Пепелище славы - Роджер Джолли

Фиалковые глаза эльфийки на мгновение испуганно расширились, но она очень быстро совладала с собой, чем поднялась в представлении Шенгара еще на одну ступеньку.

«О, Владыка, да упокой волны твой дух, о, Небесный Олень-прародитель, воинственный Эвора и вся ваша компания, уберите ее от меня ради всего святого, или я больше не выдержу!» – отчаянно взмолился молодой охотник.

Припомнили злопамятные северные боги, как беззастенчиво вплетал он в хвастливые охотничьи истории откровенное вранье о священных знаках и символах, якобы встреченных на пути, или то было простым совпадением, но раненое легкое вновь напомнило о себе приступом кровавого кашля.

Ушастый с фингалом резво вскочил на ноги и, схватив Нириэль за плечи, решительно вышвырнул ее из-под скального навеса. В лицо орку уставилось острие меча.

– Только дотронься до нее своими грязными лапами, – пообещал эльф.

Шенгар был готов высказать все, что думает о чьих-то других лапах и об их обладателе в целом, если бы не клокочущая в горле вязкая жидкость.

С большим трудом удалось ему приподняться на локтях. Вздрогнув, эльф отступил на шаг, и Шенгару сделалось смешно. Смачно сплюнув откашлянную кровь, молодой орк одарил ушастого самой очаровательной клыкастой улыбкой, на какую был способен.

– Гав! – рявкнул он, глядя эльфу в глаза, и клацнул зубами.

Прыжком, оказавшему бы честь горному козлу, удирающему от барса, длинноухий отлетел метра на два, едва не сбив с ног Нириэль, наградившую его таким выразительным взглядом, от которого стоило закопаться в землю. Хохот Шенгара потонул в затяжном приступе кашля.

Ни частицы света не попадало на темное осклизлое дно колодца. Таким образом, на стороне Орога было то неоспоримое преимущество, что он различал смутными тенями собственные ноги и руки – а также сжавшуюся у противоположной стены фигурку эльфа. Давно уже Орог не употреблял, даже мысленно, словечек навроде «длинноухий», но сейчас он чувствовал, как весь ругательный лексикон, относящийся к эльфам, оживает в его голове. Назвать иначе как «ушастый» трясущееся создание напротив не поворачивался язык.

Орог слышал в темноте, как клацают у того зубы. Наконец, ему надоела эта немая сцена.

– Ну как, свидетель ты наш ценный, добился чего хотел? – поинтересовался он свирепо.

– Ты… Ты… Ты убьешь меня за это? – спросил эльф, еще сильнее вжимаясь в камень.

– Стоит подумать, – буркнул Орог в ответ. – Есть дальнейшие умные идеи?

– Значит, не убьешь?

– Ну если ты так настаиваешь…

Молниеносным броском Орог сомкнул когти на шее эльфа и легко, одной рукой, оторвал его от пола. Длинноухий отчаянно захрипел и задергался. Орог хорошенько встряхнул его для усиления эффекта и отпустил хватку:

– Живи пока.

Некоторое время сидели молча. Убедившись, что карать за содеянное прямо сейчас его никто не собирается, эльф немного осмелел и спросил:

– А правда… Кто ты такой на самом деле?

– Посланник Темного Властелина, – отозвался Орог невозмутимо.

– Но ведь он погиб!

– Ты нырял на дно океана, чтобы лично осмотреть труп?

– Но…

– Но? Вижу, мой ушастый друг, ты еще и дурачок в придачу. Прежде чем кого-то подставить, не мешает узнать, каких врагов обретешь впоследствии. Очередная пауза повисла в смрадной тишине колодца.

– Если ты такой могущественный, – сказал эльф тихо, – почему сидишь здесь, а Уршнак – на троне?

– Он не продержится там и месяца, – презрительно фыркнул Орог. – Что до всего остального… Попробуй поднять меня за горло, ушастик, и тогда, быть может, я отвечу на твои вопросы.

От предложения померяться силами эльф благоразумно отказался. Орог удовлетворенно кивнул:

– Я рад, что мы разобрались, кто главный. А теперь ответь мне… Эльвидар, я правильно запомнил? Эльф изумленно заморгал глазами:

– Тебе известно мое имя?

– Мне вообще много чего известно. Так вот. Я знаю, ты и твои товарищи явились в горы на поиски минералов и руд. И некоторые из вас неплохо в них разбираются.

– Это так, – согласился Эльвидар. – Я сам отлично разбираюсь в металлах, их породах и свойствах.

Когда разговор повернулся неожиданно к теме, где эльф полагал себя непревзойденным знатоком, голос его стал гораздо увереннее. К нему даже вернулась отчасти спесивость повадок, изрядно поутраченная за время плена.

– Я также владею искусством превращения элементов, называемым людьми алхимией. Не знаю, как объяснить это столь примитив… Агхххх… – эльф захрипел, почувствовав на горле сжимающиеся орочьи пальцы.

– Что не мешает тебе оставаться самонадеянным болваном, – заключил Орог. – Однако, у меня есть к тебе одно предложение. И если ты согласишься, я прощу тебе сегодняшнее маленькое недоразумение.

В полной темноте даже орки видели плохо, различая лишь расплывчатые контуры нагретых предметов и теплокровных живых существ. Но этого хватило Орогу, чтобы разглядеть, как поморщился Эльвидар.

– Нечего кривить свою милую мордочку, как будто брезгуешь иметь с нами дело, – усмехнулся орк. – С Уршнаком ты уже торговался за свободу. Я предлагаю другой товар – жизнь.

– Может быть, я сам лучше умею делать мечи, чем махать ими, – с пафосом изрек эльф, – Но мой старший брат Элгиласт – воин и маг! Он и его товарищи придут мстить за меня!

– Начинаю трястись от страха, – фыркнул Орог, отпуская жертву. При этом он «ненароком» задел когтями нежную эльфийскую кожу. – Но советую остаться в живых хотя бы для того, чтобы сообщить ему, кому именно мстить.

Эльвидар испуганно схватился за шею, размазывая ручейки крови, бегущие из четырех глубоких царапин.

– Что тебе нужно? – спросил он.

– Всего лишь знания о металлах, которыми ты так бахвалился. В этих пещерах осталась от гномов куча полезных вещей. Твоя задача – помочь мне разобраться с ними.

– Ты говоришь так, словно десяток кровожадных убийц не заточил нас в такое глубокое подземелье, что не всякий гном…

– У тебя точно есть старший брат-воин? – перебил Орог.

– Ты в этом сомневаешься?

– Будь мой младший брат таким трусом, я бы его в детстве задушил. Исключительно из братских чувств – чтоб не боялся больше. Вообще-то, это верхние пещеры. Гномьи лабиринты начинаются дальше и залегают ниже. Окончательно пристыженный и напуганный, эльф замолчал.

Орог вспомнил, как во время последней вылазки в библиотеку наткнулся случайно на сборник эпических поэм и даже прочитал одну, интереса ради. Поэма показалась ему точной копией самых дурацких рассказов старейшин, только нелепого восторга больше раза в два. В одном из эпизодов нескончаемых подвигов, герой поэмы оказался брошен в темницу лютыми врагами. Автор смачно вырисовывал коптящие факелы, лязг цепей и вопли из камеры пыток в тщательных потугах описать мрачную тоску, охватившую душу пленника. Орог подумал, что поэта ни разу не совали в каменный мешок посреди Лесистых гор, иначе он бы счел времяпровождение героя в той темнице веселым и полным событий. Вокруг была только тишина, пустота и темнота. Внезапно Эльвидар подскочил, словно укушенный.