Слишком живые звёзды - Даниил Юлианов

горячее тело солёным потом. И сейчас вода была для Егора самым желанным призом, за который следовало бороться даже в одиночку.

Он закрутил педали и как можно быстрее удалился от внедорожника, поклявшись себе больше никогда не вглядываться в опустевшие машины. Его путь не изменился и до сих пор вёл к дому Вики, но всё же на одном из поворотов он свернул и сразу же бросил велосипед, как только увидел небольшой магазинчик. Он не заметил развалившегося на стуле кассира, а мигом схватил бутылку воды и там же выпил её за раз, пока прохладные капли стекали по его шее и переходили на ключицы. Уже через минуту он выбежал на улицу с парой таких же бутылок в руках и положил их в корзинку, закреплённую на велосипеде.

В какой-то момент дорога стала настолько забитой, что пришлось нести «Фокса» над головой, лавируя телом между столкнувшимися машинами и молясь Богу, чтобы этот запах наконец прекратился. Проходя мимо бара, в котором ещё только вчера он выпивал кружки пива со своим учителем, Егор остановился, тупо уставившись на приоткрытые двери дешёвого заведения.

В его голове сверкнула идея, и он тут же достал телефон, чуть не выронив его на асфальт из дрожащих рук.

Спустя десять минут педали велосипеда быстро закрутились, разбавляя своим рокотом повисшую тишину летнего дня.

***

Я сдержусь. Я сдержусь.

Она успокоилась и теперь терпеливо ждала появления тени на подъездной дорожке у своего дома. Вика стояла у окна, чувствуя, как ветер проходится по её волосам, обдувая теплом напряжённое лицо. Бесчисленные гудки отдавались монотонным эхом в пустой голове, лишённой всяких мыслей. Разбитый, но всё ещё работающий смартфон был прижат к уху, спрятанный плотным огненно-рыжим занавесом.

Егор не приезжал уже около пятидесяти минут, хотя обещал, что дорога не займёт более получаса времени. Может, с ним что-то случилось? Он мог встретить кого-нибудь по пути, нуждающегося в помощи, и конечно, Егор поможет ему. И кто знает, какое лезвие будет скрываться у незнакомца в рукаве? Или он мог попасть в аварию на своём велосипеде. Господи, нет! Ни в коем случае! Боже, пожалуйста, пусть с ним всё будет в порядке, и береги его! Доставь в целости и сохранности и, пожалуйста, как можно скорее! Он же совсем один! Совсем! Дай нам только встретиться, и мы сможем сами о себе позаботиться, только охраняй его! Пожалуйста, прошу! Береги его, береги его, береги его…

Её молитвы прервал громкий звонок телефона, так что Вика невольно вскрикнула, отшатнувшись от окна. Это был он. Да, он! Её мужчина, чей голос был слаще любых десертов, чьи объятия были желанней всех искушений, чей поцелуй разжигал в ней бессмертный огонь – мощное пламя надежды и веры! Он звонил ей, а значит, по крайней мере, был жив, что не могло её не радовать.

Она мигом ответила и облегчённо вздохнула, когда нотки родного, такого приятного голоса зазвучали в её голове.

– Вик, ты дома?

– Да.

– Я буду через две минуты. Пока никуда не выходи, сиди у себя. Я подъеду, поднимусь в квартиру и постучу. Три кратких удара и два длинных, запомнила?

– Да. – Она чуть помолчала. – Три кратких, два длинных.

– Умничка. Будь дома, жди меня. И не вздумай выходить. Тут… – тяжёлое дыхание перебивало его, – …ужасные вещи.

На этих словах её сердце остановилось, на мгновение окунув мир во мрак.

Ужасные вещи…

И что Егор под этим имел в виду?

– Ты здесь, Вик?

– Да, я слушаю.

– Ты всё поняла?

– Да.

– Хорошо, будь на связи.

Звонок завершился, и вместе с тем в реальность вернулась такая непривычная тишина, пугающая своим молчанием и давящая вечным напряжением. Лишь слабое перешёптывание ярких, по-настоящему летних листьев и собственное дыхание не давали сойти с ума.

Значит, он приедет с минуты на минуту. Наконец-то! За время ожидания она выплакала все слёзы, что только можно было выплакать, и успокоилась, чтобы не впасть в истерику при встрече с Егором. Но как только он появился во дворе её дома, Вика поняла, насколько хрупки сдерживающие её эмоции замки. Каждому из нас необходим тот человек – тот любимый человек, – которому мы можем доверить все свои чувства и полностью открыться, перестав надевать маски и притворяться кем-то чужим. И только сейчас Вика осознала, как же сильно она нуждалась в Егоре. Всё самое глубинное, что хранилось в глубине её души, грозилось в скором времени вырваться наружу, и если никого не будет рядом, то этот мощный водопад мыслей и переживаний запросто сможет утопить её, не дав ни разу вздохнуть. И именно Егор мог её спасти. Просто хотя бы своим присутствием и крепким мужским плечом.

Паника и подступающий страх расшатывали хрупкие замки, и Вика, забыв про обещание оставаться дома, открыла дверь, мигом пролетела по лестнице и выбежала из подъезда – навстречу солнцу, навстречу погибшему миру и пришедшему за ней мужчине.

Как только она обняла его, слёзы хлынули одна за другой по её лицу, так что она прижала его к горячей коже своего героя. Её руки скользили по мокрой спине, но тут уже он заключил её в свои объятия, после чего Вика перестала сдерживать себя. Она рыдала, глотая собственные сопли и давясь ими, но Егор любя поглаживал рыжую макушку, чувствуя, как неистово трясётся тело Вики. Все страхи, что грызли её всё утро, все переживания и попытки скрыть их под лживой маской спокойствия перед самой собой – всё это вырвалось мощным потоком всхлипов из трясущейся груди, пока сама Вика прижималась лицом в шею Егора.

Молчаливые окна домов наблюдали за прильнувшей друг к другу парой – единственными живыми существами на всю улицу. Приглушённые женские вздохи, пробивающиеся сквозь непонятный, еле слышный шёпот, разносились тёплым ветром по дворам и улочкам, прогоняя повисшую тишину. Солнце находилось над самыми головами влюблённых, и лучи его проникали в самую кору головного мозга, расплавляя его и превращая в желе. Их сердца рвались друг к другу и поймали общий ритм, стуча в унисон единой мелодии нежной, оберегающей любви. Одна крупная слеза, скатившаяся с глаза Егора, смешалась с крупной каплей пота и растворилась в огненно-рыжих волосах.

Вика подняла голову и, растянув уголки губ в искренней улыбке, прошептала:

– Ты приехал.

– Да, я… – но он не успел договорить. Их губы сомкнулись в крепких объятиях, наслаждаясь прекрасным моментом воссоединения. Вика обвила руками шею Егора и ещё сильнее прижалась к нему. Поцелуй выдался напряжённым, но таким сладостным! Таким будоражащим и приятным, что на миг она забыла об умершем мире и просто отдалась чувствам, полностью окунувшись в пленяющую нежность. Горячие руки накрыли её талию и нехотя отстранили от себя.

– Вик, прости за…

– Да замолчи ты! – Всем