Остров любви - Кэт Мартин

– Ведь я умею плавать, разве ты забыла?

– А как же акулы?

– Они моряков не трогают, предпочитают молодых девушек. – С лица капитана не сходила радостная улыбка.

– Я знаю, что ты пытаешься превратить меня в ничтожество, Николас Блэкуэлл. Но видишь ли, от такого негодяя, как ты, я ничего другого и не ожидала. – С этими словами Глори отошла от костра и устроилась под сосной. Переживания и недостаток пищи сделали свое дело, и она быстро уснула.

Глори проспала весь день. К полуночи подул сильный ветер. Песчинки больно били по телу, забивали глаза. Она проснулась, внимательно осмотрелась и обнаружила Николаса под одним из деревьев. Девушке хотелось подойти к нему и укрыться за его широкими плечами, как это не раз бывало раньше. Но совсем недавно Блэкуэлл ясно дал понять, как относится к ней, поэтому Глори ничего не оставалось, как свернуться клубочком и постараться уснуть. Дрожа всем телом от холода, девушка поклялась завтра же построить себе шалаш – с помощью капитана или без нее.

На следующее утро ветер стих. Проснувшись, Глори увидела, как Николас разводит костер.

– Проголодалась? – спросил он, чистый и свежий, как обычно.

Девушка ломала себе голову, как ему удается приводить себя в порядок в то время, как она, женщина, вынуждена оставаться грязной и жалкой. Остатки одежды превратились в лохмотья, кожа обветрилась, а волосы… Господи, станут ли ее белокурые волосы снова красивыми?

– Что? – вяло переспросила Глори. Жара, песок и ветер окончательно подорвали ее волю. – А, думаю, да.

– Я приготовил немного крабов. – Оторвав клешню, Николас подал ее девушке. – Все, что от тебя требуется, это извлечь оттуда мясо.

Глори едва не заплакала. От дразнящего вкусного запаха у нее потекли слюнки, но разломать крепкую клешню не хватало сил.

– Как ты это делаешь? – не выдержала девушка.

– Разгрызаю клешню зубами.

– Зубами?

– Конечно.

Пришлось поверить на слово. Глори попыталась раскусить крепкий панцирь, но едва не повредила зуб.

Такая наивность рассмешила Николаса. Взяв вторую клешню, он вскрыл ее ножом и протянул девушке аппетитное белое мясо. Никогда прежде ей не приходилось испытывать такое удовольствие от еды. Глори с жадностью глотала кусок за куском, не обращая внимания на текущий по рукам сок. Наевшись, девушка почувствовала себя гораздо лучше.

– Господи, как это было вкусно! – воскликнула она. Капитан ничего не ответил. – Я подумала, что сегодня надо построить шалаш.

– Зачем?

– Зачем! Прошлой ночью дул ужасный ветер. Кто может ручаться, что сегодня не пойдет дождь?

Николас только пожал плечами.

– Строй, что хочешь. Что до меня, предпочитаю спать под открытым небом.

– Может быть, срежешь мне несколько веток? А я свяжу их полосками кружев.

Николас постарался сдержать усмешку.

– Поберегитесь, мисс Саммерфилд. С таким способом строительства вы останетесь без юбки!

Не помня себя от ярости, Глори сильно топнула ногой, случайно наткнувшись на острый камень. Девушка скрипнула зубами от боли.

– Ты самый невоспитанный и грубый человек, которого я встречала.

Взгляд Блэкуэлла скользил по ее телу, от спутанных прядей волос до пальчиков ног.

– А ты, Глори, без сомнения, самый лакомый кусочек на этом острове. Думай, что говоришь, а то в один прекрасный день я съем тебя за ужином.

Глори покраснела. Первый раз с тех пор, как они оказались на острове, Николас обратил на нее внимание. Что это, оскорбление или комплимент? Не говоря ни слова, девушка с негодующим видом удалилась на противоположный конец острова и оставалась там до тех пор, пока капитан не принес достаточно большую для задуманного охапку веток.

– Вот, возьми. Пока ты будешь заниматься строительством, я поплаваю.

Глаза Глори расширились от ужаса.

– А акулы? Не дай Бог, с тобой что-нибудь случится.

– Я приложу все усилия к тому, чтобы меня не съели. – Подойдя к морю, Николас стянул с себя сапоги и снял брюки.

Глори не могла отвести взгляд. Совершенно не стесняясь, обнаженный Блэкуэлл вошел в воду. Девушка, как зачарованная, смотрела на его длинные ноги, узкие бедра, крепкие ягодицы.

Войдя в воду по пояс, Николас обернулся. Глори опустила глаза, но румянец выдавал ее смущение. Капитан грустно усмехнулся.

– Присоединяйся ко мне. Отгоню всех акул.

Как хотелось промыть волосы и избавиться, наконец, от вездесущего песка! Но Глория Саммерфилд никогда и ни за что не окажется в воде рядом с обнаженным мужчиной!

– Нет, спасибо, – отозвалась она, принимаясь за работу.

Не имея ни малейшего представления о том, с чего начать, Глори оборвала полоски кружев с нижней юбки и связала ими ветви, соорудив своего рода тент между двумя деревьями. Если бы у нее была веревка и несколько одеял!

К наступлению сумерек работа была завершена. Спина девушки не разгибалась, а руки покрылись многочисленными царапинами. Увидев на лице капитана усмешку, она взмолились: пускай ночью разразится страшная буря, проклятый Блэкуэлл и близко не подойдет к ее шалашу!

Ветер действительно усиливался. К огромному огорчению Глори, шалаш не выдержал таких сильных порывов и сломался.

Николас, спящий неподалеку, ни разу не взглянул в ее сторону. Усталая и разочарованная девушка долго не могла заснуть и поэтому поднялась, лишь когда капитан позвал ее завтракать, предложив больших мидий. По его утверждению, это было все, что удалось добыть. Перекусив, Глори принялась перестраивать свой шалаш заново, и снова Блэкуэлл не предложил своей помощи.

Изумлению капитана не было конца. Наблюдая за девушкой вот уже несколько дней, он не заметил в ее поведении ни надлома, ни отчаяния, на которое рассчитывал. Эта неженка свыклась с отвратительной питьевой водой, ела все, что удавалось поймать, и вообще, держалась лучше, чем многие мужчины, оказавшиеся в подобных условиях. Николас начинал испытывать угрызения совести.

Итак уже пришлось провести на этом мрачном острове на день дольше, чем он предполагал. Девушка выглядела грязной, усталой и оборванной. Все складывалось скверно, совсем не так, как ему представлялось. Глори не сдавалась и не собиралась ползать перед ним на коленях. И ему, мужчине, все чаще становилось невмоготу: сколько можно наблюдать за ее страданиями?

К полудню девушка перестроила шалаш. Узкие кружевные ленточки вздрагивали от легкого ветерка. Николас больше не мог безучастно наблюдать за ее работой. Он решил, что настало время забыть обиды и помириться с девушкой. Николас хотел ее. Хорошо, если и она хочет его, но это не имеет никакого значения. Глори обманула его, обвела вокруг пальца, стало быть, никто никому не должен. Интересно, будет ли она сопротивляться. По крайней мере, раньше этого не было. Сегодня вечером все должно решиться.