Попаданец со шпагой-2 - Вячеслав Коротин

— Не беспокойтесь: я хозяину заплачу...

— А вот этого не надо! — тут же вскинулся офицер. — Казаки для своего раненого и сами денег соберут.

— Ну, хорошо! — наверное, обычай у них такой. — Только дрались ведь вместе. Неужели от меня и моих солдат долю не примете?

— Наверное, можно, — слегка задумался Самойлов. — Только разрешите и я к вам с просьбой обращусь?

Нормально? Это типа я деньги заплачу, чтобы его же просьбу выполнить?

— Слушаю.

— Дозвольте нам и дальше под вашей командой воевать? Больно справно у вас получается французов бить...

— Это немцы были...

— Да какая разница, Вадим Фёдорович, — казак впервые осмелился назвать меня по имени — отчеству. — Ловко вышло сегодня. Ведь мы тоже не подкачали?

— Нет, всё очень удачно прошло, Сергей Лукич. С моей стороны возражений не будет — проверенный в бою товарищ всегда предпочтительней нового и неизвестного. Если позволит ваш полковник — с удовольствием приму в отряд.

Блин! На самом деле мне такое количество казаков совершенно не нужно — десяток, да с толковым офицером, но не более. В качестве их начальника вполне Самойлов подойдёт, однако, мы не казачий отряд, а диверсионный. Донцы необходимы в качестве разведки, а не для подобных «экспромтов», что устроили сегодня.

Молодцы, конечно, но лучше бы было скрытно отойти без потерь, чем рубать и колоть немецких драгун. А, в результате у нас и трупы, и, в различной степени раненые.

Если бы вражеская кавалерия сошла с ума, и решила нас искать и преследовать, то уж им-то устроить козью морду на лесных тропинках особого труда не составляло...

Да и вообще: а ну как начнут пытаться «демократическим путём» решения принимать... Я понимаю, что пока ещё не тысяча девятьсот семнадцатый, но казачьи обычаи знаю «на троечку» — нафига мне возможные проблемы?

— И ещё, Сергей Лукич... Ты извини, конечно, но постарайся понять: три десятка казаков для моего отряда — много. Сегодня была особая операция, но она для нас не характерна. Сегодня — вы молодцы! Ваши пики и сабли пришлись очень кстати. Но обычно мы действуем меньшей группой, так что более десятка казаков мне не нужно. Не обижайся. Согласен командовать десятком — буду рад принять под своё начало. Нет — извини.

— То есть вежливо намекаешь, что не ко двору мы тебе пришлись? — набычился хорунжий.

— Да не заедайся ты, Лукич! — ну вот что за упёртый экземпляр попался! — Я виноват. Я не должен был позволять вам атаковать драгун. Понимаешь?

После взрывов на дороге необходимо было скрытно отойти и всё. И ни каких раненых у нас. Именно так и должен действовать отряд. Казаки при нём — разведка, а не ударная сила. Не нравится — значит нам с тобой не по пути.

Но вина в том, что произошло не ваша — моя. И это лишний раз показывает, что так много людей мне не нужно, я не способен таким количеством управлять. А задачи у нас специфические. Пусть отряд будет малым, но он должен являться скорым и мобильным. И каждый чтобы под рукой...

Появился скачущий навстречу Егорка, которого я отправлял в предварительную разведку к ближайшему жилью. Понятно, что крайне маловероятно наличие противника в таком месте, но береженого Бог бережет...

— Так что, ваше благородие, всё спокойно, — доложил уралец. — Хозяина я предупредил. С полверсты ещё ехать.

— Спасибо, Егор Пантелеевич.

— Только... — слегка замялся казак.

— Ну что такое? Говори уже!

— Да не сильно доволен куркуль местный нашему появлению...

А кто бы сомневался!? С чего же это радоваться крестьянину визиту полусотни военных в свой дом?

Но, увы — война. Не от хорошей жизни мы к нему в гости заявимся. Ладно — на месте разберёмся.

Слева от дороги кончилась стена леса, и открылось поле. Ещё метрах в двухстах по пути и столько же в сторону виднелся хутор. Место для обороны в случае чего препоганое. Быстро оставляем раненого и поскорее валим отсюда.

Отдал приказ отправить вперёд и назад по дороге разведку, а сам, вместе с Семёном и ещё двумя донцами поехал к жилью.

Невысокий, но кряжистый мужик встречал у ворот.

— Здравствуй, хозяин! — поприветствовал я хуторянина.

— Здравия желаем вашему благородию, — поклонился крестьянин.

Радости его лицо совершенно не выражало, но тут удивляться нечему: немалую «головную боль» обитателям хутора мы привезли в лице раненого казака.

— Наш боец ранен, до своих не довезём. У тебя останется, — просить гостеприимства было глупо — нужно действовать решительно. Однако и слишком наглеть не стоит, надо «подсластить пилюлю», чтобы уход за оставленным на попечение способствовал выздоровлению.

— Не беспокойся: вот три целковых, — ссыпал я деньги в немедленно протянутую навстречу ладонь, — только вы уж постарайтесь, чтобы он выздоровел.

— Премного благодарны, барин, — снова поклонился мужик. — Только мы бы и так выходили, не извольте беспокоиться. Лекаря, правда, в округе нет, а в Режицу ехать за ним боязно, но баба моя справится.

Товарищи раненого, находившегося в полуобморочном состоянии от боли и потери крови помогли тому сойти с седла, и повели в избу, а хозяин отправился пока устраивать «на постой» казачью кобылу.

Я остался в обществе двух пацанят, которые из во все времена неистребимого для мальчишек любопытства прибежали из дома поглазеть на гостей.

Ребята лет семи — восьми выглядели здоровыми и ухоженными. Никак не походили на рахитичных «детей подземелья».

Заговорить со мной не осмелились, но глазами так и пожирали...

Да уж: до жути захотелось залезть в карман и вытащить оттуда пару конфет — увы. Ни конфет, ни сахара у меня с собой не имелось. Пряников тоже. Ничего, чем можно было бы угостить этих славных белобрысых мальчуганов...

В конце концов, мальчишки одинаковы во все времена: я достал два пистолетных патрона, надкусил каждый, и выковырял пули:

— Держите, ребята! — два свинцовых шарика упали к ногам детей, и были тотчас же цапнуты маленькими ладошками.

— Благодарствуйте, барин! — вразнобой прозвучали ребячьи голоса.

Не знаю: сглупил я с таким подарком или нет, но вроде бы действительно чувствовалось, что пацаны таким сувенирам рады.

Сильно подозреваю, что их отец предпочёл бы, чтобы я дал паренькам по пятаку, но они сами, думаю, не променяли бы мои кусочки «военного» металла даже на серебряные рубли. Во всяком случае, вспомнив себя в их возрасте, я не променял бы...

Из дома вышли оба казака и быстро, но без спешки направились ко мне.

— Всё в порядке, ваше благородие: хата справная, чистая, так что Курников подымится, если Господь позволит...

Ух ты как Ражев-то поспешает! Верно что-то на дороге!

Я оглянулся, и увидел несущегося во весь опор всадника. Разглядеть кто это конкретно возможности, разумеется, не было, но это , несомненно, один из дозорных, которые отправлены на разведку.

— Французы, ваше благородие! — выдохнул слегка очумевший казак, подскакав ко мне.

Да что ты говоришь! А я-то подумал, что марсиане десантируются!

— Где? Сколько?

— Через четверть часа здесь будут. На гусар похожи. Не разглядел точно.

Разговор вёлся уже на скаку, подробностей не выяснишь...

— Давай со своими в лес. Сразу. Потом догоните...

А с основной группой мы рванули к Себежу по уже известной дороге.

«Рванули», это, конечно, сильно сказано — не то животное лошадь, чтобы, как в киношках, летать часами галопом. Потому-то я и Ражева со товарищи для начала в лес потеряться отправил.

Есть гепард, который может на минуту — другую развить совершенно умопомрачительную для живого существа скорость, есть верблюд, который способен обогнуть земной шар по экватору, если его просто кормить и поить своевременно... Как среди людей, так и в природе, имеются и спринтеры, и марафонцы. Лошадь — «средневик»: может, конечно, и «спурт» выдать, но ненадолго. Даже строевых более двух — трёх раз в атаку поднять не получалось, чего уж про «казачек» говорить...

Так что уходили мы спокойно: не имелось необходимости рвать жилы из наших лошадей. Совершенно никаких оснований считать, что у преследователей имеется информация о месте нахождения и направлении движения моего отряда.

Но дело не в этом — откуда ещё эскадрон кавалеристов?

Значит те ребятки, которым мы устроили «дорожное приключение» не единственные на этом тракте?

Может и наша одна ракета дезинформировала штаб корпуса о том, что «небольшими силами»?

А вот, поди теперь разберись: может и дивизию на Режице бросили. Как узнаешь, когда солидная погоня на хвосте?

Причём после дождя следы нашей конной оравы на дороге вполне себе конкретно читаются — не спутаешь и на лесную тропу не свернёшь. Либо уходить полным ходом, либо опять засаду устраивать...

Только кишка у нас тонка против эскадрона гусар или конноегерей, который висит на плечах: даже динамитных шашек всего несколько, а это совершенно несерьёзно будет. Только уходить! Самыми шустрыми темпами уходить.