Лазутчики. Становление. Дилогия (СИ) - Роман Холодов

Захар вытащил лезвия, которые были закреплены у него на предплечьях и выдвигались при нажатии на кнопку. Старый фантастический американский фильм "Хищник" подарил инженерам эту идею, которую они удачно воплотили в абордажном скафандре. Лезвия были острыми и прочными, вскрывая — обшивку кораблей, как консервную банку. Что им какой-то скафандр.

Космопех, закончив работу с этой парой, переключился на следующую. Похоже охранник что-то заметил, потому что насторожился и стал поворачиваться вокруг своей оси. Захар прицелился и выстрелил очередью в несколько шариков. На скафандре врага появились рваные дырочки через которые стал выходить воздух. Охранник задергался. Он забыл о внезапно появившемся противнике — собственная жизнь дороже. Мусорщик обернулся на крик — услышал по радио. Но космопех не дал позвать ему на помощь — вторая очередь досталась падальщику. Оставив этих двоих умирать мучительной смертью, он поспешил на корабль.

Шлюз был закрыт. Нажав на кнопку, Захар заметил, что огромная плита двери вздрогнула и поползла вбок, открывая доступ внутрь. Он прошел в шлюз, держа пистолет наготове. На маленьких кораблях автомат неэффективен, лучше пользоваться дробовиками. Вообще в коридорах кораблей лучше пользоваться останавливающим оружием, бьющим по площадям. Космопех прошел внутрь кораблика и оказался в грузовом отсеке, где стоял, закрепленный в колодках, как стреноженный жеребец, колесный багги "Жук". Стояла пара коробок, еще какой-то груз расположился вдоль стенок. Во внутренние помещения вела вертикальная лестница — никаких тебе лифтов. Кораблик был предельно функционален.

Захар быстро вскарабкался на первый уровень и единственный уровень. Здесь располагались кубрики для экипажа, где селились по двое, маленький камбуз и лазарет, роль кладовой играл грузовой отсек, душ и туалет, отсек гидропоники с водорослями и святая святых — дизельная установка — сердце любого корабля. Рубка находилась выше и туда вела еще одна лестница. Захар быстро обшарил оба кубрика, лазарет и камбуз. Не поленился заглянуть к водорослям, в душ и зачем-то в гальюн, подняв крышку, посмотрел в дыру. Никого не обнаружив, полез наверх.

Виктор сидел в кресле пилота и общался с кем-то по радио на английском языке. Рядом с ним, под ногами лежало тело. Захар ни слова не говоря подошел к нему, наклонился, взгромоздил на плечо и спустился вместе с ним вниз. Отворив шлюз, он выкинул рулевого за борт, задраил люки и, щелкнув замками, откинул лицевой щиток, не снимая шлема. Воздух на корабле был затхлым, пахло какой-то пылью, прелой шерстью и еще непонятно какой вонью. Захар решил, что уже можно свободно дышать и подошел к стене, нажав несколько кнопок на внутренней стороне правого предплечья. Скафандр развинтился, раскрывшись, как раковина, выпуская человека, одетого в обычный земной зеленый камуфляж и в носках. Гипертрофированные мышцы бугрились под тканью. Биоинженеры потрудились на славу. Захар вышел наружу, посмотрел на грязный пол.

— Американцы — засранцы, — прокомментировал он то, что увидел. На мусоровозе не делали влажную уборку уже давно.

— Чего ты там говоришь? — раздался из репродуктора внутренней корабельной связи голос Виктора.

— Грязно тут, вот что. — Проворчал Захар.

— И не говори. — Подхватил пилот. — Сам удивляюсь, как они летали в таком сраче. Поднимайся в рубку, здесь поговорим. — Он оключился.

Захар потопал наверх, попутно заскочив в каюты и найдя себе обувь по размеру. Это, правда, оказались стоптанные американские кроссовки, но ему было все равно.

Виктор тоже успел снять скафандр и сейчас его космическая одежда стояла в углу рубки, выполняя роль статуи и вешалки. Одетый в обычный комбинезон, он был худой, с острым носом и довольно высок, по сравнению с метр шестьдесят восемь космопеха. Тонкие пальцы пианиста бегали по кнопкам пульта управления, совершая кучу операций в минуту. Пилот проводил тестирование системы и ругался себе под нос.

— Чем это ты недоволен? — спросил, поднявшись Захар.

— Всем! — резко ответил тот. — Они переделали систему управления, заглушив вспомогательные функции, которые, на их взгляд, влияли на энергоустановку. Теперь это не мощный буксир-тягач, а простенькое корыто, которое без плавучей базы далеко не улетит. Демонтирована резервная система подачи топлива, поменян насос, выдающий треть мощности, вместо рециркуляционной системы подачи воздуха в кладовой стоит несколько баков с водорослями. Ну прямо как на их кораблях. А что они сделали с двигателем! Восемь ионных пропеллеров, восемь, заменены фазоидными магнитодинамическими катушками, которые сжирают энергоресурса больше, чем крейсер! Это не корабль, это летающая свалка!

— Ну давай подберем себе другой. — Захару непонятны были изложенные пилотом проблемы.

— Вряд ли он будет лучше этого. — Махнул рукой Виктор. — Придется доводить до ума то, что есть. Нам позарез нужен механик-моторист. Один я не справлюсь. Электрику я еще могу прокинуть по новому, ну, автопилот перепрограммировать и посмотреть навигатор, кое-что подправить, но на большее меня не хватит. Нужна светлая голова. Где нам такую взять?

Захар на мгновение задумался.

— Только на одной из корпоративных станции. На правительственные нам лучше не соваться.

— Согласен. Но до ближайшей на этом металлоломе три дня пути и я не знаю, хватит ли нам горючки.

— Далеко лететь не придется. Здесь, на орбите Плутона, есть две станции — кислородоперерабатывающий завод "Оксиген" и литейный цех "Метеортехнолоджи инкорпорейтед". Обе базы содержат собственную охрану, но она немногочисленна и не суется в дела пролетающих мимо дальнобойщиков. При базах организована бартерная зона. Сюда частенько наведываются корпоративные пираты. Республиканцы патрулируют только внутренние планеты, на внешние им силенок не хватит, да они им и не нужны, а корпорациям и их пиратам пригодятся.

— Ты откуда так много знаешь? — поинтересовался Виктор.

— Разведсводки иногда читать надо. — Наставительно сказал Захар. — Там иногда много интересного пишут.

— На ремонт нужны деньги. — Виктор покачал головой.

— Загрузим корабль доверху консервами и медикаментами. На третьем уровне как раз расположена столовая и лазарет.

— А зайти туда получиться только со стороны Харона. Это нас прикроет от радаров эскадры, а с местными мусорщиками я уже поболтал, рассказав байку о том, что станция разбита вдребезги и ловить здесь нечего. Сейчас мы отделимся и отойдем в сторону, скрывшись за обломками крейсера. Это нас, конечно, от их радаров не скроет, но зато заглушит сигнал. А потом мы вернемся.