Шляпа камер-юнкера - Виктор Королев

Старший сын был убит на дуэли. Отныне младший навсегда останется самым близким человеком для княгини, хотя и будет доставлять ей немало неприятностей, ведя богемную жизнь, не желая заниматься никаким серьёзным делом. «Не играй в карты, ограничь весёлое времяпрепровождение, работай мозгами», – умоляла Феликса в письмах Зинаида Николаевна.

Образумился князь лишь в 27 лет, решив по настоянию матери завести семью. Накануне Первой мировой войны в церкви Аничкова дворца венчались дочь великого князя Александра Михайловича, племянница Николая II Ирина Романова и один из богатейших наследников России Феликс Юсупов. После венчания молодые принимали поздравления и подарки от царя с царицей и многочисленных гостей. В 1915 году у счастливой пары родилась дочь, тоже Ирина (в замужестве Шереметьева).

…Сергей Владимирович Мироненко – доктор исторических наук, профессор, бывший директор Российского государственного архива – рассказывает:

– Князь Феликс Юсупов вошел в отечественную историю только одним – тем, что он принимал участие в убийстве Распутина. А дальше – долгие годы в эмиграции. Он спустил несколько состояний, ни в чём себе не отказывал, прожигал жизнь. Кончились деньги – написал воспоминания. Он довольно много там всякого напридумывал…

Начинать надо с того, что к 1916 году внутри семьи Романовых происходит раскол. Император и императрица не могут расстаться со старцем, хотя Распутин в глазах всех компрометирует царскую семью. Почему они держатся за старца? Вера в то, что он спасает мальчика, наследника? Это распространённая точка зрения, это не совсем так. Распутин был больше нужен императрице. Если хотите, он был её психоаналитиком.

Николай II и Александра Федоровна, которые сами себя изолировали от общества, получали очень дозированную информацию. Они не понимали, что страна летит в пропасть, а остальные Романовы это понимали. Семья пыталась что-то сделать. И – убила Распутина.

Убить человека – на это надо решиться, переступить какую-то моральную грань. А они это сделали удивительно легко. Феликс предложил в качестве приманки использовать свою жену Ирину. Пригласить к себе в дом Распутина. Тот – известный ценитель женщин. Красавица Ирина ему очень нравилась. Устраивается вечер, Распутин приезжает, но Ирины нету. Заговорщики думали, что никто не знает, куда поехал Распутин. Но он сказал полиции, что едет к Юсупову. И Феликс сам открыл ему дверь…

Что произошло в Юсуповском дворце на Мойке, все знают. Семейство Романовых просит царя не наказывать убийц. Но на коллективном письме своих родственников Николай начертал: «Никому не позволено убивать, убийцы должны быть наказаны».

И они ожидают наказания. Но не к месту вмешалась царица. Она приказывает арестовать великого князя Дмитрия Павловича и Феликса Юсупова. Она в ярости, она требует казнить их. И вот тут уже все Романовы поднялись: «Да кто она такая?! Она всего лишь жена своего мужа, и никаких прав у нее нет!» Возмущение было невероятное. Значит, на самом-то деле она управляет страной? Словом, подставила она императора. Пришлось ему втихую сослать всех заговорщиков по их родовым имениям.

Юсупову повезло, он с женой оказался в Крыму, в своем имении. Через два с половиной года они эвакуировались вместе с отступающей Белой армией. Из Крыма отплыли на Мальту, где за несколько бриллиантов получили паспорта и визы, оттуда – в Париж, Лондон, снова в Париж. В Булонском лесу купили дом, где прожили долгие годы. Блестящие гвардейские офицеры служили в те годы таксистами, швейцарами в парижских отелях, наездниками в цирке, как генерал Шкуро. Один Феликс поначалу купался в роскоши, расплачиваясь фамильными бриллиантами. Но он быстро спустил всё своё богатство.

12-й стул в Большом Харитоньевском переулке

Весной 1917 года Феликс Юсупов тайком пробрался из Крыма в Москву, чтобы взять фамильные драгоценности, спрятанные в родовом доме в Большом Харитоньевском переулке. Поздней мартовской ночью постучал в дверь дворницкой своего бывшего особняка. Очень долго ему не открывали. Потом послышались шаркающие шаги, дверь заскрипела – на пороге стоял сильно постаревший дворецкий, заспанный, с оплывшей свечой в руках:

– Кого ещё нелёгкая принесла?

И, всмотревшись, ахнул:

– Барин! Из Парижа!

– Здравствуй, Тихон. Я вовсе не из Парижа…

Сокровища оказались нетронутыми. Все 255 бриллиантовых брошей, 18 диадем, 42 браслета, каждое из украшений – настоящее произведение искусства. Всё, что мог унести, Феликс рассовал по карманам. Остальное, вооружившись стамеской и молотком, спрятал в одном из стульев, обитых розовой тафтой с золотыми павлинами. Может, даже в том самом, верхом на котором сидел юный Пушкин, играя в «конные скачки» с прадедом Феликса.

Ещё не рассвело, когда князь Юсупов покинул особняк, наказав дворецкому никому не говорить о своем визите. А спустя две недели явились вооруженные матросы, и началась революционная экспроприация. Огромный немецкий гобелен «Пастушка» был прямо с гвоздями сорван со стены. Выносились ковры и столовое серебро, иконы и кухонная утварь. Особо ценного в доме не оказалось…

В 1925 году во время капитального ремонта старинного особняка в Большом Харитоньевском переулке был обнаружен клад. Об этом тогда подробно писали все московские газеты. Клад содержал бриллианты, крупные изумруды, сапфиры, рубины, частью оправленные в золото и серебро. Эксперты подтвердили: диадемы, броши и браслеты из сапфиров, изумрудов и бриллиантов были преподнесены в день свадьбы великой княгине Ирине Александровне Романовой. «Гудок» и «Вечерняя Москва» радостно сообщали: «Многие вещи совершенно исключительного качества, они не поддаются никакому денежному исчислению». Самые значительные в художественном отношении изделия передали в московские музеи, главным образом – в Оружейную палату Кремля…

«– Где же драгоценности? – спросил предводитель дворянства.

– Да вот они! – прокричал румяный сторож, радуясь произведённому эффекту. – Вот они! Очки протри! Клуб на них построили! Видишь? Вот он клуб! Паровое отопление, шашки с часами, буфет, в галошах не пускают!»

Это уже цитата из романа «12 стульев». Сюжет подсказал писателям Валентин Катаев, родной брат Евгения Петрова. Все трое – Ильф, Петров и Катаев – работали тогда в газете «Гудок». В своих дневниках Евг. Петров записал: «В этот день мы пообедали в столовой Дворца Труда и вернулись в редакцию, чтобы сочинять план романа. Сколько должно быть стульев? Очевидно, полный комплект – двенадцать штук. Название нам понравилось…»

Авторы знаменитого романа и представить не могли, что на одном из стульев, за которыми гонялся «великий комбинатор», сидел когда-то действительно великий человек – поэт Александр Сергеевич Пушкин!

Последний путь последнего Юсупова был не по-княжески скромен: денег на отдельное место на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа не нашлось, и Феликса положили в одну могилу с матерью, правнучкой «верховного маршала».

Изданные «Мемуары» Феликса Юсупова кончаются словами: «Увижу ль когда Россию? Примет ли она меня? Надеяться никому не заказано. Но боюсь, что дверь эта никогда не откроется мне…»

Супругою твоей я так пленился…

«Он взял Париж, он основал Лицей…»

День выдался теплый и счастливый. В чём именно было счастье, он никому бы не признался. Разве что бумаге…

Так и мне узнать случилось,Что за птица Купидон;Сердце страстное пленилось;Признаюсь – и я влюблен!»

Строчки ложились легко, это были даже не стихи, просто он хотел запомнить своё сегодняшнее настроение, не растерять возникшее чувство, сохранить его, как приятный запах или ощущение солнечного тепла.

Чуть позже юный Пушкин назовет причину, почему запомнился ему этот день: «Супругою твоей я так пленился…» В тот майский день Александр Пушкин впервые увидел императрицу Елизавету Алексеевну, супругу Александра I. Она пришла на занятия в Лицей. И долго стояла за спиной у темнолицего курчавого юноши. Он писал в тетради, а она стояла за его спиной. Словно ангел. Никогда поэт не назовет её имя вслух, но отныне она навсегда останется Музой великого поэта.

…Погасли свечи в узкой комнатке на пол-окна. Завтра у лицеиста Пушкина обычный день – закон божий, французский, математика, фехтование, изящная словесность. А сейчас – спать. Чтобы не думать больше о том, что произошло сегодня, он начал складывать в уме стихи о великой победе над Наполеоном и о том, кто принес России эту победу: