Не целуй незнакомца - Хизер Гротхаус

Сравнив жизнь Пирса со своей, Элис почувствовала жгучий стыд. Она отчаянно пыталась вспомнить, когда ей приходилось действовать только ради блага другого человека. Выходило, что никогда.

— Ну тогда давайте посчитаем этот раз, — сказала она, обращаясь к деревьям, словно моля их принять во внимание ее добрые намерения и спрятать свои корни, чтобы создать для нее ровную дорогу.

Возможно, деревья, выслушав ее, пришли к собственному заключению, поскольку, сделав следующий шаг, Элис почувствовала, что вокруг щиколотки обвилась веревка, и неведомая сила повалила ее. Она сильно ударилась обо что-то спиной, после чего ее поволокло вверх. Сильно оцарапав висок о сломанную ветку, Элис буквально взлетела и повисла вниз головой на дереве довольно-таки высоко над землей.

Почти сразу пошел густой снег — тихий мрачный финал бурного приключения Элис. Она закричала.

Сесилия Фокс ходила по залу взад-вперед.

Сибилла уехала с отрядом солдат уже два дня назад, и до сих пор не было никаких вестей ни о старшей, ни о младшей сестре. Огонь в очаге, расположенном недалеко от господского стола, весело горел, но Сесилия дрожала, меряя шагами участок пола из семи плит. Туда — обратно, туда — обратно. Она обхватила себя руками и зябко поежилась. При этом ее ногти так сильно впились в плоть, что, наверное, оставили синяки. Впрочем, Сесилии было все равно. У нее кружилась голова, тело сотрясал озноб.

В отсутствие Сибиллы Сесилия автоматически становилась главой Фолстоу, и одна только мысль об этом волновала ее до чрезвычайности, вызывая чувства, совершенно чуждые ее натуре. Она знала, что все это лишь следствие ее тревоги о семье. И ничего больше.

Ничего.

Сесилия никогда не жила в Фолстоу без хотя бы одной представительницы семейства Фокс. Да и, насколько ей было известно, Сибилла еще ни разу не покидала земли Фолстоу после смерти их матери. Сесилия подумывала вернуться в часовню, чтобы молиться и нести дежурство там, но вспомнила, что ее прогнал оттуда холод.

— Хотите, я останусь с вами, миледи? — раздался низкий спокойный голос Грейвза.

Сесилия, вздрогнув, остановилась.

Обернувшись к верному дворецкому, она потерла кончиками пальцев висок, где внезапно начала пульсировать боль. Старик возник у камина. Он стоял, опустив руки и расправив плечи, всем своим видом демонстрируя крайнее внимание.

— Нет, Грейвз, все в порядке, Постарайся отдохнуть. Маловероятно, что мы получим какое-либо известие сегодня ночью, но я все равно не смогу уснуть, поэтому не хочу даже пытаться.

Он почти незаметно кивнул седовласой головой, после чего взглянул выцветшими глазами на пальцы Сесилии, которыми она с гримасой массировала висок.

— Вы нездоровы?

Сесилия моментально опустила руку.

— Ничего страшного. Просто небольшая мигрень.

— У миледи или мисс Элис?

Сесилия и Грейвз несколько мгновений молча смотрели друг на друга: один терпеливо ждал уточнения, другая медлила с ответом.

— Нет, Грейвз, — наконец сказала Сесилия. — Я не… Я не такая, как Сибилла, Элис или наша мать. И не претендую на то, что вижу цвета или читаю мысли людей, потому что ни того ни другого не чувствую. — Она пожала плечами, понадеявшись, что выглядит невозмутимой. — Это не что иное, как головная боль. Моя. Все страдают этим недугом время от времени.

Грейвз еще раз величаво кивнул, но Сесилия могла побиться об заклад, что ее слова не произвели на него должного впечатления.

— Возможно, нам стоит помолиться?

— Конечно! — Она одарила старого дворецкого улыбкой. — Мы должны часто молиться. К счастью, это именно то, что я лучше всего делаю. Нельзя забывать о духовности в Фолстоу. В семье Фокс серьезно относятся к религии.

Дворецкий молча уставился на девушку. Та не отвела глаз и снова зябко потерла руки. Холод, казалось, сочился из-под пола, поднимался по ногам и проникал в глубины ее естества. Ее щеки горели, словно она много времени провела на пронизывающем ветру.

— Вы пошлете за мной, если будет необходимо?

Сесилия повернулась к огню, чтобы не встретиться с ним взглядом.

— Я сама приду. Спокойной ночи, Грейвз.

Последовала долгая пауза, которую нарушил Грейвз, заговорив тихим многозначительным голосом:

— Полагаю, вы не станете спорить, что леди Элис сильно страдает от стужи этой ночью?

Сесилия не слышала его шагов, но когда она оглянулась, старика уже не было в зале. Он двигался, словно бесплотная тень.

Грейвз был старым верным слугой. В разговорах с членами семьи он никогда не допускал, чтобы последнее слово осталось за ним.

Но за ним, бывало, оставался последний вопрос.

Сибилла лежала в своей палатке под целой кипой шкур. Из-под них была видна только ее голова и руки, так что девушка чувствовала, как морозный воздух холодит лицо и ладони.

Она вполне могла остановиться в любом доме деревни Пилингс. Некоторые жители предлагали ей свое гостеприимство, в том числе и женщина, давшая Элис еду. Все они старались не только ради платы за постой, но и ради привилегии принимать в своем доме высокородную знать. Однако Сибилла решительно отказалась. Дома были очень маленькими, в большинстве состоящими только из одной комнаты, и Сибилле даже думать не хотелось, какой там стоит запах. Она не любила чужих людей и незнакомые места. Одна мысль о том, чтобы лечь спать в чьей-то постели в одном помещении с кем-то, кого, она знать не знает, вызывала у нее тошноту.

А в палатке были ее вещи, привезенные из Фолстоу. В середине была установлена жаровня, и если здесь и не было по-настоящему тепло, то и окоченеть тоже было нельзя. Сибилла была укрыта толстыми новыми шкурами, а за пологом стоял стражник. Здесь она могла остаться в одиночестве в ночи, подставив ладони холодному воздуху — воздуху, которым дышала Элис.

Сибилла верила, что деревенская женщина сказала правду и Элис приходила в деревню одна. Тем не менее она знала, что младшая сестра ушла от стен замка с крупным мужчиной, тело которого страдало от раздиравшей его боли.

Она могла только предполагать, что этим человеком был Пирс Мэллори.

Для нее было огромным, ни с чем не сравнимым облегчением узнать, что Элис жива, но Сибилла не доверяла людям, имевшим родственные связи с Джудит Энгвед, пусть даже эти связи не были кровными. Поэтому она очень боялась, что Элис все еще находится в компании мятежного простолюдина. Но почему? Зачем он нужен ей, а она ему? Сибилла не сомневалась, что сестру не удерживают против воли, иначе ее спутник не отпустил бы ее в деревню и не позволил вступать в контакт с местными жителями. Тогда в чем же дело?