Куртка смотрелась весьма эффектно, особенно благодаря тому, что у парня волосы ну совершенно в тон отворотам – ярко-рыжие!