Чуждый зной - Майкл Муркок

Джерек заметил, что мать задремала. Стоило ей только прилечь на мгновение, как она засыпала - привычка, которую она выработала в себе, так как во сне к ней приходили самые лучшие идеи. Джереку же почти не снились сны. Если бы они снились, полагал он, ему не пришлось бы искать старые записи, чтобы читать, смотреть и слушать их.

И все-таки его признавали одним из лучших реконструкторов прошлого, даже если оригиналы, им созданные, не равнялись по силе фантазии творениям его матери или Герцога Королев, хотя в глубине души Джерек считал, что у Герцога Королев отсутствует эстетическое чутье.

Джерек вспомнил, что он и Железная Орхидея приглашены к Герцогу сегодня вечером, а поскольку давно не бывал на вечеринках, решил одеться во что-нибудь ошеломляющее.

Обдумывая, что выбрать, Джерек решил придерживаться моды 19-го столетия, так как ему нравилось постоянство стиля. И ничего причудливого. Все должно быть в меру, чистым, создающим образ, производящим впечатление и совершенно безличным. Вмешательство в стиль может только испортить эффект. Выбор казался очевидным.

Он остановился на полном вечернем костюме.

И подумал с самодовольной улыбкой, что выполнит все в сдержанной гамме светло-оранжевого и темно-голубого цветов. Смокинг. Цилиндр. С гвоздикой, разумеется, в петлице.

2. ЗВАНЫЙ ВЕЧЕР У ГЕРЦОГА КОРОЛЕВ

Несколько миллионов лет назад (может быть, и поменьше, так как вообще ужасно трудно оценить Время) в легендарном Нью-Йорке процветал удивительный район под названием Королевский. Именно там супруга нью-йоркского короля основала летнюю резиденцию, построив вместительный дворец в окружении замечательных садов, и пригласила со всего мира самых талантливых и самых удивительных людей разделить с ней летние месяцы. Ко двору королевы съехались великие художники, писатели, композиторы, скульпторы, мастера и умельцы, чтобы продемонстрировать свои новые творения, разыграть представления, продемонстрировать танцы и исполнить оперы, обменяться сплетнями и развлечь хозяйку (которая, вероятно, и была мифической королевой Элеонорой из Красного Вельда, их покровительницей).

Хотя за прошедшие бесчисленные века несколько прежних континентов утонуло и несколько новых возникло, некоторые участки суши соединились, а некоторые разделились, Лиам Ти Пам, Цезарь Ллойд Джордж, Затопек Финсберри Ронии, Микеланджело 4578 Соединенные, не сомневался, что нашел настоящее место, где стоял тот самый дворец, и устроил здесь собственную резиденцию, чтобы достаточно обоснованно считать себя Герцогом Королев.

Одной из немногих постоянных черт этого мира являлась статуя Королевы Красного Мира, высотой в полмили и длиной почти шесть миль, изображающая героическую королеву в своем кадиллаке (колеснице?), влекомом шестью драконами, с необычайно изогнутым копьем в одной руке и квадратным щитом в другой, в причудливом шлеме на голове. Выглядела она исключительно героически, как, вероятно, в те времена, когда вела свои победоносные армии против мощи Объединенных Наций - грандиозного и амбициозного союза, который, согласно легендам, когда-то пытался овладеть всей планетой. Статуя так давно стояла на территории резиденции Герцога, что многие даже не замечали ее, тем более что сама резиденция часто кардинально меняла внешний вид, так как Герцог Королев любил ошеломлять всех оригинальностью и масштабом своих выдумок.

Когда Джерек Корнелиан и его мать, Железная Орхидея, приблизились, прежде всего, как обычно, им бросилась в глаза статуя, но тут же их внимание привлек дом, который Герцог, должно быть, специально воздвиг для этой вечеринки.

- О! - выдохнула Железная Орхидея, спускаясь из кабины локомотива и заслоняя глаза от света. - Какой он умный! Как восхитительно!

Джерек с развевающимся за плечами плащом-накидкой, присоединяясь к ней на ступенях лестницы, притворился безразличным.

- Да, вид впечатляет, - спокойно согласился он. - Герцог Королев всегда впечатляет.

Украшенная с головы до пят цветами - маками, ноготками и васильками, Железная Орхидея повернулась к нему с улыбкой и погрозила пальцем.

- Перестань, дорогой. Признай, что это великолепно.

- Я же сказал, что это впечатляет.

- Он неподражаем!

Его неудовольствие растаяло при виде ее энтузиазма. Джерек рассмеялся.

- Хорошо, желаннейший из цветков, он великолепен! Несравненен! Превосходен! Дух захватывает! Работа гения!

- И ты скажешь это ему сам, дорогой? - Ее глаза с иронией глядели на Джерека. - Ты скажешь ему?

Он поклонился.

- Скажу.

- Отлично! Тогда вечеринка еще больше порадует нас!

Конечно, в изобретательности Герцога не приходилось сомневаться, но, как обычно, думал Джерек, он перебрал во всем. В небе, окрашенном в коричневые и пурпурные цвета, кружились оставшиеся планеты Солнечной системы: Марс в виде огромного рубина, Венера, представленная изумрудом, Герод - сверкающий бриллиант и так далее - все тридцать.

Сама резиденция представляла собой репродукцию Великого Пожара Африки. Отдельные здания, каждое из которых имело очертания какого-нибудь знаменитого города того времени, весело полыхали огнем. Дурбан, Килва-Кивинжи, Йола-Тимбукту - все горели, хотя гигантские здания были сделаны из воды, и вода была ярко (излишне ярко, по мнению Джерека) окрашена, как и языки пламени, полыхающие любыми вообразимыми оттенками.

Среди воды и пламени бродили прибывшие гости. Естественно, пожар не давал тепла, почти не давал, так как Герцог Королев не имел намерения сжечь своих гостей. Может быть, поэтому, думал Джерек, резиденция казалась ему лишенной реальной творческой силы, но, с другой стороны, он не был склонен принимать такие вещи слишком серьезно.

Локомотив приземлился возле Смитсмитсона, башни и террасы которого, объятые пламенем, тут же восстанавливались, прежде чем создающая их вода могла пролиться на чьи-нибудь головы. Гости, не сдерживаясь, бурно выражали восхищение. В данный момент Смитсмитсон являл собой наиболее популярное зрелище в резиденции - не только для души, но и для желудка, поскольку гостей всюду ожидали накрытые столы. Пища и выпивка в основном соответствовали Африке 28-го столетия, и люди бродили от стола к столу, пробуя все подряд.

Машинально предложив руку матери, чье "брависсимо" прозвучало уже несколько менее экзальтированно, так как ей стал надоедать этот ритуал, и пробираясь сквозь толпу, Джерек заметил много знакомых лиц, но некоторых людей он не знал: кое-кто из них явно прибыл из зверинцев и, вероятно, все они - путешественники во Времени. Об этом свидетельствовало их неуклюжее поведение, они разговаривали неумело или стояли сами по себе, удивленные и несчастные.