Плесень (СИ) - "Майский День"

— Также собраться с мыслями и выработать более совершенную тактику уничтожения вампиров? — хмуро сказал Люц. — Поверь, они быстро преуспеют.

Савва досадливо поморщился. Видимо, всерьёз беспокоило его наличие рядом сильного соперника.

— Что предлагаешь ты?

— Голыми руками крыс не перебить. Нас мало, а они плодятся и учатся. Нужно оружие.

— Только нам негде его взять.

— А Люц прав! — оживился Зимей. — В том подземелье, из которого мы так поспешно спаслись бегством, есть горючие вещества, а всё, что способно гореть, уже оружие.

— И нам надо спешить, пока огнём не овладели ещё и крысы. Вот тогда мы лишимся последнего шанса на победу.

Савва помолчал, делая вид, что размышляет, а скорее всего, переживая досаду от неподконтрольного ему развития беседы.

— Что ж, план неплох, — произнёс он затем.

Дэм, чтобы скрыть улыбку, зарылся лицом в тёмные волосы Лилиты. Она довольно поёжилась.

— Идти нужно всем, нас слишком мало, чтобы разделяться. Мы уже потеряли четверых, считая сбежавших Ивеца и Эву. Да, мы обрели Зимея, но всё равно нас стало в два раза меньше.

— Суровая арифметика войны, — важно произнёс Савва.

Люц поморщился. Дэм подумал, что благоразумие вскоре может иссякнуть, и два вампира сойдутся клык на клык. Жаль, если это произойдёт. Оставалось надеяться, что здравого смысла Люца и осторожности Саввы хватит на достаточно долгий срок. Победа и поражение внесут ясность. Потом Дэму безразлично будет, кто из этих двоих одолеет другого. Он заберёт Лилиту и уйдёт обратно на север к мирным снегам и колючим звёздам.

Путь до знакомых подземелий занял бы меньше времени, не пытайся вампиры соблюсти максимальную скрытность. На этот раз морщился Савва. Он считал, что они глупо тратят дорогие минуты ночи, но Люц настоял на своём. Они уже наломали дров, настала пора вести себя благоразумнее.

Походу предшествовало короткое совещание. Вампиры и в теории были слабы, а уж практики совсем не знали. Пришлось выметать последние скудные сведения из закоулков памяти.

Огонь — это здорово, но вот как превратить тупо лежащую под землёй массу нефти в реальное оружие? Никто не знал. Соорудить факелы? Так для этого нужна основа для пропитки: ткань, волокно. За сотни послевоенных лет вампиры не научились делать полезные вещи и не представляли, что можно взять на замену в природе. Огонь они тоже добывать не умели, но этот вопрос надеялись как-то решить. Дэм помнил из прочитанных книг, что люди тёрли две сухие палочки или стукали кремнем по кресалу. Как добыть или сделать эти предметы он представлял смутно, но сила и быстродействие вампиров должны были существенно помочь во всех начинаниях.

Люц сообщил, что в одной из лабораторий нащупал большие бутыли, то есть у вампиров появилась твёрдая надежда наполнить их, извлечь из подземелья изрядное количество нефти, чтобы спокойно заняться опытами. О войне голыми руками никто больше не вспоминал. Её, в сущности, проиграли.

Дэм смутно надеялся, что разобраться со многими трудностями поможет тварь дрожащая — человеческий призрак, живущий в подвалах. Люц, видимо, тоже на это рассчитывал. Привидение уже пыталось им помочь возле нефтяного озера, а главное, научилось доносить до вампиров свои мысли.

Когда подкрались к знакомой разрушенной улице, Дэм ощутил стеснение в груди. Ужас недавнего боя проснулся в крови и памяти. Вот здесь они бежали, там дрались. Крысы, видимо, прибрали трупы своих. Похоронили или съели — значения не имело. Руины выглядели обычными, надоевшими за послевоенные годы развалинами.

Резкий сладкий запах запёкшейся жарким днём крови перебивал все прочие, и пришлось полагаться больше на зрение. Оно сообщало, что путь свободен. Если засада и таилась во мраке, разглядеть её вампирские глаза не могли. У крыс-то интересно, с этим как? О противнике так мало известно, а кто виноват? Надо было не пыжиться, а хоть чему-то учиться, но видно если дать придурку вечную жизнь, то он её использует глупо. Недостаточно вампирской крови, чтобы стать суперменом, полезно иметь ещё и мозг в голове.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сквозь разрушенный вход просочились благополучно. Изнутри тянуло горьким запахом газа, но других, посторонних ароматов не чувствовалось. Вампиры уверенно побежали вперёд. Без труда нашли дыру в полу. Запах усилился, но Дэм решил не обращать на него внимания. Они запаниковали тогда потому, что в этой области были невеждами (как в любой другой), да и призрак напугал. Никому не пришло в голову, что тварь дрожащая тоже может оказаться дилетантом. Ладно, теперь постараются вести себя умнее. Наверное.

По здравому размышлению следовало оставить здесь караульного — прикрывать тылы, но когда весь отряд пять единиц, лучше его не распылять. Главной задачей оставалось добыть и поднять наверх как можно больше горючего, тут каждый работник был на счету. Спускались не кубарем, как в первый раз, а цепляясь за шероховатости камня. Дэм подумал, что подниматься с грузом окажется трудно, но вампирская сила выручит и здесь. Людям в таких случаях помогала смекалка.

Люц повёл отряд по коридорам. Он ориентировался здесь лучше всех и безошибочно вышел к нужной лаборатории. Сосуды, стеклянные, если верить осязанию, действительно в большом количестве стояли у стены, многие из них уцелели. В каморке рядом нашлось ещё несколько штук. Дэм водил пальцами по гладкой пыльной поверхности, получая удовольствием от прикосновения к настоящей вещи. Так мало их оставил ушедший человеческий мир, и хотелось сберечь каждую.

Пока вампиры возились, брякая посудой и обмениваясь короткими репликами, в углу возле двери посветлело. Обернувшись, Дэм обнаружил давешнюю тварь дрожащую. Призрак спокойно висел, наблюдая за возней пришельцев с земной поверхности. Как он ухитрялся их видеть? Дэм помахал рукой, и призрак повернулся к нему.

— Поболтай с нашим другом, — предложил Люц. — У тебя лучше всех получается.

— Хорошо, — согласился Дэм.

Кто бы спорил. Общаться куда приятнее, чем лапать в темноте пыльную скользкую посуду. Он подошёл почти вплотную и обнаружил, что различает контуры своего тела и ближайших предметов. Фонарь из призрака получался неважный, но немного светить мог.

— Ты меня слышишь? — спросил Дэм.

Человек медленно наклонил голову. Затем показал светящимся пальцем на глаза, уши, опять покивал, ткнул в рот и покачал головой отрицательно.

— Всё понимаешь, но сказать не можешь. Ты у нас почти собака, друг человека. Лучше, чем ничего. Хочешь с нами водиться?

На этот раз лицо озарила радостная улыбка. Призрак завибрировал так интенсивно, что у Дэма зарябило в глазах.

— Вот и чудесно!

Он коснулся светящейся плоти, ощутил упругое сопротивление на границе бывшего тела и убрал руку.

— Надо же, тебя и потрогать можно.

Привидение опять улыбнулось, на этот раз печально. Дэм вздохнул. Пришла пора вводить его в обстановку и привлекать на свою сторону.

— Там наверху расплодились крысы, и мы ведём с ними войну, — так он начал свой рассказ. — Нам нужно оружие, хотя бы огонь, чтобы справиться с ними, но мы не умеем ни добывать его, ни хранить.

Оказалось, что история на этом закончилась. Коротко вышло. Призрак смотрел с задумчивым интересом, затем жестом попросил Дэма вытянуть руку и начал писать на его предплечье сияющим пальцем.

— Кто вы?

— Вампиры, — ответил Дэм.

Он опасался, что призрак отшатнётся и возмущённо покинет стаю кровососов, но тот лишь посмотрел с любопытством. Должно быть, одиночество пугало больше, чем упыри, да и что они реально могли ему сделать? Сосать его призрачную кровь? Свернуть едва ощутимую шею?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Общение пошло живее, если можно так выразиться о разговоре вампира с привидением. Человек назвался Сведохом. Дэм представил собратьев, те, правда, едва отвлеклись от увлекательно поиска полезных вещей. О том, что призрак появился в результате рискованных экспериментов, которые люди вели в конце войны, сообщать и не стоило, но Сведох этот момент уточнил. Он был одним из тех самых учёных, и когда стало ясно, что мир окончательно рухнул, просто поставил последний опыт.