Призрак войны - Майкл Стэкпол

– Успеют только потратить свою кровь.

– Точно.

– Какая самая высокая ставка оплаты?

Она покачала головой.

– Ты всё ещё монета неизвестного качества, Донелли. Мне потребуется время, чтобы навести о тебе справки. Ты побеседуешь с другими, я уверена, так что уже будешь в курсе расценок и будешь знать, что можешь выторговать. Я от тебя ничего меньше не ожидаю.

– И я ничего меньше не сделаю. – Я добил пиво и поставил бутылку. – Благодарю тебя. Я остановлюсь в «Гранд Джермейн». Если у них нет этого в баре, я оформлю специальный заказ.

В следующий раз, когда я буду беседовать с тобой, я угощаю.

– Надеюсь, мы сможем договориться. – Она кивнула мне, пока я вставал. – Я бы предпочла видеть твоё золото, а не твою кровь.

22

Послушать, что люди говорят, так можно удить кроликов в море и охотиться на рыбу в лесу.

Манвиль, столичный округ

Басолт

Префектура IV, Республика Сферы

29 января 3133 года

Мои предыдущие замечания об особенностях моей профессии применительно к оставлению нитей в дверях и прочих фокусов, а также о тщетности подобных изощрений, поскольку мои коллеги знают, где искать эти вещи, напомнили о себе, когда я вернулся в свой номер в «Гранд Джермейн». Когда я ушёл из номера, то вместо того, чтобы вставить нить между полотном и косяком двери, просто бросил её на полу, примерно там, где она могла упасть, если бы вывалилась из открывшейся двери. Внимательные ищейки, проникавшие в мой номер обязательно бы её заметили и, скорее всего, уверились бы, что дверь открывалась обслугой или кем-то в этом роде, в результате чего нить и выпала. Тогда им пришлось бы решать, оставить ли нить на своём месте, что они бы и сделали, если б собирались неоднократно входить и выходить, поскольку я бы посчитал виноватой в этом обслугу, или вернуть её на дверь.

Нить была расположена чуть ниже высоты колена, в рекомендуемой зоне – там никто никогда не смотрит. Единственной причиной вернуть нить туда, где она, якобы должна быть – это желание заставить меня думать, будто в моём номере все в порядке. Они хотели преподнести мне сюрприз, а я, хотя уже и начал привыкать к мысли, что двери у меня в номере все равно что нет, прекрасно мог обойтись без сюрпризов.

Я был не вооружен и знал, что хитрости с попыткой притвориться обслуживающим персоналом на самом деле никак не могли сработать. Вместо того, чтобы открывать дверь, я отработал задний ход до лифта и, воспользовавшись внутренней связью гостиницы, позвонил в свой номер. Я подождал четыре гудка и ответа не получил. Я позвонил снова, подождал четыре гудка и положил трубку. Я делал так ещё три раза и наконец дождался ответа.

Голос был женским и звучал смутно знакомо.

– Алло?

– Это я, Сэм. Тебе ещё долго придется меня ждать.

Моё замечание вызвало мгновение тишины, после чего она раздраженно проворчала:

– Меня за тобой прислал Цыган.

– Цыган?

– Ты его знаешь. Он довольно ловкий тип.

Я кивнул и наконец узнал голос. Не узнал я его потому, что её челюсть не была зафиксирована бандажом.

– Мисс Элль, я так рад, что вы смогли сбежать от тети Хелен.

– Нам не следует говорить по этой линии.

– Ладно, тогда встретимся в вестибюле и пойдем прогуляемся.

Я повесил трубку, нажал кнопку вызова лифта и направился к лестнице. Я быстро спустился и вошёл в вестибюль, но её там не обнаружил. Это было хорошим признаком, так как она не стала делать глупости и бежать за мной. Она не торопилась, осмотрелась, убедилась, что я не готовлю для неё засаду и вышла.

Её было легко узнать по копне рыжих волос. Они были подстрижены короче, стали немного темнее и были красиво уложены. Её одежда, в отличие от моей, не была прошлогодней и носила она её очень элегантно. На неё оглядывались, а когда она обнаружила меня и улыбнулась, мужчины, молодые и старые, с ненавистью уставились на меня. Все они хотели, чтобы я немедленно дал дуба и они получили возможность утешить её в горе.

– Поговорим о старых добрых временах, моя дорогая?..

– Элль прекрасно подойдет. Цыган был удивлен, узнав что ты прибыл раньше. – Она по-следовала за мной через боковой выход гостиницы и мы начали прогулку по району, полному галерей, магазинов антиквариата, аккуратных маленьких бистро и вездесущих «Джавапалс Дженерейторс». – Мы получили твоё сообщение и готовились к твоему прибытию на следующей неделе.

– Я знаю. Я хотел, чтобы вы так думали.

Она склонила голову.

– Цыган так и понял. Он предположил, что ты все ещё не избавился от подозрений по поводу того, как закончились дела с дорогой тетей Хелен.

Я погладил её руку.

– И он подумал, что будет хорошо, если через тебя даст мне знать о наличии у вас человека в таможне космопорта, сообщившего о моём прибытии?

Она немного вздрогнула, но скрыла свою реакцию ослепительно улыбнувшись. Она прижалась ко мне и зашептала мне на ухо.

– Мы ведь сохраним эту тайну между нами, правда, Сэм? – Я не видел выражения её лица, когда она это шептала, но судя по лицам парочки, шедшей навстречу нам, они бы чрезвычайно удивились, узнав насколько невинным было то журчанье.

Я повернул лицо к ней, наши губы разделяли сантиметры – достаточно мало сантиметров, чтобы я чувствовал её дыхание на своих губах.

– Я сохраню ваш секрет надежно.

Мы оставались в такой позе на секунду или две дольше, чем, возможно, следовало, после чего она отвернулась и повела меня по направлению к заведению из сети «Джавапалс Дженерейторс». Мы сделали заказы, забрали наши напитки и направились к маленькому столику у тротуара. Оба мы повернули стулья так, чтобы сидеть спинами к зданию, приобретя полный обзор улицы.

Я не заметил ничего заслуживающего внимания, но продолжал наблюдать, пока говорил.

– Как ты рассталась с тетей Хелен?

– Всё получилось довольно сложно. Я даже думала, что не выберусь. Ты же знаешь её. Я начала подумывать о том, чтобы побрить голову наголо и переодеться в буддистского монаха, но этот шафрановый цвет мантий мне так не идёт. Тем не менее, я бы сделала всё что угодно, чтобы сбежать. И в конечном итоге и сделала.

Глянув на неё, я на глаз оценил длину волос. Она соответствовала паре месяцев роста. Казалось возможным, что она проделала именно то, о чем говорила.

– А Цыган?

– Я думаю, он хочет рассказать тебе все сам. Это сюрприз.

– Это похоже на него, не так ли? – я потянул мой напиток шоколадного цвета с привкусом кофе. – Он не боится, что я могу затаить на него обиду, нет? Заплатил мне все, что должен. Да, он умеет вести дела, я понимаю.

Элль опустила свою руку на мою и слегка её сжала.

– А, но ведь ты же профессионал, а столь многие – нет. Цыган в это верит и поэтому послал меня за тобой. Ему понравилось твоё раннее прибытие. Он сказал – это показывает у тебя даже больший интеллект, чем он думал.

– Хорошо. – Я улыбнулся и про себя взвыл. Последнее, что должны думать о вас заговорщики, проворачивающие разные подозрительные дела – это то, что вы умны. Это заставляет их считать вас игроком и интриганом. Проблема в отсутствии всякого способа изменить эту оценку на противоположную. Ущерб уже нанесен и есть лишь один способ его компенсировать. Так как Цыган сейчас считал, что я – человек, которому нельзя доверять, я должен был сделать так, чтобы он решил, что я – человек, настолько важный для него, что доверять мне надо обязательно.

Мы поболтали о моём освобождении и о моей жизни с той поры, и она остановила ховертакси. Мы сели в него и мне сразу стало ясно, что водитель работал на Цыгана. Элль не дала ему никаких указаний и, как я был совершенно уверен, ей самой было неизвестно, куда он нас везет. Значит, кто-то ещё следил за рестораном и после нашего появления в нем ховертакси было приведено в полную готовность, а Цыган проинструктировал водителя насчет того, куда мы должны отправиться.

Мы отправились на север, но, на этот раз, по западному берегу реки, к небольшому деловому комплексу, половина офисов в котором уже были арендованы. Офис 301 по-прежнему казался пустым. Название предыдущей фирмы – туристического агентства, судя по остаткам рисунка – было содрано со стекла и окна были заклеены бумагой. Имелся знак, гласивший: «Скоро открываемся – Басолтское астрологическое бюро: «нашею силою – к нашим удачам.»

Когда мы прибыли, дверь открыл Цыган. Он сильно изменился. Его волосы отросли и были окрашены в абсолютно черный цвет. Или он много загорал или потратил много дорогого средства для искусственного загара, потому что светился здоровьем человека, проводящего свободное время на пляжах. Думаю, если бы он позировал для рекламных плакатов предыдущего агентства, оно бы не обанкротилось. Его одежда, как я заметил, была такой же неброской как и моя.