Остров любви - Кэт Мартин

Их взгляды встретились, когда Глори прикрепила к своему шалашу последнюю ветку. Но в этот момент капитан боковым зрением уловил какое-то движение в стороне болота. Повернувшись, Николас увидел острые клыки и щетинистое рыло кабана. Зверь замер на месте и начал принюхиваться, потом, пригнув голову к земле, бросился в направлении сосен, где сидела измученная работой девушка.

– Глори! – что было сил закричал Блэкуэлл, выхватывая нож. Увидев несущееся на нее чудовище, девушка завизжала, вскочила на ноги и опрометью бросилась к Николасу. Отбросив ее в сторону, капитан увернулся от острых, как бритва, клыков и, выбрав момент, вонзил нож в спину животного. Кабан дико заревел и бросился на шалаш. Сосновые сучья и ветки полетели в сторону, а кружевные ленты окрасились кровью.

Вырвав нож из спины обезумевшего от боли животного, мужчина вонзил его еще раз, попав в шею. Кабан метался, рыл землю, окончательно разрушил шалаш и, наконец, упал набок, вздрагивая и храпя в агонии.

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, Николас сел на землю. Пришел запоздалый ужас от того, что могло случиться. Кабан действительно опасен, своими клыками ему ничего не стоит распороть человеку живот. Молодой человек даже закрыл глаза, пытаясь избавиться от навязчивой картины: умирающая Глори, изуродованная до неузнаваемости.

Господи, а ведь это могло случиться. Оглянувшись по сторонам, капитан обнаружил девушку, растерянно сидящую под деревом. Она обхватила руками колени и подтянула их к груди, тело содрогалось от беззвучных рыданий. Ни разу в жизни Николас не чувствовал себя так скверно. Проклиная свою мальчишескую глупость, он бросился к Глори, опустился на колени и взял ее на руки.

– Уйди… Оставь меня в покое, – проговорила она, прерывисто дыша.

– Нет!

– Впрочем, это неважно. Тебе все равно, плачу я или нет. Я устала быть храброй. – По щекам девушки катились слезы. – Эта тварь разрушила мой шалаш. Я хочу вымыться, я голодна. Господи, почему здесь нет моего папы?

Николас крепче прижал девушку к себе. У него и в мыслях не было подвергать жизнь Глори опасности. От высокомерия девушки не осталось и следа, ее лицо стало бледным, как полотно, тело сотрясалось от рыданий. Сердце капитана разрывалось от жалости.

– Папа обязательно что-нибудь придумал бы.

– Я знаю, что делать, – тихо прошептал Николас. Взяв девушку на руки, он понес ее в сторону болота, преодолев которое, вышел на береговую полосу. Она прильнула к его груди и все также тихо плакала. Николас все шел и шел, остановившись только, когда его нога ступила в воду пруда с чистой водой, где он мылся каждое утро. Глори приподняла голову и осмотрелась по сторонам.

– Николас?

– Все хорошо, милая. Теперь все будет хорошо. – Девушка доверчиво прижалась к нему. Осторожно, но настойчиво, он снял с девушки сорочку, грязную и рваную нижнюю юбку, и отбросил их в сторону.

Придерживая Глори за тонкую талию, Николас помог ей смыть с лица песок. Помывшись, девушка выпрямилась, с мокрых прядей ее светлых волос продолжали стекать капельки воды.

Молодой человек не мог оторвать глаз от Глори – так она была красива. Николасу страшно хотелось прикоснуться к ее очаровательной груди. Его рука скользнула по талии девушки, и он привлек ее к себе. Все еще ошеломленная, она не сопротивлялась, но капитан не собирался пользоваться ее беспомощностью, по крайней мере, сейчас. Ощутив тепло ее тела, шелк кожи, он стал покрывать лицо Глори поцелуями. Николаса охватила волна такого желания, какого он еще никогда не испытывал.

Чувствуя тепло и нежность, ласку и заботу, которых так не хватало ей все эти дни, девушка совсем забыла, что на ней нет никакой одежды, забыла, где находится и как сюда попала. Сейчас это было безразлично. Главное, что ее снова обнимают такие нежные мужские руки. Внутренний голос шептал: вспомни, как он к тебе относился, ? но сердце подсказывало, что все дурное навсегда осталось в прошлом.

Перебирая густые вьющиеся кудри Николаса, дрожа всем телом, Глори прижималась к нему, а молодой человек покрывал страстными поцелуями прекрасное тело. Девушка стонала от чудесных, неизведанных раньше ощущений. Взяв Глори на руки, Николас вынес ее из воды на маленькую лужайку.

– Боже, как я хочу тебя, – произнес он хриплым от волнения голосом…

Они уснули на мягкой зеленой траве, она с благоговейным страхом от случившегося, он удовлетворенный. Проснувшись, они снова занялись любовью, после чего Николас отнес девушку в прохладные воды пруда.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, виновато улыбаясь и глядя, как вода ласкает ее стройные бедра.

– Я словно кошка на окошке, – сияя, ответила она, – только что налакалась сметаны и греюсь на солнышке.

Николас от души засмеялся.

– Ты должен делать это чаще, – сказала Глори возлюбленному, когда они выбирались из пруда.

– Что именно?

– Смеяться. – Они сидели на солнце, и теплый ветерок обдувал их мокрые тела. Чисто вымытая и отдохнувшая, Глори больше не испытывала неудобств от скудности своего гардероба. Николас надел только брюки. Девушке нравилось наблюдать, как при каждом движении играют мускулы его широкой груди и спины, любоваться красивым густым загаром. Должно быть, Николас чувствовал себя вполне уверенно в этих первобытных условиях.

Капитан взял ее за руку и повел к морскому берегу.

– Идем. Я хочу кое-что тебе показать.

Они прошли по заросшей тропинке, облюбованной резвыми бурундуками и шаловливыми белками, к морю. Увидев десятки ящиков и сундуков, лежащих на песке, Глори в изумлении остановилась. Наконец, она радостно засмеялась и бросилась к сундукам, открывая некоторые из них и обнаруживая одеяла и инструменты, муку, кофе, солонину.

– В ящиках есть апельсины, – сказал Николас девушке, – а также канаты, полотно для парусов и даже гребешок для твоих волос. Есть все, что нам надо, за исключением одежды, – мужчина улыбнулся, – но теперь можно обходиться и без нее.

Глори покраснела, но, снова взглянув на ящики, сменила тему.

– Когда ты все это обнаружил?

Николас отвернулся, боясь встретиться с ней взглядом.

– Сегодня утром, – медленно ответил он, ругая себя за то, что не смог быть честным до конца. Ему стало страшно от мысли, что может потерять ее.

«Он совсем не может лгать, – подумала Глори. – Скорее всего, это богатство найдено еще несколько дней назад». Почувствовав, что начинает злиться, она с трудом подавила в себе желание хорошенько двинуть Николасу в нос. Но вспомнив, как капитан спас ее от нападения кабана, как ласкал и целовал ее, девушка поняла, что не может долго на него сердиться. Если он нашел в себе силы простить ее за то, что оказался на необитаемом острове, то она и подавно должна забыть о его поведении. Впрочем, девушка отдавала себе отчет в том, что любит так сильно, что готова простить практически все.