Ошибка, которую я совершила - Пола Дейли

рассеянно переспросила она. — Мы никогда не ругаемся. Я игнорирую его, когда злюсь, ты же знаешь.

— Значит, ты не злишься?

Петра вздохнула, и ее плечи заметно вздрогнули.

— Нет, — сказала она. — Просто он иногда бывает такой… — она помолчала, — обыкновенный.

Затем она виновато посмотрела на меня, как будто знала, что нарушает неписаный договор, но ничего не может с собой поделать.

В дверь позвонили.

— Боже, — сказала она. — Мне надо перевернуть бекон. Ты откроешь?

***

Каким-то образом Скотту удалось скрыть свой шок при виде меня в дверях дома Петры. И то, что могло стать крайне неловкой сценой, сократилось до эпизода благодаря Кларе, закатившей самую блестящую в этом сезоне истерику. Я вообще люблю смотреть хорошие истерики: взрослые при этом начинают вести себя совершенно неестественным образом, особенно Петра, у которой всегда есть длинный перечень оправданий, почему ее дочь не может вести себя прилично. Ей не уступала Надин, изо всех сил заверяющая Петру, что она «не плохая мать и ни в чем не виновата».

В разгар этой суеты Скотт бросил на меня взгляд через кухню, говоривший: «Вот дерьмо, да? Как неожиданно!» Я быстро пожала плечами и улыбнулась: «Что есть, то есть. Давай не облажаемся».

Мы не облажались.

Вместо этого мы перебрасывались безобидными фразами о собственных отпрысках. Кудахтанье Петры и Надин было скучным, но безопасным, и я уже собиралась извиниться и уйти, когда Надин сбросила бомбу:

— Знаете, Роз, я тут подумала… Я уверена, что вам понравится мой брат.

— Оу? — спросила я.

— Да. Он уже давно один. Понятия не имею, почему. Он вполне приличный парень.

— Разве мы с ним еще не встречались? — сказала я неопределенно и посмотрела на Петру.

Та сияла. По выражению ее лица можно было решить, что Надин говорит о члене королевской семьи. Она ела глазами Надин, ожидая продолжения, но Скотт довольно резко сказал:

— Брось, Надин. Твой брат не подходит для Роз.

Надин повернулась к нему со спокойным выражением лица, за которым скрывалась глубокая обида.

— Почему? — спросила она. — Чем он плох?

Скотт пожал плечами.

— Он… — он сделал паузу, тщательно подбирая слова, — он не из тех, кто занимается делом.

Я взглянула на Петру, ее улыбка испарилась. Она выглядела так, словно из нее выпустили весь воздух. Не желая расстраивать Надин, но понимая, что должна что-то сказать, она произнесла:

— Роз нужен стабильный партнер. Вообще-то, для нее сейчас очень важна финансовая стабильность.

Для тех, кто не знал моей истории, это могло прозвучать помпезно и неприятно. Но в данной ситуации Петра защищала себя в той же мере, как и меня. На самом деле, слова Петры не побеспокоили Надин, но она явно злилась на оценку Скоттом ее брата. Нам же оставалось беспомощно ожидать взрыва.

— Мой брат, — процедила она сквозь зубы, — порядочный человек, и у него нет финансовых затруднений. Он добрый, надежный и преданный, а то, что у него нет твоих амбиций, Скотт, не делает его неудачником.

Скотт откинулся на спинку стула:

— Я не назвал его неудачником. Я просто считаю, что он не подходит для Роз, вот и все.

Надин смотрела на него в упор:

— Почему ты так считаешь?

— Потому что, — и он посмотрел на меня, — Роз нужен мужчина, способный поддержать ее. А твой брат перекати-поле. Он хороший парень, но ни к чему не стремится. И когда ему исполнится шестьдесят он так и будет жить одним днем.

Надин покачала головой:

— Поверить не могу, что ты так к нему относишься.

— Если честно, — я предприняла слабую попытку вмешаться, — я все равно сейчас не могу никуда выходить. Следующие две недели Джордж будет дома, так что я застряла с ним. Я, конечно, не отказываюсь, просто…

— Ты можешь пойти в четверг, — сказал Винс.

Это были его первые слова, с тех пор, как мы сели за стол. Он приготовил себе сэндвич с беконом и яйцом, и когда откусил, немного желтка протекло из уголка его рта. Петра поморщилась.

— Мы в четверг идем на рыбалку. Он может переночевать у нас, или я привезу его позже, если хочешь. А ты сходи выпить с этим парнем. Идет?

Надин повернулась ко мне и склонила голову набок. Она ждала ответа.

— Хорошо, — вылетело из моего рта, прежде чем я осознала, что говорю.

И только взглянув на Скотта, я поняла, что натворила.

Он был зол. Он вообще не хотел, чтобы я встречалась с братом Надин.

***

Уинстон привез Джорджа домой сразу после семи.

— Поговори с ним, — сказал он, когда Джордж, угрюмый и молчаливый, прошел мимо меня наверх в свою спальню.

Селия у себя в палисаднике поливала цветы в подвесных корзинах специальной лейкой с длинным носиком. Она казалась полностью сосредоточенной на своей задаче, но явно подслушивала. Я наклонила голову в сторону Селии и спросила, не хочет ли он зайти. Я не собиралась обсуждать моего сына на крыльце. Но Уинстон отказался.

— Не могу. У меня встреча.

— Да?

— Микки Таллис. Мы с ним занимаемся кайтсерфингом в Морекамбе.

— Постарайся не убиться.

Уинстон знал Микки Таллиса много лет и болтался с ним, когда не мог найти компанию получше. Он был последним холостяком из их круга. Я старалась избегать Микки (особенно, когда он напивался), потому что любой разговор с ним сворачивал к «Ультравоксу»* (* Британская рок-группа), и к тому, какой несправедливостью было, что их альбом «Вена» лишился первого места в хит-параде из-за нелепой записи Джо Дольче «Тень, с которой ты сталкиваешься».

Все это было давно уже не актуально, слава Богу.

Уинстон привалился