Клоп на Луне - Владимир Моисеев

Аркадий: Ну, началось. Боишься, что появятся проблемы? Но разве раньше у тебя со мной были проблемы?

Надеждина: Нет.

Аркадий: Вот и прекрасно. Занимайся своим солнечным ветром. И ни о чем не беспокойся. Тебя здесь никто не обидит. Уж за этим я прослежу!

Появляется Полубрат. Он явно встревожен, ему хочется поговорить с Надеждиной о чем-то важном для него.

Полубрат: Здравствуйте, госпожа Надеждина, разрешите представиться. Я - Семен Полубрат. Заместитель начальника базы, врач, медик, биолог. Готов консультировать по всем вопросам, касающимся моей профессиональной деятельности. Есть вещи, в которых я разбираюсь самым лучшим образом.

Надеждина: Очень приятно!

Полубрат: Вот и Аркадий может подтвердить, что моя профессиональная репутация вне подозрений. Правда ведь, Аркадий.

Аркадий: Все чистая правда. Наш Полубрат - очень умелый человек.

Полубрат: И знающий.

Аркадий: И знающий. Все верно. Подтверждаю. Что это ты, брат, расхвастался? От избытка чувств или потребность какая-нибудь появилась?

Полубрат: Потребность. Конечно, потребность.

Аркадий: А, ну тогда продолжай. Умелый, знающий, что еще мы пропустили?

Полубрат: Хороший психолог. Отзывчивый человек. А еще я лучше всех понимаю психологические особенности проживания на Луне. Ради душевного равновесия пациентов, то есть сотрудников, я готов на многое.

Аркадий: К чему ты клонишь?

Полубрат: Я могу сказать это госпоже Надеждиной только с глазу на глаз. Без посторонних.

Аркадий: Тайны? От меня? Не потерплю!

Полубрат: Тяжело с тобой, Аркадий! Какие тайны? Все, что я хочу рассказать госпоже Надеждиной, тебе хорошо известно. Я должен поговорить с нею наедине, только чтобы не смущать лишний раз простотой наших нравов. Что тут непонятного?

Аркадий: Мне уйти?

Полубрат: Сделай одолжение.

Аркадий уходит.

Надеждина: Я слушаю вас.

Полубрат: Нет другой более враждебной человеку среды, чем открытый космос. Мы - бесстрашные первопроходцы сталкиваемся с огромным количеством, нарушающих наше душевное равновесие факторов, которые на Земле встречаются крайне редко. Например, постоянная угроза лишиться последнего глотка кислорода или опасность отказа систем жизнеобеспечения. В любой момент мы можем замерзнуть или поджариться. Это как повезет. А излучение! Разве можно быть уверенным, что защита от космических лучей действительно непробиваемая?

Надеждина: Все это я знала еще на Земле. Никогда не думала, что простое перечисление этих опасностей может быть таким жутким делом. Вы напугали меня. Зачем?

Полубрат: О,я еще не перешел к самому ужасному.

Надеждина: Что же это?

Полубрат: Одиночество. Нас здесь шестеро. Четыреста тысяч километров вакуума отделяет нас от остального живого мира Земли. А она, наша Земля, такая маленькая. Вы уже видели ее?

Надеждина: Да.

Полубрат: Очень маленькая планета.

Надеждина: Да.

Полубрат: Есть люди, которые боятся высоты. Когда они залезают на двадцатый этаж, им запрещают смотреть вниз, чтобы голова не закружилась. А нам, жителям Луны, запрещают смотреть на нашу маленькую Землю.

Надеждина: Чтобы не закружилась голова?

Полубрат: Нет. Чтобы мы не сошли с ума. Люди не переносят одиночества - это давно известно. А здесь на Луне одиночество – это норма.

Надеждина: Вы решили запугать меня? Вам это удалось. Я боюсь!

Полубрат: А вот и нет! (радостно ржет) Совсем наоборот. Я открыл способ справиться с одиночеством. В качестве панацеи мною придумана своеобразная прививка. Природное иглоукалывание. Я контрабандой привез на Луну своего знакомого живого клопика. Не передать словами облегчение, которое охватывает меня, когда я вижу, как по руке ползет живое существо - клопик Коперник, так я его назвал. А уж когда он меня кусает, я вообще на седьмом небе от счастья. Я оказался нужен настоящему живому существу! Есть от чего возгордиться!

Надеждина: Я потрясена!

Полубрат: Ребята время от времени пользуются услугами моего Коперника. К сожалению, не часто. Я, как врач, хотел, чтобы они позволяли кусать себя чаще. Но потребность быть укушенным у разных людей разная. Тут ничего не поделаешь. Понимаю, что вам пока трудно оценить всю прелесть общения с Коперником. Но пройдет неделя, и вы обязательно познакомитесь с моим клопиком ближе. Обслужим вас без очереди.

Надеждина: А что, очень может быть я и соглашусь, если ностальгия замучает.

Полубрат: Спасибо, что правильно меня поняли. Должен обратиться к вам с просьбой.

Надеждина: Конечно. Все, что в моих силах.

Полубрат: Похвалите моего клопика Амбразуркину. Не любит он Коперника. Говорит, что я развел антисанитарию. Хочет раздавить моего клопика. Нельзя этого допустить. Нельзя!

Возвращается Аркадий, он немедленно направляется к Надеждиной, словно пытается защитить ее. Появляются остальные члены лунной базы: Амбразуркин, Полубрат, Лукин-Матфеев, Помидоров.  Они молча с неподдельным интересом разглядывают Надеждину и Аркадия, словно бы желая разведать всю предысторию их отношений и предсказать дальнейшее их развитие.  Пауза затягивается. Наконец, Аркадий не выдерживает.

Аркадий: Давайте же, наконец, ужинать! Сколько можно ждать!

Амбразуркин: Нет! Сначала стихотворение попрошу!

Аркадий: Я выучил. Честное слово выучил. Только настроения нет читать. Голод замучил.

Амбразуркин: Нет. Читайте сейчас, не задерживайте товарищей.

Аркадий: Да что же это такое!

Амбразуркин: Читайте, хватит ломаться. Прочитаете быстренько и за стол. Праздник космонавтики отменять никто не собирается. А кроме нас торжественный концерт самодеятельности готовить некому. Так что читайте.