Там, за поворотом - Калашников Александрович

Было о чём подумать.

Дело в том, что основная проблема нашего очень даже неплохого Союза в его малочисленности. Если полагать его членами всех примкнувших и сочувствующих, то тысячи полторы человек насчитать, наверное, получится. Не меньше полусотни стойбищ, пожалуй. Но осознанно и мотивированно с точки зрения понимания отдалённых задач число сторонников идеи объединения усилий можно ограничить пятью-шестью десятками человек. Это, естественно, вожди и учёные - те, чья деятельность просто потеряет смысл или лишится средств для её осуществления, распадись объединение.

Цинично рассуждаю? А что Вы хотели? Более того, я об этом и вождям, и исследователям не только расскажу, но и напишу инструкцию, по которой буду строго спрашивать. Ибо не самоценны их усилия, а лишь до тех пор нужны, пока… нужны остальным. Скаламбурилось, но, ничего не поделаешь, потому что пишу я на андертальско-неандертальском диалекте русского языка, в котором пока маловато слов и недостаточно широкий выбор синонимов.

Так о количестве людей. За те десять лет, что занимаюсь я просветительской деятельностью, число более-менее устоявшихся школ увеличилось всего на три штуки. Керамическая в Горшковке - самая старая, долгое время бывшая единственной, медицинская в Тупом Бычке, лаборатория лесоводства и плодородия в Гороховке и, третья, охотоведения, переехавшая в долину Соек. Она самая популярная и бурно растущая, потому что ближе всего интересам населения. Не забывайте - мы охотничий народ. И всяк желает знать, где сидит фазан. И посадить этого фазана в удобное для добычи место - задача близкая всем.

Шучу. Через долину Соек проходят ведущие к перевалу тропы - пути сезонных миграций оленей, лосей и диких лесных быков. Брать от их стад в нужное время и в нужных количествах мясо и шкуры - важная задача, решением которой и занимается группа товарищей под предводительством Рокочущего Грома.

Так о школах. Моя универсальная в Когиде, команда будущих керамиков - юных мужей Сизой, механическая в той же Гороховке у Глубокого Омута, ученичество пасечников в верховьях большой реки, Буреломовские кузнечные подмастерья, перебравшиеся на северные склоны хребта - это только зародыши учебных центров. Ещё не устоявшиеся, не наладившие толком протоколирования результатов экспериментов.

Так вот, основной задачей я полагаю наполнение этих школ толковыми, жадными до знаний учениками. А среди современных мне людей их только часть, потому что многих устраивает комфорт от союзных придумок и уверенность в будущем, обеспечиваемая сообществом. Они - добрые попутчики на дороге к прогрессу. А недобрых среди нас нет, потому что тут никто никого не держит. Кому не нравится - лесов вокруг много. И бродят люди, как бродили испокон веков их пращуры, по бескрайним просторам древнего мира.

Так вот - нынче две задачи я полагаю основными: набрать толковых учеников и подготовить добротных преподавателей. И, если по части подготовки учителей дела обстоят неплохо - то есть возник уже некоторый потенциал - то по части формирования студенчества приближается тупик. Человеческие ресурсы сообщества близки к исчерпанию. Все детки так или иначе пристроены обучаться грамоте, но общее их число невелико. А ведь, как показывает практика, не многие из них окажутся готовы к продвижению по лестнице познаний дальше.

Да. Страна мечтателей, страна учёных - это и есть моя цель.

И вот сейчас здесь на "Мокасине" стоит крепко подумать: стоит ли пытаться присоединить к зоне своей ответственности восемь деревушек любителей браги в расчёте на получение возможности ещё пару сотен учеников посадить за парты.

Когда я эту мысль высказал, вожди перестали ржать, а Рябчик сделал вид, будто рассматривает глиняный свисток. И отломил птичке хвостик. Наверное, мысленным усилием. Потом мы долго рассуждали на тему "брать или не брать" то, что, кажется, само плывёт в руки. Потом, о том, каким способом брать. Знаете, на решение повлиял горный отрог, что протянулся далеко на юг, и свесивший окончание в самую большую реку. На карте он визуально отделял интересующую нас территорию от земель праттов и выглядел естественной границей.

Плакса собрался послать туда несколько групп, чтобы оценили проходимость этой гряды, а Бросок озадачился выбором инструкторов для организации ополчения из земледельцев - пускай сами отбиваются от храма Грома. Уж полторы-две сотни мужчин они в своих деревнях должны набрать. Я же вспомнил о малиновом вине, которое давненько не дегустировал. Оно в больших плотно укупоренных кувшинах выдерживается в прохладном погребе и должно сильно выиграть во вкусе, если дало осадок, и этот осадок хорошо уплотнился.

Рябчик нас внимательно слушал, то и дело меняясь в лице. А потом спросил:

- Разве я вождь? Почему моё присутствие на совете никого не напрягает?

- Да, Глазик ты наш Соколиненький, - ответила Сизая. Любопытная, как все женщины, она тоже ловила каждое слово. - Ты - одинокий вождь, сообщающий другим вождям важные сведения.

- Странно, как-то. Хотя, не помню ни одного случая, чтобы эти самые вожди проявили ко мне неуважение или отказали в чём-то, - озадаченно пробормотал этот хитрец. А я улыбнулся и кивнул. Этот парень, действительно, оказался чертовски полезен. И ведь хватает ему ума не светиться лишний раз там, где сам факт его присутствия может поставить под угрозу выполнение порученной работы. А что писать до сих пор не выучился - так на память не жалуется. Может, оно и к лучшему?

Глава 14 Распределяющая шляпа.

Поговорив с Тёплым Ветром, я понял, что зародыш государства - наш Союз - натурально дышит на ладан. Его части: северная Венецианская, Тупобычковская южнобережная, Противноводская с долиной Соек и Когидская находятся друг от друга далеко, если считать время переезда из одной области в другую.

Вот и первая задача - коммуникации. Задача, решение которой в моём прошлом мире более-менее успешно достигалось только после начала строительства железных дорог.

Расстояния не были помехой единству, пока над людьми нависала общая угроза. Но, если не лукавить, её, этой угрозы, сейчас нет. Во всяком случае в ближайшее время особых неприятностей от соседних сообществ не предвидится. Потеснённые праттами люди долин как-то разбрелись и где-то устроились, примкнув к другим селениям или потеснив кочевые охотничьи племена. Ну или на Когидской землице устроились.

Одним словом, консолидирующие факторы выдохлись. Ввод в оборот денег торговлю не оживил, а стремление к знаниям не одухотворило людей на объединение в стремлении к изучению мира. Повсюду я отмечаю слабые подвижки как в ту, так и в другую сторону.