Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

– Надеюсь, дамы не станут возражать, если я перемолвлюсь словечком со своей женой?

– Мой муж несколько нетерпелив, – загадочно промурлыкала Фелисити.

Всю дорогу до самого дома невеста от души веселилась.

– Прошло ровно полчаса, – заявил Джаред.

– С каких пор?

– С тех пор как мы поженились.

Фелисити молча улыбнулась.

– Тебе не кажется, что нам пора поцеловаться?

Невеста сразу же приблизилась к нему.

– И что же, мы всегда будем целоваться каждые полчаса?

– Всегда, – быстро ответил Джаред и тут же накрыл ее губы своими. Когда он оторвался от нее, дыхание его было неровным, но он сумел все-таки выговорить: – Нет, давай лучше делать это каждые пятнадцать минут.

– Только боюсь, что у нас не хватит времени на все остальное. Ведь это занимает, наверное, минут пять, так что потом у нас остается…

Джаред прервал ее расчеты новым поцелуем.

– Точно. Каждые пятнадцать минут, и никак не реже. – Джаред счастливо усмехнулся, крепко обняв супругу, радуясь тому, что теперь может, ни от кого не скрываясь, целовать и обнимать ее.

– Чего они хотели?

– Кто?

– Твои подружки.

– А, они… просто допытывались, куда мы поедем сегодня вечером.

Он немного откинулся назад, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Но ты же им ничего не сказала, правда?

Фелисити ответила мужу хитрым взглядом. «Интересно, где она этому научилась?» – подумал он, чувствуя, как его обезоруживает один только вид ее лукавой улыбки.

– Знаешь, Джаред, твоя жена может похвастать не только симпатичным личиком.

Он рассмеялся:

– А ты точно знаешь, что оно у тебя симпатичное?

– Что? Личико? – Фелисити пожала плечами. – Я просто иногда смотрюсь в зеркало.

– Тогда ты должна знать, что оно не просто симпатичное. Ты настоящая красавица!

– Это неправда, но я рада, что ты так считаешь.

Через некоторое время, когда веселье было в полном разгаре, Фелисити потихоньку поцеловала отца на прощание, и рука об руку, молодожены тайком покинули праздник.

В экипаже было мало света, однако влюбленным и не требовалось ничего видеть. Дорога до загородного дома Томаса Драйдена должна была занять около трех часов. Это был скромный коттеджик недалеко от Хантингтона. Он стоял на скале, возвышавшейся над пляжем. Слуги заранее приготовили помещения к приезду новобрачных.

– Когда я была маленькой, то проводила там почти каждое лето и к концу сезона была черной, как негритенок. Мама постоянно бегала за мной с одеждой, чтобы прикрыть от солнца, но я обожала носиться раздетая.

– Надеюсь, и сейчас не разлюбила?

Увидев вожделенный взгляд, Фелисити рассмеялась, но не стала отвечать на этот вопрос.

– Как-то летом, когда мы были еще девчонками, Кэролайн и я провели здесь целую неделю. С нами были миссис Карпентер и несколько слуг. И вот однажды поутру мы с Кэролайн решили окунуться. Едва рассвело, мы поднялись с постелей и помчались на пляж.

Глядя на оживленное лицо жены, Джаред улыбался. Господи, да он может часами сидеть вот так и, молча слушая, смотреть на нее!

– Поскольку было еще почти темно, – продолжала Фелисити, – то мы не заметили, что кучер с грумом тоже пришли на берег с той же целью. Они расположились немного поодаль, так что мы не видели друг друга, пока все разом не вылезли из воды и не начали одеваться. – Когда Фелисити говорила это, глаза ее искрились смехом. – Боюсь, я так и не смогу описать тебе выражение лица миссис Карпентер, которая, выскочив за нами из дому, обнаружила на берегу четверых раздетых людей, причем разного пола.

– А что на тебе было?

– На мне? Я-то была в рубашке. Очень скромно одета, уверяю.

– А Кэролайн?

– А она была только в панталонах.

– Теперь я понимаю, что огорчило миссис Карпентер.

– О, это было совсем невинно! Ведь оба, и кучер, и грум, отвернулись в ту же секунду, когда нас заметили.

– Точнее, в ту секунду, когда вы увидели, что они на вас смотрят.

Фелисити пожала плечами:

– В любом случае больше мы туда не ездили.

– Расскажи мне, что это за место?

И Фелисити в мельчайших деталях описала маленький домик и его окрестности.

– И мы там будем совсем одни? – с воодушевлением спросил Джаред.

Фелисити чуть не рассмеялась, видя, как он оживился, но только бросила на него хитрый прищуренный взгляд.

– Кучера мы отправим в город, так что, полагаю, останемся одни, А что? Уж не задумал ли ты столкнуть меня с обрыва?

Джаред даже рассмеялся – до того неожиданным был поворот ее мысли. Ведь на самом деле он мечтал о том наслаждении, которому они станут предаваться в пустом домике вдали от всех.

– Знаешь, раньше я как-то об этом не думал, но ты подала мне интересную мысль.

– Ну да, если только я тебя не опережу.

Джарсд решил, что настало время утихомирить этот болтливый язычок.

– Иди сюда.

– Куда? Как я смогу втиснуться возле тебя?

– Нет, не возле. Сядь ко мне на колени.

Она сделала до крайности удивленное лицо:

– И помять свое платье?!

– Фелисити, – вздохнул Джаред, – я твердо намерен при первой возможности избавиться от этого платья, а потом ты больше никогда его не наденешь. Так что разве имеет значение, если оно немного помнется?

– Ну вот, ты уже собираешься от него избавляться, а между тем так и не похвалил его. Ты ни словом не обмолвился, как я в нем роскошно выгляжу, не сказал, что я была самой прекрасной невестой. Кажется, я могла надеть на себя мешок.

– Ты и правда обворожительна. А теперь иди сюда.

Фелисити побарабанила пальцами по сиденью.

– Ну-ну, весьма романтично.

Джаред только рассмеялся.

– Ну, скажи мне что-нибудь романтичное, – потребовала она.

– Например?

Фелисити пожала плечами:

– Ну, можешь сказать, что мои волосы такие густые, а зубы как жемчужины, что у меня очаровательные маленькие ножки, а глаза как темные озера… – Запнувшись, она добавила: – Ну, я не знаю, что-нибудь еще.

– Но это неправда, у тебя не очень темные глаза. Они медовые и чудесно блестят, когда ты меня дразнишь. Так мне больше нравится.

– Действительно? А что тебе еще нравится?

– Ты.

– Ну, это надо полагать. А что тебе нравится во мне? – Девушка свела брови и, не выдержав, взмолилась: – Боже, еще никогда мне не приходилось так выпрашивать комплимент!

Джаред снова рассмеялся. В последнее время ему часто доводилось смеяться. Почти каждый раз, когда он говорил с Фелисити.

– Обещаю, что, если сядешь ко мне на колени, я расскажу тебе все.

Фелисити быстро переместилась к нему.

– Тебе не слишком тяжело, надеюсь?

– Не беспокойся. Я выдержу твой вес.

Фелисити бросила на мужа предупреждающий взгляд: