Тайны сбежавшей невесты - Валери Боумен

Энни причмокнула, погоняя лошадей, встряхнула поводьями, и экипаж стремительно тронулся с места.

– Куда? – спросила она, когда они отъехали от конюшни.

– Что?.. Разве у вас нет плана? – усмехнулся Джордан.

– Вам эта местность известна лучше, чем мне. – Энни смерила его презрительным взглядом. – Вот вы мне и скажите, какая дорога лучше.

Джордан осмотрелся и кивнул направо.

– Вот туда, – указал он, – через луг. Там есть хорошая дорожка с великолепным видом в конце.

Энни молча кивнула. Крепко удерживая поводья, она мастерски повернула лошадей направо.

– Впечатляет, мисс Эндрюс, – заметил граф. – Очень впечатляет.

– Я же говорила, что умею, – улыбнулась Энни, гордая своим искусством. – Но вам меня не провести, лорд Эшборн. Я ни на минуту не поверю, что вы поехали со мной по какой-то другой причине, а не для того, чтобы не дать мне сбежать из вашего поместья. – Девушка подмигнула ему.

– Если бы меня это волновало, я бы отправил с вами Джонатана, – со смехом ответил граф.

Энни судорожно сглотнула и отвела глаза, сделав вид, что смотрит на лошадей. Слегка подпрыгивая, экипаж прокатился через луг и въехал в небольшую рощицу.

– Вон там, – указал Джордан, – есть тропинка, которая ведет к небольшому озеру.

Энни снова кивнула. Находиться в компании лорда Эшборна было бы значительно легче, если бы этот мужчина не был настолько хорош собой. И если бы воспоминания о поцелуе с ним на балу у Линдуортов не кружили ей голову. О, был ведь еще один поцелуй – в библиотеке у Ротов, и он тоже не выходил у нее из головы.

– Мэгги с Мартином – отличная пара, правда? – заметил Джордан, указав на упряжку лошадей.

– Они замечательные, – согласилась Энни. – Как и сам экипаж.

– Спасибо. – Джордан склонил голову. – Я только летом купил его, но до сегодняшнего дня не представилось случая воспользоваться им.

– Отличный день для прогулки в экипаже, – сказала Энни и мысленно отругала себя за то, что сказала такую глупость. Особенно учитывая тот факт, что день для прогулки вовсе не был хорошим. Все утро собирались грозовые облака.

– А где вы научились так управлять упряжкой? – поинтересовался Джордан.

Энни пришлось прикусить губу, чтобы сдержать улыбку, – ей очень понравился комплимент.

– Когда я была маленькой, мне особенно нечем было заняться. – Она пожала плечами. – Конюхи на нашей конюшне брали меня с собой кататься, и моя гувернантка тоже обожала ездить на лошади.

– Но у вас же были… какие-то занятия, да?

– Да, были. Но все внимание родителей было сосредоточено на Лили. Обо мне всегда думали во вторую очередь.

Джордан немного помолчал.

– Наверное, вам было трудно, – сказал он наконец.

– Но я же младшая дочь, – Энни опять пожала плечами, – к тому же я не отличалась ни красотой, ни талантами. Во мне не было ничего выдающегося…

Джордан посмотрел на нее с удивлением.

– Неужели вы в это верите?

– Я знаю, что это правда, лорд Эшборн. – Энни едва заметно улыбнулась. – Мне довольно часто говорили об этом.

– Какой идиот говорил вам такое? – проворчал граф.

Энни криво усмехнулась:

– Мой отец говорил.

– Значит, ваш отец, пусть земля ему будет пухом, был идиотом.

В груди Энни всколыхнулась волна радости. Прежде она никому не говорила об этом, но сейчас почему-то сказала, и слова графа очень ей понравились.

– Но разве не все вторые дочери менее дороги родителям, чем первые? К тому же Лили не виновата, что она гораздо красивее и умнее меня. Надежды моих родителей возлагались только на нее.

– Вы слишком многое понимаете неправильно. – Граф покачал головой. – Конечно, Лили – красивая женщина, в том никто не сомневается, но это неправда, что она гораздо красивее вас. И потом… Знаете, я еще не видел дамы, которая управляла бы упряжкой лошадей с таким мастерством, какое продемонстрировали вы. Черт, да я не видел и мужчины, который управлял бы упряжкой с вашим мастерством. Кроме того, все мы видели результаты маневров вашего отца, когда он искал мужа для Лили. Он отдал ее замуж за лорда Меррилла. Ну не идиот ли?

– Очень любезно с вашей стороны, лорд Эшборн, что вы успокаиваете меня, – густо покраснев, сказала Энни; она не отрывала глаз от лошадей.

Граф откашлялся и тихо сказал:

– Энни, называйте меня Джорданом. Я думаю, что мы уже можем называть друг друга по имени.

– Хорошо, – с улыбкой кивнула девушка.

– Я никогда не думал о том, как трудно, должно быть, живется младшим братьям и сестрам. Но мои-то братья всегда казались довольными жизнью, а вот я вечно нес на своих плечах груз ответственности.

– Груз ответственности? – Энни нахмурилась. – Интересно, чувствовала ли когда-нибудь Лили то же самое? Мне всегда казалось, что ей нравилось внимание родителей. И их похвалы.

– Если ваш отец сказал вам, что вы не такая красивая или не такая талантливая, как Лили, то это вовсе не означает, что все так и есть, Энни, – заметил Джордан.

Энни сделала глубокий вдох. Со стороны Джордана было очень любезно так говорить. Если бы только она могла ему поверить…

– Мой отец не единственный, кто так сказал, – почти шепотом сказала Энни.

Они доехали до конца узкой тропинки, и Энни, повернув, пустила лошадей неторопливым шагом, давая им прогуляться. Она почти не замечала красоту уединенного озера, окруженного деревьями, на которых уже появились первые желтые листья.

– А кто еще так сказал? – Граф внимательно посмотрел на девушку. – Надеюсь, не ваша мать и не Лили.

– Нет-нет, не мама. – Энни покачала головой. – Она никогда так не говорила и понятия не имела, что отец говорил мне подобные вещи. И конечно, не Лили. Сестра всегда меня обожала, а я – ее.

– Тогда кто? – допытывался Джордан.

– Милорд, вы не успокоитесь, да?

– Нет, не успокоюсь.

– Ну… один мальчишка. Но это было очень давно. Вряд ли сейчас это имеет значение.

– Послушайте, Энни, – Джордан коснулся ее руки, – кто это сказал?

Внезапно налетел порыв ветра, загремел гром, и его раскаты напугали лошадей. Крепко удерживая поводья в руках, Энни тихонько причмокнула, успокаивая животных.

– Нужно возвращаться в конюшню, – сказала она, улыбнувшись, стараясь не встречаться взглядом с Джорданом. – Начинается гроза.

На горизонте собирались зловещие темные тучи, и поднялся сильный холодный ветер.