Секрет счастья неидеальной женщины (СИ) - Третьякова Елена

— Нууу, настолько интересного, как у тебя, ничего не могу рассказать.

Родилась в Ленинграде, мама и мамина мама тоже отсюда. Бабушка блокаду пережила, одна из троих детей. Папа и его родственники из Новгорода. Так что я можно сказать, что однокоренная ленинградка.

— Оу, я и не знал, что есть такое определение, — Ник хмыкнул. — Тогда я тоже однокоренной.

— Это я сама придумала. Я же всё-таки филолог. Закончила университет, недолго поработала в школе учителем английского языка. Потом вышла замуж за военного и пару лет жила в Севастополе. После развода вернулась домой.

- А визажистом как стала?

— Когда переехала в Севастополь, работу сразу не нашла. Закончила курсы и стала потихоньку практиковаться. Потом уже и не захотелось в школу идти и быть привязанной к пятидневкам, тетрадкам, хотя с детьми работать было интересно. Но вот их родители, вся система отчетов, писанины вызывает у меня отторжение. Видимо, я всё-таки больше творческая личность.

— Но всю жизнь же не будешь девушек красить. Не думала о чем-то более серьезном?

Иру аж передёрнуло от фразы «девушек красить», как будто на маляр. Так пренебрежительно это прозвучало.

— Чем к примеру?

— Ну я не знаю…Может организовать студию, чтобы были отчисления налоговые на пенсию. Или школу, обучать других.

— Ну сразу видно, что ты заграничная птица, залетная, — Ира рассмеялась. — Какая пенсия, какие отчисления? Главное, чтоб на коммуналку хватило, на еду, ещё Алисе помочь хотелось бы.

— А Алиса это кто?

— Подруга, почти сестра.

— А почему ей помогать? Она болеет? Инвалид?

— Нет, слава богу. Она мать- одиночка. А я крестная Левки. Вот мы вдвоем и крутимся.

— А отец где и почему не обеспечивает ребенка?

- Он погиб.

Ник скептически заломил бровь, видимо, не веря, но Ира ничего не стала рассказывать. Попыталась перевести тему.

— Ты надолго приехал?

— На три недели. Закрыли проект и я решил сделать перерыв. С текучкой справится мой заместитель. Если что-то глобальное, то вернусь.

Глава 3

Да и в нашем не мало

Своими вопросами про Алису и Левку Ник разбередил старые раны. Редко — раз в год, Ира позволяла себе достать альбом с фотографиями, где хранились самые важные воспоминания. Но сегодня Ира, вернувшись домой, заварила себе травяного чаю и устроившись в кресле, достала альбом.

Познакомились они в первом классе, но не на линейке, а второго сентября уже в кабинете. Ира хотела сидеть за одной партой с Алисой, девчонкой из подъезда, но учительница их рассадила. Иру посадили с Сашей за третью парту, а Алису с Лёшей за четвертую. Так началась их многолетняя дружба. Они вчетвером были очень разные по характеру, но прекрасно дополняли друг друга. А тот факт, что они жили в одном доме, в одной парадной, но на разных этажах, только скрепило их союз.

Ира жила с родителями на пятом этаже в двушке, Алиса с мамой на третьем, а братья въехали в трешку на четвертом. Иришка любила собирать друзей на прогулку. Выбегая из своей квартиры, она спускалась на этаж и тарабанила в дверь к ребятам, потом бежала к Алисе на третий.

Вообще у Саши с Лёшей была интересная семейная ситуация. Мамы братьев были родными сестрами- погодками. Вышли замуж примерно в одно время и родили детей. Двоюродные по крови Саша и Леша росли как родные. Да и жили все вместе в Ленобласти в большом доме, оставшемся от родителей сестрам. Жили дружно, разъезжаться не хотели. Мужья работали в городе, добирались на машине. Когда мальчикам было по шесть лет, в аварии погибли Лешина мама — Татьяна и Сашин папа — Илья, Сашина мама — Тамара отделалась переломом руки и ссадинами, а Лешин папа — Василий- в тот день остался дома с мальчишками. Так в один момент от двух счастливых семей остались лишь осколки.

После похорон на семейном совете решили продать дом и перебираться в город. Так и поступили. Потом Василий решил поехать на заработки на Север, оставив мальчиков на воспитание Тамаре и своего отца — дедушки Паши. Так и получилось, что после переезда братья пошли в школу, тетя Тома на новую работу, а дядя Вася уехал. Братья были активные, шебутные, но беспрекословно слушались деда. Спокойная и мечтательная Ирочка и яркая, неугомонная Алиса влились в этот детский союз. Дед Паша стал авторитетом для всех детей. Он ещё в первом классе придумал прозвища для девочек: Ира — Ириска, Алиса — Барбариска. А если надо что обратиться сразу к двум девочкам, то были они Конфетки. Он умел и заинтересовать и приструнить, был прекрасным организатором досуга. Прогулки по лесам, экскурсии по музеям, походы в кино, театры, кафе — все с дедом Пашей было весело и интересно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дружба между ребятами была крепкая и продлилась все школьные годы и не прервалась после окончания, переросла уже в братство. Саша с Лёшей пошли служить в армию. Ира поступила в педагогический университет, Алиса — в театральный. Письма ребятам подруги писали по очереди, получая строчки от братьев, читали вместе. Отслужив, ребята поступили в военную академию, как и мечтали с детства. Девчонок закрутила новая студенческая жизнь, новые знакомства, романы. Но связь не теряли, собираясь по выходным, когда у ребят были увольнительные, в гостях у тети Томы и деда Паши.

На последнем курсе университета Иру настигла любовь, первая, яркая. Роман продлился два года и все шло к свадьбе, когда Ира узнала, что беременна. Свадьбу решили ускорить и сыграть в мае, а не в августе, как планировали. В это же время братьев отправили в командировку. Куда и зачем Ира не знала, да не интересовалась, ни тогда, ни потом. Вернуться Саша с Лёшей должны были как раз к Ириной свадьбе. Уже Алисе шили платье как для свидетельницы.

В первых числах мая у Иры случился выкидыш. Уже в больнице она узнала, что братья вернулись — Леша в медалях, Саша — в цинковом гробу.

Так из больницы бледная и измученная Ирина поехала на кладбище. А там новые новости: не выдержало сердце деда Паши. И хоронят деда рядом с внуком в одну могилу.

Стояла и даже не плакала, все ещё отплакалось в больнице. И смерть Саши, дедушки и потеря ребенка, все слиплось в душе и в горле в тягостный комок, который никак не удавалось проглотить. Ира любили Сашу как старшего брата и на краю могилы поняла, что он для нее был эталоном мужчины, мерилом, которым теперь Ира будет мерить всех мужчин. И она ясно понимала, что дотянуться до этой величины, каким был Саня, удастся не многим. Так в жизни и получилось — мало кто дотягивал, а снижать планку Ира не хотела и не могла.

Уже на поминках в кафе Алисе стало плохо. Она оказалась беременна. От Саши…

Как так получилось, что их отношения остались незаметны, Ира не знала. Они даже подали заявление в ЗАГС перед Сашиным отъездом. Наверное, она слишком была занята собой, новой работой, предстоящей свадьбой. Или ребята не афишировали чувства. Но так или иначе, для всех новость была ошеломительной.

Беременность Алисы протекала тяжело. Иногда Ире казалось, что они — Алиса, тетя Тома и Ира, этого ребенка выцарапали у судьбы. Помня свой выкидыш, Ира уговорила Алису на платное ведение беременности в частном медицинском центре у знакомой своей матери. Та была хорошим специалистом и, учитывая сложности беременности, Алиса большую часть провела в стационаре на сохранении. Тетя Тома разве что не молилась на Алису и ожидала ещё не рожденного ребенка.

А Леша заявил, что сын его брата не будет расти без отца, и предложил Алисе расписаться. Что им двигало, Ира не понимала. Может он и раньше был влюблен в Алису или просто хотел поступить, как правильно. Алиса колебалась, тетя Тома пыталась Алешу отговорить. Она уже тогда предвидела, что из этой затеи ничего хорошего не выйдет. Дядя Вася, который уже давно осел на севере и завел новую семью, давить на сына не стал, лишь пообещал помочь с квартирой. Но тут грудью на амбразуру стала тетя Тома и отвоевала себе право на внука- Алиса после родов должна была переехать жить в трёхкомнатную квартиру, которая теперь по закону делилась между Алексеем, тетей Тамарой и Алисой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})