Остров примирения - Ирмина Изфри

— Любимая моя — Сергей засиял, увидев свою красавицу. Он обнял её, — ты ко мне?

— Ну, конечно же. А ты куда?

— Нужно по делу отлучиться.

— Можно с тобой? — Карина надеялась, что если он возьмет её, то она помешает ему купить кольцо.

— Нет, милая — он поцеловал её, нежно прикоснувшись к губам. — Там девочкам не место.

Он подмигнул ей, запрыгнул довольный в машину и уехал. Карина стояла как вкопанная, и пялилась на то место, с которого отъехал автомобиль. В голове сумбурно бегали мысли, нужно что-то предпринимать. Ей захотелось увидеть Степана, она прямо почувствовала острую необходимость в этом. У Черных тяжело заболела мать, к врачам обратились поздно, диагностировали рак последней стадии. Степан метался между больницей, кампанией и старым дедом, который не хотел переезжать жить к внуку, чтобы не мешать. Черный был выжат как лимон, и на вечеринках не появлялся, приезжал домой поздно и сразу заваливался в кровать.

Мамедова вернулась к себе, три часа ожидания она металась в своей комнате, пока не заныли ноги. Ольга Михайловна уловила волнение дочери и зашла к ней, встала на пороге и внимательно рассматривала растрепавшуюся прическу и бешеные глаза дочери.

— Карина, доченька, что с тобой?

— Беда. Мама — Карина резко села на кровать, схватилась ладонями за виски и не видящим взглядом уставилась куда — то за голову матери. — Просто кошмар.

— В чем дело?

— Сережа, решил на мне жениться.

— Так это же хорошая новость. Мы ждали, что это произойдет.

— Мама, ты не понимаешь. — Выкрикнула Мамедова, и женщина увидела в глазах дочери боль и отчаяние. — Я не люблю его. — Карина выдохнула эти слова и слезы полились из глаз. — То есть люблю, но не так.

— Я ничего не понимаю, дочка — Ольга, подошла к Карине и начала ладошками вытирать слезы на щеках девушки — У вас же отношения уже почти четыре года?

— Да, и что? Я не могу любить другого парня?

— Кого? — Тут Ольга Михайловна расширенными глазами уставилась на дочь, в её голове сложился пазл — Степку?

Карина не стала отвечать на предположение матери, а только уткнулась родительнице в плечо, и её тело сотрясалось от рыданий. Женщины семьи Мамедовых еще час просидели в комнате, где мать успокаивала дочь, гладя по голове и тихо шепча слова утешения.

— Каринка — выкрикнул Романов, и вскочил с места как ошпаренный, его глаза расширились от негодования и непонимания. — Ты понимаешь, что ты мне сейчас говоришь — он размахивал руками, тряс головой не хотя признавать слова любимой когда — то девушки. — Ты сука, мне сейчас признаешься, что все пять лет, что мы были вместе, ты была со мной, только, чтобы иметь возможность общаться с Черным! Блядь. Это же пиздец. — Он резко сел и поднял глаза на Мамедову, та сжалась и была похожа на загнанную в угол мышку.

— Нет. — Карина вытянула руку и положила ладонь Сергею на руку. — Сначала да, признаю, я хотела через тебя быть ближе со Степой. Но потом я решила выкинуть его из головы и быть с тобой. Ты хороший.

— Я хороший? — Сергей кипел от злости, признание Мамедовой его словно вывернуло наизнанку. Душа клокотала и кричала от боли внутри, и ему тоже хотелось выть, чтобы прогнать тяжелую правду, навалившуюся на его сердце. — Я блядь, твою мать, просто хороший. Заебись Карина. — Он отпихнул её руку от себя и грозно, щуря глаза, посмотрел на неё.

Карина еле держалась, чтобы не вскочить и не сбежать от разгневанного Серого, она знала, что он ничего ей не сделает, но он был такой страшный. Сердце стучало от ужаса, она заставила взять себя в руки и продолжила.

— Ты готовил вечеринку сюрприз для меня, а я караулила, когда Степа вернется домой.

Карина стояла около подъезда, в котором находилась квартира Черных. Степан жил в соседнем подъезде с Романовыми, поэтому она опасалась, что кто — то из знакомых, увидит её. Ей не повезло, Степан подъехал одновременно с Сергеем. Романов улыбался, он собирался сегодня поменять свою жизнь, сделать шаг к созданию новой ячейки общества. Карина наблюдала из окна в подъезде, как Романов обнял друга и потащил к себе домой. Карине ничего не оставалось, как пойти за ними. Она прошла в квартиру своего парня, на кухне суетилась Полина Алексеевна, увидев подругу сына, она улыбнулась и поманила к себе.

— Кариночка, ты какая — то бледная — женщина свела брови и всмотрелась Карине в лицо.

— Не переживайте Полина Алексеевна, просто плохо себя чувствую. А где Сережа?

— Мальчишки уединились в комнате Вовы, что-то обсуждают. — Женщина продолжила разбирать продукты, и складывать часть в холодильник, часть на полки в гарнитуре. — Мы с Владимиром Александровичем уезжаем на дачу, ты тут за нашими охламонами присмотри. — Романова улыбнулась Карине, и у девушки растянулись губы в ответном жесте. — Вот затарила их провизией, завтра Мария Васильевна придет, наготовит.

Женщина быстро проверила содержимое других ящиков, и прошла в гостиную.

— Мальчишки, тут вас Карина ждет — крикнула она в сторону дверей комнат братьев — Я уже собралась, папа ждет внизу. Мне нужно помочь, вынести вещи до машины.

— Да мамочка — братья и Степан вышли из комнаты, Сергей поспешил к своей девушке и поцеловав в нос обещал быстро вернуться.

Трое парней взяли по объемной сумке и понесли их на выход.

— Карина — Полина Алексеевна была в хорошем настроении, — приезжайте к нам, хоть на денек, шашлыков пожарим.

Карина продолжала сидеть за столом на кухне и просто кивала головой на слова женщины.

— Ну пока — Полина в легком сарафане упорхнула как мотылек на свет, только подол успел сверкнуть в проеме дверей.

Значит, Сережа будет делать предложение не при родителях, Карина выдохнула, надеясь, что он вообще передумал, и поменял планы.

Парни вернулись и окружили Карину с трех сторон.

— Родители на дачу, а мы закатим вечеринку. — Вовка прыгал от радости, он был младше брата на три года, но Серега блюдил за ним, будто на все семь.

— Не бухать — твердо сказал Романов брату, выставив ему под нос кулак.

— Как это? — Вовка упер руки в бока — Немного можно.

— Только не как в прошлый раз. Когда мне пришлось от родителей тебя пьяного прятать, и тазики тебе менять. Фу — лицо сморщилось от омерзения — как вспомню, самому блевать охота.

— Так больше не буду. — Вова вытянулся по струнке, и виновато смотрел на брата.

Семь часов вечера вечеринка в самом разгаре, мальчишки и девчонки